По следам моих нетленок

Легко заметить, что моё начинание никто не продолжил. Кому нужны отрывки про ангелов и веру, если есть кошкожёны и оборотни...

ПРОСТО ПРИНЦ:

Он шел в распахнутой куртке, как будто и не зима. По дороге поймал такси. Сразу отдал деньги.
— Куда едем?
— Потом скажу.
Остановил водителя у какого-то маленького православного храма. И, шатаясь, вышел из машины.

Потом, повисая на перилах и подволакивая ноги, с трудом преодолел несколько ступенек.
Его словно втянуло внутрь, на мгновение поддержало чьим-то нежным объятием.

Лауринас молча стоял у большой иконы святителя Крымского и Симферопольского.
Жар церковных свечей сокрушал жёсткий комковатый ледяной панцирь вокруг сердца. Стало легче дышать.

Пол ходил под ним ходуном, как палуба попавшего в шторм корабля.

Курс — на Небо. Храм — корабль. Пастырь — кормчий.

— Святителю отче Луко, моли Бога о нас! — произносит кто-то молитву.
И теперь она множится в сознании, как в калейдоскопе. На разные голоса. На сотни голосов.

— Ну и напился, — правильная дама брезгливо поджимает губы, — ни стыда, ни совести!

Лауринас виновато оборачивается и пытается сказать, что он не пил и не посмел бы войти пьяным в церковь. Но передумав, спотыкаясь, идёт к выходу.

Он идет, широко расставив напряженные руки. Упирается и хочет удержать на безопасном расстоянии невидимые для других стены, которые двигались и норовили раздавить его, как в тисках.
Сенсей обещал ему смерть за непослушание. И вот, кажется, приговор исполняется.

С паперти Лауринас чуть не скатился. Еле дошёл до близкой лавки. Лёг на неё спиной. Одна рука — на высокой спинке, другая упала на снег. Редкие люди шли мимо.