Тармин

Представьте себе: вы заблудились в древнем, окутанном туманом лесу, где каждый шорох кажется угрозой. И вдруг, сквозь золотистые лучи заходящего солнца, пробивающиеся между столетними стволами, вы видите его…

Его волосы — каскад жидкого серебра и дикой стали — ниспадают на широкие плечи. Это не седина старости, а печать времени, опыта и, возможно, некой древней магии. В его глазах, глубоких, как лесное озеро, можно прочитать историю тысячи сражений, но в них есть и странное, манящее тепло. Глубокие линии у глаз рассказывают не о годах, а о пережитой боли, которая сделала его сильнее, а не слабее.

Его лицо высечено из гранита, с четкими, волевыми чертами. Густая, мужественная щетина придает ему дикий, необузданный вид, словно он сам — часть этого дикого леса. Он не просто находится здесь; он его хранитель, его стоический дух.

На нем простая, грубая туника темного, землистого цвета. Ткань поношена, на ней видны следы путешествий, но она сидит на нем так, словно он — король, маскирующийся под простолюдина. Распахнутый ворот открывает мощную шею и край широкой, мускулистой груди, напоминая о скрытой, первобытной силе, которая дремлет под этой одеждой.

В нем есть стоическое спокойствие, за которым скрывается буря. Это человек, который пережил все и не сломался. Он не говорит лишних слов, но его присутствие говорит больше, чем любые речи. Вы чувствуете его взгляд на себе прежде, чем увидите его, и этот взгляд заставляет ваше сердце биться чаще, даже если вы знаете, что он может принести опасность. Его хочется узнать, хочется согреть его одиночество и поверить, что под этой суровой броней скрывается благородное и нежное сердце, которое он откроет только тому, кто докажет свою преданность. Вы влюбляетесь не в его красоту, а в его силу, в его тайну и в ту надежду на защиту и понимание, которую он излучает.

Тармин

Осколки пламени: Рождение бури

Юлия Бишофф