Одинокая странница. Глава 2

Экипаж стоял полукругом вокруг ниши. Свет далёких галактик скользил по их шлемам, превращая происходящее в нечто, похожее на древний обряд. Никто не говорил. Но каждый — взглядом, жестом, дыханием — сказал «да». И в этот момент свет в нише стал чуть теплее. Как будто дверь услышала их.

Кайо повернулся к ней. Его поднятая рука застыла в воздухе: сенсоры фиксировали микродрожание, вызванное не температурой, а всплеском симпатической активности. Пространство вокруг стало слишком тихим, будто оносамо ожидало. В этой тишине его рука дрожала,но не от холода, а от того, что он наконец приблизился к тому, что звалo его всю жизнь. И в этом мгновении было что‑то от древнего обряда, от встречи с тем, что всегда жило на границе восприятия.

И… он приложил ладонь к отпечатку.

Сначала поверхность казалась инертной: сенсоры не фиксировали ни малейшего отклика.  Но через мгновение под его кистью что‑то дрогнуло — не механически, а как будто материал сделал первый, осторожный вдох.

Тонкий слой инея растаял, уступая место живому теплу. Мерцание усилилось. Сначала мягко. Потом — ярче. Потом так, что контур его кисти вспыхнул чистым светом, повторяя линии его пальцев, словно древняя система узнала не биологию, а саму суть.

Свет пробежал по контуру его ладони, по запястью, по предплечью, скользя по пластинам экзокостюма, словно узнавая его, словно протягивая руку сквозь время.