ДНК Страсти. Персонажи - супруги Добровольские.
https://author.today/work/571168
- Ты судишь, оцениваешь, молчишь — но молчишь осуждающе. Будто твоя жизнь — эталон, а все остальные просто до тебя не дотягивают. Ты годами жила в сказке, которую сама сочинила. Муж — идеальный, дом — картинка, жизнь — как в глянце. А реальность — она вонючая, потная и не укладывается в твои аккуратные рамки! - Он сделал шаг вперёд, и я заметила, как на виске пульсирует жилка. Его голос стал тише, но от этого звучал ещё опаснее - Ты не чувствуешь себя живой без своих правил. Без расписания, без «так положено», без этого твоего вечного «надо»! Ты даже любовь превратила в обязанность! Твой труд — это самообман. Ты трудилась не над отношениями, а над фасадом. А когда он треснул, нашла виноватых — меня, Ди, да даже своего Монако. Удобно, правда? Ты не жила — ты консервировала! Свою любовь, свою семью, себя! Ты же мертва внутри, Вик! Просто не хочешь признать. Ты боишься почувствовать. Боишься признать, что хотя бы на секунду тебе было… хорошо. Когда ты смотрела на нас. Когда понимала, что это — жизнь, а не твоя стерильная имитация! - Его голос сорвался на хрип, но он продолжил, почти выплёвывая слова. - Я думаю, что единственное, что сейчас не в порядке, — это наш брак. Поезжай в «Пандору» на недельку или около того. Дай мне подумать о том, где мы находимся. Не волнуйся, твои вещи никуда не денутся. Мне нужно побыть одному, понимаешь?
Я медленно поставила бокал на стол. Лёд в нём почти растаял, и жидкость потеряла свой первоначальный вкус — как и наш разговор, который больше не имел ничего общего с попыткой понять друг друга. Капля конденсата скатилась по стеклу, оставив влажный след, и упала на скатерть, расплывшись крошечным тёмным пятном — словно слеза, которую я так и не пролила. Мои пальцы слегка дрожали, но я не позволила этому выдать меня. Плавным, почти нарочито спокойным движением я соединила кисти в замок. Пальцы переплелись, ногти слегка впились в кожу внутренней стороны ладоней. Это прикосновение, пусть даже к самой себе, дало мне точку опоры — я снова почувствовала своё тело, своё присутствие здесь и сейчас.
На губах сама собой появилась улыбка — не широкая, не радостная, а тонкая, острая, как лезвие. Она не затрагивала глаз: взгляд оставался холодным, цепким, будто сканирующим каждую деталь его лица — подрагивание век, напряжённые скулы, пульсирующую жилку на шее. Эта улыбка была оружием. Она говорила больше, чем любые слова: «Ты думаешь, что ранил меня? Ты только показал, насколько сам уязвим».
- Хорошо, — произнесла я. Всего одно слово, короткое и обжигающее, как разряд тока. Оно повисло между нами, тяжёлое и осязаемое, будто осязаемая грань, за которой начиналась новая реальность.
