Джана

— Остановите её! — заорал Току, но было поздно.

Джана рванула к окну. Стекло разбилось от удара её кулака, осколки сверкнули под луной. Решётки отлетели. Пятый этаж. Асфальт внизу. Сердце замерло на долю секунды — и тогда она прыгнула.

Ветер завыл в ушах. Время замедлилось. Она вытянула руки и падающей звездой приземлилась на корточки, а треснувший под ней бетон вырисовал паутину.

— Не… возможно… — прошипел Току, высунувшись из разбитого окна.

Джана вскочила, сбрасывая с рук остатки стекла, вырывая катетеры из вен. Она посмотрела наверх прямо в глаза Току Фергюссона.

— Передай Князю Тьмы, — крикнула она каким-то чужим низким голосом, — я не вернусь!

Джана бежала, запрокинув лицо к небу. Воздух, напоённый ароматом мокрой сирени и молодой травы, обжигал лёгкие — так сладко, так больно, будто она впервые училась дышать. Шрам, пересекавший лицо, покалывал на ветру, напоминая о клинике, о Току, о тысячах часов под капельницами.

— Свобода, — прошептала она, и слово рассыпалось в смехе, горьком и лёгком.

Она шагнула вперёд, в облако лепестков, сорванных с яблони. Они кружились вокруг, как звёзды, решившие упасть ради неё.