"Семь отражений". Глава 6

Равнина раскрывалась перед ними, как древняя книга, страницы которой ещё никто не читал. Она была огромной настолько, что горизонт казался мягкой, едва заметной дугой, а не линией. Зелёная ткань травы тянулась до самых далёких холмов, переливаясь оттенками от глубокого изумруда до почти золотистого света. Трава была высокой, гибкой, и ветер проходил по ней длинными волнами, будто гладил поверхность живого океана. Каждая волна имела свой ритм, свой темп, свою мелодию… и казалось, что равнина действительно дышит.

Свет родительской звезды падал под углом, создавая мягкие, длинные тени. Он был холоднее, чем свет Элиоры, но чище… прозрачный, почти хрустальный. В нём было что‑то первозданное: этот мир ещё не знал ни дыма, ни огня, ни следов разума.

Вдали, над холмами, висел спутник: огромный, серебристый, с кратерами, похожими на древние письмена. Он отражал свет так ярко, что казался вторым светилом — тихим, задумчивым, наблюдающим.

Недалеко от места посадки тянулась река: широкая, спокойная, с зеркальной поверхностью. Она отражала небо так чисто, что казалась порталом в другой мир. По её берегам росли высокие растения с длинными гибкими листьями, которые шуршали, словно перешёптывались. Вода была настолько прозрачной, что даже с расстояния можно было увидеть тёмные силуэты крупных существ, медленно скользящих в глубине — и они двигались синхронно, будто реагировали на тень корабля.

На горизонте поднималась стена леса: густого, тёмного, почти непроницаемого. Деревья были высокими, с широкими кронами, и казались древними, как сама планета. Их стволы уходили вверх, теряясь в мягком голубом свете. Лес не выглядел враждебным — скорее, он наблюдал. Тихо. Внимательно. Как будто понимал, что на его территорию ступили чужие.