Иллюстрация #5

Диана вздохнула, поправляя сползающий ремень тяжелой сумки. — Князь, я уже сказала вам всё, что могла. Если ваши лекари и сыщики не умеют читать следы на месте преступления, это их проблемы. Я лишь указала на очевидные физические факты. Проверьте левшей среди членов общества «Семь Шестеренок», и вы получите имя. Это всё, что я могу для вас сделать на данный момент. Евгений прищурился, делая шаг ближе. В его взгляде проскользнула опасная, чисто мужская настойчивость. — «Семь Шестеренок»? Откуда вам известно это название, Дина? — он впервые назвал её сокращенным, почти домашним именем, и это прозвучало удивительно мягко, контрастируя с общим напряжением момента. — Это закрытая информация. Вы играете в очень опасные игры. Если кто-то узнает, что вы копаете под это общество... В этот момент кожаный ридикюль на плече Дианы совершил резкое, хаотичное движение. Латунная застежка сумки с громким щелчком распахнулась, и наружу, шумно отдуваясь, вылезла огромная, круглая серая голова с пушистыми щеками и длинными усами. — Тьфу ты! — громко, на весь коридор, баритоном произнес кот Баюн, отряхивая уши. — Ну и духота у тебя там, Дина. Больше никогда не полезу в эту дешевую кожгалантерею. Моя шерсть заслуживает как минимум бархатной обивки! Евгений Оболенский замер на полуслове. Его трость застыла в воздухе, так и не коснувшись пола. Князь медленно, словно не веря собственным глазам, перевел взгляд с лица Дианы на её сумку, из которой теперь уже по пояс высунулся гигантский серый кот. Баюн, совершенно не смущаясь присутствием высокопоставленного чиновника, бесцеремонно вылез из ридикюля целиком, спрыгнул на мозаичный паркет и с тихим, утробным урчанием потянулся, выгибая спину дугой. Затем он сел, обернул лапы пушистым хвостом и уставился на Оболенского прищуренными, неоново-желтыми глазами. — Так, — протянул кот, придирчиво оглядывая князя снизу вверх. — Значит, это и есть тот самый грозный куратор порядка, о котором столько шума в девичьих спальнях?