«Тебя нет… Тебя нет… Тебя нет…»

Она повторяла это как мантру с трёх лет. Сначала — шёпотом в темноте детской палаты. Потом — глядя в глаза тому, что тянуло к ней кривые пальцы из углов. Потом — уже взрослой, смотря в стекло, пока за спиной умирал человек, а тень с рядами игольчатых зубов допивала его жизнь.

«Тебя нет» — это не про демона.

Это про страх, который годами убеждал её, что она больна, что всё это галлюцинации, что ей никто не поверит. Что чудовище — внутри неё, а не снаружи.

А потом однажды она сказала другое: «Ты мой. Теперь можешь успокоиться» — и впервые за двадцать один год монстр послушался.

Иногда самое страшное — не то, что живёт в темноте. А то, во что мы заставляем себя верить, чтобы не сойти с ума.