Все на волю!
Новая иллюстрация к моему фентези-фантастическому роману "Как я стала Красной Шапкой"
Глава 22 "Все на волю!"
<...>
С белым приматом договорится получилось сразу. Мыслеобраз дремучего леса, воодушевил громилу. Я даже постаралась передать запах хвои и весенние песни птиц. Но на мои приблуды почему-то быстрее повелась женщина Йети. Наверное, я так эмоционально расписала в своих мыслях, то, что сейчас должно творится за стенами этого жуткого места, что женская душа снежной бабы возликовала. Почуяв свободу, самка Йети, отринув мужа в сторону, кинулась искать хоть какое-нибудь отверстие в силиконовой стене.
Мне с трудом удалось убедить её отойти и подождать немного. С отца этого лохматого семейства я взяла обещание не обижать людей, заходящих в лес, и присматривать за живностью, особенно выпущенной отсюда. Уж не знаю, насколько он меня понял, и уж тем более насколько согласился принять мои условия, но агрессия во взгляде поутихла.
Был правда момент, когда я пожалела, что по своей наивности так опрометчиво доверилась довольно опасному существу и не одному. Выйдя из своей прозрачной тюрьмы, примат уставился на меня своими тёмными буркалами и послал в мою сторону устрашающую инфразвуковую вибрацию.
Меня такой поворот событий слегка взбесил. Тут же в руке появился плазменный хлыст. Примат раздражённо зарычал, но отступил и, прикрикнув на свою самку, легко запрыгнул на выходящий в центральный зал помост второго этажа.
- Оленя захвати, - попыталась пошутить я.
“Хотя, какие уж тут шутки. Как олень поднимется по узкому лазу на четыре этажа? Да ещё с его то рогами!”
Снежная женщина, обиженная супругом, рыкнула, и прижимая младенца к груди, примерилась к высоте помоста.
- Погоди!
Самка обернулась ко мне, оскалив жёлтые зубы.
Телепатировав Снежной бабе маршрут, подходящий для кормящей женщины с грудным младенцем на руках, я слегка подтолкнула её ментально в нужную сторону. А следом за ней проводила таким же манером медведя. С приходом пацанвы дело пошло веселее.
Бесенята ловко вскрывали бластерами прозрачные стены пирамидальных камер. Малыш лесовика смело забирался внутрь и выгонял на свободу запуганную живность. Помогал ослабевшим выбраться.
Странно, но не одна зверушка мальца не тронула.
“За своего приняли?”
<...>