Рецензия на повесть «На Вербной улице светит солнце»

Привет с "Литературного странствия" №11

Этот текст редкое явление в современной прозе: он дышит. Дышит тяжело, надрывно, иногда с хрипом и всхлипом, но живёт настоящей, невыдуманной жизнью. Автору удалось главное, и это создать мир, в который веришь безоговорочно. Веришь пыльным пятиэтажкам и кособоким баракам, веришь вони в подъезде и запаху ванили из квартиры, веришь драке на пустыре, где парни бьют друг друга без грязных приёмов, но до крови. С первых строк погружаешься в атмосферу, которую можно назвать "горькой правдой окраины". Топот ног, запах пота, дешёвые духи, толпа подростков, жадная до зрелищ, и это не декорация, это среда, формирующая характеры. Автор виртуозно работает с деталью: мужской половой орган на стене, мужик в фуфайке в луже собственной мочи, седой и пьяный, все эти штрихи бьют не ради эпатажа, а ради правды. И в этой правде, жёсткой и неприглядной, вдруг расцветает комната Димы - светлая, чистая, с мольбертом и запахом акварели. Контраст настолько сильный, что физически ощущаешь, как человек может быть не там, где он живёт, а там, где он творит.
Особого восхищения заслуживает язык. Он не боится быть простым, но эта простота обманчива. Фразы "Пыль и жара. Топот десятков ног" работают как удары пульса. Сравнения ёмкие и неожиданные: "поддерживала толпа, подобно австралопитеку" - признаюсь это смело, точно, безжалостно. А когда автор переходит к описанию драки, строки обретают ритм боя - рубленый, сбивчивый, с передышками между ударами.
Удачно введена линия Геры и Димы. - единственная, которую они умеют выстраивать.
Отдельного разговора заслуживает тема семейной тайны. Автор ведёт её мастерски и нагнетает, дозирует, заставляет читателя строить догадки и ошибаться. И когда правда раскрывается, она оказывается страшнее любых подростковых сплетен. История Дины это удар, и он нанесён умело:

Если же говорить о том, что можно было бы сделать иначе, позволю себе несколько осторожных наблюдений.

Во-первых, обилие линий. У нас есть история Димы и Дины, история Жени и его родителей, история бабушки Тани (с её трогательным и очень грустным прошлым), история Веры, история Софии, история лейтенанта Жихарцова. Плюс Нос, мать Носа, школа, учителя. Плюс флешбэки о смерти матери Дины. Такое количество сюжетных нитей иногда создаёт ощущение, что автор боится оставить героя одного, и подхватывает следующего, едва один замолкает. Может быть, стоило дать читателю больше времени побыть с каждым, прежде чем вводить нового персонажа.
Во-вторых, некоторые диалоги звучат чуть более литературно, чем позволили бы себе реальные подростки. Герои иногда слишком хорошо формулируют свои мысли для восемнадцатилетних парней, выросших в неблагополучной среде. Это не смертельный грех, но внимательный глаз заметит, где авторская речь берёт верх над речью персонажа.
В-третьих, сюжетная линия Веры, на мой взгляд, , и тогда моё замечание теряет силу.
Наконец, сцена с внезапным появлением
Однако эти шероховатости, всего лишь песчинки в драгоценной породе. Главное, что автору удалось бесспорно, так это создать живых, узнаваемых, вызывающих сопереживание героев. Мы болеем за Диму, когда он дерётся, и стыдимся вместе с ним, когда видим окровавленное лицо Носа. Мы плачем вместе с Диной, когда она находит в себе силы рассказать правду. Мы радуемся вместе с Женей, когда он ставит в своей пустой квартире первый настоящий стол.
Финал, где снег наконец выпадает и укрывает всё, в том числе и клумбу с увядшими гладиолусами, и розовую шестерку, и грязь, и боль... написан с такой нежностью и тихой радостью, что прощаешь тексту всё. Это настоящая литература - та, которая остаётся с тобой после прочтения, та, которая заставляет верить, что даже из самой чёрной бездны можно разглядеть слабый луч света.

Автору спасибо за эту историю. И за фразу "живи в реальности. И будь счастлив". Она стоит многого.