Рецензия на роман «По бездорожью. Пророчица и рыцарь» / Джейн и Скарлетт Эйр

Рецензия на роман «По бездорожью. Пророчица и рыцарь»

“Нетореными тропами” Светлана Гольшанская

Брат мой, брат - душа водопада,
Мне ответь, где твоя радость?
Как же так? Наполнилось ядом
То, что пело, то, что смеялось.
Я ушел и теперь не жди,
Снег размоют весной дожди.
Средь воды и звенящих льдин,
Ты теперь один.

“Брат мой, брат” Канцлер Ги


«Нетореными тропами» - фэнтези-трилогия Светланы Гольшанской. {Скарлетт} прочитала только первый роман – «Страждущий веры», {Джейн} ознакомилась и со следующими двумя – «Пророк» и «Исход».

Название

{Джейн}: Отлично к названию подходит старое доброе “мы не ищем легких путей”. А еще оно звучанием своим намекает, что герои романа дорогу прокладывают себе сами. Сами делают выбор, сами от него и страдают.

{Скарлетт}: И это значит, что уже в названии виден конфликт, и это замечательно, потому что неминуемо заинтересует читателя. Ещё хочу отметить и некоторый пафос, впрочем, уже ставший традиционным для классического фэнтези, к жанру которого принадлежит роман.

{Джейн}: Вообще название цикла я считаю очень подходящим, оно неплохо обыграно автором и правдиво отражает мотивацию его героев.

Название первой части “Страждущий веры” мне показалось немного претенциозным поначалу, но потом я признала, что оно очень гармонирует с лейтмотивом романа.

{Скарлетт}: А мне до сих пор категорически не нравится: сложное и трудно произносимое. Однако, {Джейн} права, роману действительно подходит. 

Сюжет

{Джейн}: Помолвка Лайсве не задалась. Жених оказался, мягко говоря, не очень. Невежливый, неприятный, надутый, ещё и служанку чуть ли не при всех лапал, а невесту обещался отравить после рождения наследника. Душка, словом. Девушка шокирована, какая ж тут семейная жизнь.

{Скарлетт}: И лично мне внутренний циник сразу шепчет: «Смотри, автор утрирует, слишком уж жених плохой, а Лайсве, наоборот, светлая, чистая и добрая». И, честно говоря, причин для подобного контраста я не вижу. Сцена свадьбы стала бы глубже, как и будущий побег Лайсве, будь глубже характер очень уж карикатурного жениха. 

{Джейн}: Безродный оруженосец жениха Микаш влюбляется в невесту господина с первого взгляда.

{Скарлетт}: Ещё один контраст: Микаш-то как раз ого-го-го! Даром что безродный. Знаете, как это бывает, когда положительные герои… все из себя такие положительные. Справедливости ради стоит сказать, что по ходу сюжета они исправятся и станут глубже. Но в начале карикатурность характеров и сюжета немного смущает. 

{Джейн}: И так не задавшуюся помолвку окончательно портит заявившаяся на праздник вёльва-пророчица. Старуха обещает Лайсве и её брату Вейасу скорую смерть.

{Скарлетт}: А вот это был интересный ход, даже если забыть, что эта конкретная вёльва вставляется автором везде, где надо пнуть конфликт или углубить главного героя. Так было с прошлым Микаша (автор как будто тоже решил, что герой слишком положительный и заставил его совершать нелёгкий выбор с неминуемым последствием из ошибок и страданий из-за них). Так получилось и сейчас с Лайве и братом: Вёльва пророчит им жуткую судьбу, а потом уходит. Этакая плавающая переменная в уравнении сюжета, нужная, чтобы подстегнуть конфликт. 

{Джейн}: Той же ночью близнецы срываются на поиски предсказательницы, дабы выпросить у неё шанс на другую судьбу. Им это удаётся. 

{Скарлетт}: Ага, просто так. Вёльва так и говорит: «Ладно, сейчас всё поменяю». Нет, правда? А зачем тогда было в замок являться и нагонять страху, если «ладно, щас всё будет». Поменять всё можно было и тогда, в замке. Как по мне, конфликт это ещё сильнее бы углубило: о решении детей узнал бы отец и не дал бы им так просто сбежать. Драма стала бы сильнее, а сюжет – динамичнее.

Тем более, что вёльва после ухода брата с сестрой просто… погибает. Некрасиво, недраматично – просто автор свою переменную выкинул. Всё, отслужила. Нет-нет-нет, это слишком топорная работа с сюжетом. Это стоило бы обыграть иначе, красивее. Потенциал даже такого героя-функции не раскрыт. 

{Джейн}: Брат-близнец Лайсве получает задание отправиться на Север и принести клыки демона-вэса, только тогда он получит право называться рыцарем. Лайсве же для себя выбирает судьбу, воспетую в старых сказаниях. Девушка хочет сама прокладывать свой путь, сама выбирать и творить своё будущее.

Брат с сестрой отправляются в квест, оставшийся с носом жених с товарищами и влюблённым оруженосцем несётся вдогонку.

Лайсве и Вейас преодолеют немало препятствий, многое поймут в себе и друг друге, столкнутся с вещами чудесными и жуткими. Их путешествие не просто вояж с целью убить монстра, это путешествие в поисках себя, в поисках гармонии. Дорога к взрослой жизни.

Путешествие брата, сестры и оруженосца окажется совсем не тем, чем выглядело изначально.

Герои окажутся втянуты в игры народа под холмами, столкнутся с расчетливым демоном с говорящим именем и встретят легенду из далекого прошлого.

Их движение по миру, где вот-вот умрет старый порядок, а новый грядет в потоках крови, окажется глубоко символичным.

Сюжет многослоен и непрост. Помимо основного квеста героев есть несколько куда более эзотерических линий, и разобраться с ними порой непросто.

Это не приключение ради приключения, это – нечто большее.

Обозреть мы планировали только первый том, но мой внутренний, жутко любопытный голос начал причитать, как ему надо знать, что будет дальше и я не смогла отказать самой себе. Так что я не остановилась на достигнутом и одолела трилогию. Не пожалела.

{Скарлетт}: А я не смогла, и в пересказе {Джейн} хотела только спросить, что курил автор. Но тоже не могу не отметить благородную цель путешествия. Оно построено так, чтобы главные герои (и только они, остальных автор выбрасывает, как ненужный мусор) изменились, «углубились», а заодно и познали тайны бытия, встретились с богами, друг друга полюбили… и т.п. Эта часть романа понравилась и мне, она действительно достойная.

Но положу-ка я ложку дёгтя в этот мёд. Структура сюжета не доработана. Вот брат с сестрой путешествуют пока одни, о погони и не думают, в ус не дуют, сражаются с демонами. Эта часть – середина, как постоянно с книгами случается – провисает. Зачем мне смотреть на бой с амфисбеной? Экшен ради экшена? Героев он не меняет. Да, Лайсве снова удалось помочь, а её брат снова чёрств. И? До этого то же самое было. Зачем мне читать о чарах, в которых запутался Вейас, брат Лайсве. Да ещё и так, чёрт возьми, долго? Эта часть так резко и некрасиво контрастирует с сюжетной аркой о лунном охотнике, что хочется спросить: а зачем она вообще была, да ещё и такая скомканная?

Сюжет стоило бы причесать, а автору – задать к каждой арке вопрос: «Зачем она нужна? И нужна ли такая длинная?» Половину книги можно было сократить без ущерба для развития героев и раскрытия идеи.

Герои

{Джейн}: Лайсве – дочь аристократа, решившая сломать систему и самостоятельно выковать своё счастье. Что называется, золотое сердце. Сострадание, сопереживание, жертвенность, помощь ближнему для неё не пустые слова. Девушка сознательно выбирает непростой путь, и следует ему до конца, не жалуясь и не жалея о выбранном. Героиня ощущает некую мистическую связь с ветром, что всегда приходит на помощь. Ее судьба тесно связана с богами, и стремление достучаться до них ведёт Лайсве вперёд. 

Вейас – брат-близнец Лайсве, наследник рода. Отец оставил надежду сделать сына истинным воином-Сумеречником, поскольку Вейас вечно проигрывает поединки, отлынивает от тренировок и всячески дурачится. При этом юноша умён, сообразителен, находчив. И куда больше карьеры военного его привлекает стезя ученого. Вейас весь роман сражается со своим внутренним демоном, эта борьба практически обескровливает его, но герой не сдаётся. Юноша немного раздолбай, порой кажется жестоким и безразличным к чужим бедам, отчаянно жаждет доказать всем, а в первую очередь себе, что он на кое-что способен.

Микаш – безродный юноша на побегушках у сыночка аристократа. Выполняет за сына покровителя всю кровавую работу по охоте на демонов, делает все, ради призрачной надежды вступить однажды в орден Сумеречников. Хмурый, немногословный, подчас жёсткий юноша тщательно скрывает свои романтические чувства к Лайсве. Герой чрезвычайно одарён магически, он выносливый и могучий воин, и скорее всего о нем говорит пророчество, обещая ему великие, но ужасные дела. Микаш упрям, порой наивен, но может быть как безжалостным, так и благородным.

Герои романа очень молоды, они только-только вступили в пору юношества. Поэтому они горячны, импульсивны, а порой непредсказуемы и противоречивы в своих поступках. С эмоциями им сложно совладать, а стремление переделать мир под себя невероятно сильно.

Характеры полны противоречий, но какой подросток не противоречив?

{Скарлетт}: И, надо сказать, раскрываются эти трое действительно интересно. Они полны конфликтов, они борцы, они пытаются прогнуть под себя мир. Одно замечание, которое я хотела бы вставить в хвалебную оду {Джейн}: объяснение в любви Микаша и Лайсве. Всё шло хорошо: он любит, но скрывается, она не любит и не скрывается, брат где-то на периферии страдает… Всё хорошо, пока не пришло это самое объяснение в стиле: «Я тебя люблю» - «Да я знаю». Серьёзно? Ты пару абзацев назад рассуждала, как Микаш тебя не любит, ты ни сном ни духом. И вдруг: «А я давно это знаю». Да что ты? И как давно? Пару строк назад? Так и там ничего не предвещало. 

{Джейн}: Герои как те самые дикобразы, которым хочется тепла, но иголки у собратьев ужасно острые, вот они и ранят друг друга. Понять, влезть в чужую шкуру им пока не дано. Поэтому каждый варится в собственных страхах, очень близко и одновременно очень далеко от других. Героям только предстоит научиться пониманию ближних.

На мой взгляд, образы молодых людей, которые пытаются найти своё место в жизни, встроить себя во враждебный мир вокруг автору удались.

Герои развиваются, меняются, они полны конфликтов. 

{Скарлетт}: Но только главные. С второстепенными автор обходится куда менее бережно. Они – стопроцентные функции, исчезают из сюжета, когда автору захочется. Так гнался за Лайсве недотёпа-жених, догнал, а потом: «Да ну тебя!» И всё. И нету жениха. А зачем? Сюжету он больше не нужен. Так давайте же всех второстепенных героев так удалим: автору мороки меньше, а внимание читателя от главных не отвлекается. 

Так-то оно так, но, повторюсь, сюжет был бы глубже и интереснее, если бы были глубже и интереснее второстепенные герои. Автор не раскрыл их потенциал, не доработал, не довёл. А это плохо. Мне, как читателю, дали только половину конфеты, а я хочу съесть конфету целиком. 

Мир

{Джейн}: В далеком прошлом сошлись в битве боги. И пали, сразив друг друга. Остались от них лишь смутные тени былого могущества. Было предсказано, что младший из богов возродится однажды, в последний час мира. Но когда он, этот час?

В этом мире у людей есть извечные враги – демоны. Какие-то из них разумны, какие-то просто хотят поесть и продолжить род. Отвоевывает для людей право на жизнь в этих землях особый орден рыцарей – Сумеречники. Все они магически одарены, у них есть строгий и справедливый кодекс, написанный богом. Так было когда-то. Теперь же рыцари в основном увлечены сбором десятины, внутренними дрязгами, карьерой. А еще у них есть куда более серьезная угроза, нежели демоны.

Из других краев грядет новая вера, отрицающая их магию, призывающая перекроить существующий порядок. И Сумеречники, закаленные в битвах с жуткими тварями, перед этой силой отступают, теряя город за городом, страну за страной.

Магия выглядит достаточно привычно – у каждого свои особые способности. Кто владеет огнем, кто телекинезом, кто полиморфией, кто телепатией. В основном обладают способностями такого толка аристократы, но и среди простолюдинов случаются одаренные.

В концепции мироздания использованы элементы скандинавской космогонии. Но здесь они, скорее, как дополнения, внесённые для укрепления основной теории.

Тема Севера в романе разворачивается нестерпимо ярким полярным сиянием. Тут и полное лишений путешествие к ледяному лабиринту, и шаманы с замечательно необычным взглядом на жизнь, и таинственные, прекрасные в своей простоте ритуалы, и притаившиеся среди снегов опасности. Все это описано с огромным старанием и любовью.

Лучше всего описывает текущую ситуацию в мире романа вот какое словосочетание – «начало конца». Крушение текущего миропорядка настолько близко, что его можно пощупать рукой. Но далеко не всем хватает мужества признать, что грядущие перемены – реальны. И уж совсем никому не верится, что его эпоха умирает прямо сейчас, а он ни-че-го поделать не может. Старая максима про жизнь в эпоху перемен работает тут просто на ура.

Богоискательство тонкой красной нитью проходит через весь роман. Искренняя вера и сомнения, старые и новые боги, конфликт религий, мертвые боги, что не желают снова взваливать на себя неподъемную ношу, но при этом нуждаются в приверженцах. Ради высших целей герои добровольно проходят через лишения, страдания, но какими бы благородными и важными эти цели не были, все равно они игрушки в руках высших сил.

Атмосфера у романа на высоте. Общее ощущение грядущего конца, от которого аж внутри что-то скукоживается, мрачноватые, завораживающие красоты северных краев, народ нелюдей под холмами, демоны – все это собирается в узор, где выкрашенные в сдержанные цвета нити отдают можжевеловым дымом.

{Скарлетт}: Здесь я к восторгам {Джейн} присоединюсь. Мир выписан от и до. В нём тоже есть карикатурность: вообще все рыцари в первом романе сволочи. Но это вписывается в атмосферу. А уж как хорошо у автора вышел Север и последующая встреча с богом! Сразу видно: любимая тема, и автору хотелось поделиться ею с читателем. Получилось на славу. 

Язык

{Джейн}: Очень образный. Автор уделяет много внимания чувствам героев, но еще больше - мистическо-эзотерическому мироощущению персонажей. Получается очень атмосферно и психологично. Рефлексия героев хорошо выписана.

Не сказать, что читается прям влет, но достаточно быстро. А еще увлекательно. Я всю трилогию осилила за неделю на режиме “книжный пылесос”. 

{Скарлетт}: А я – нет. И не восхищена языком. Он действительно образный, когда дело доходит до описания богов и ритуалов. Но в «обычном режиме» это просто инструмент, которым автор работает. Хорошо, грамотно, но без изысков.

Как всегда короткий отрывок для ознакомления.

«Хозяин «Золотого гусака» оказался не таким уж плохим: выделил просторную и светлую комнату с камином. Мальчик-слуга запалил огонь, чтобы выдворить сырость. Лайсве доела собранный на скорую руку ужин - квашеную капусту с остывшей жареной корюшкой.

Уютный треск пламени убаюкивал. Лайсве поскорей забралась в постель. Хотя это были не покои во дворце туатов, а скромный постоялый двор с узкими деревянными кроватями без спинок, свалявшимися перинами и не такими уж тёплыми одеялами, но спалось здесь намного спокойнее, даже от звуков из соседних комнат удалось отгородиться.

Только когда начала побаливать голова, пробуждая усыплённую встречей с незнакомцем совесть, Лайсве встала, умылась, оделась и вышла на улицу.

Двор заливало искристое солнце, мороз покалывал щёки. Вчерашний снег стоптался в наледь. На рыночной площади дворники посыпали её песком, чтобы прохожие не поскальзывались, но дальше от ратуши улицы становились более нечищеными и опасными.

Впереди показалась крыша с коньком-птицей. Сверкали на солнце белые стены. Медвяным золотом отливали слюдяные окна в распахнутых резных ставнях. Голубиная станция – вот она. Что ж, была не была!

Лайсве постучала в закруглённую сверху дверь. На пороге показался смотритель-звероуст в белом с синими узорами балахоне и пригласил к широкому столу. На нём горкой лежали длинные узкие полоски бумаги для посланий, стояли чернильницы с гусиными перьями, в ряд были составлены кожаные чехлы.

За отдельную плату смотритель предложил написать послание под диктовку либо отправить большое письмо кораблём до Гартленда, а оттуда почтовой каретой, но тогда оно ушло бы только через две недели. Слишком долго.

Лайсве взяла полоску и твёрдым почерком вывела, что всё хорошо и не надо их искать. Как только они добудут клыки вэса, вернутся сами. Скатав послание в трубочку, смотритель запечатал его в футляр и проводил Лайсве в голубятню.

Она ютилась под двускатной крышей. Вдоль стен на устланных соломой насестах сидели крупные почтовые сизари: чистили перья, доклёвывали остатки зёрна и мелодично курлыкали.

Услышав адрес назначения, смотритель надолго задумался:

– Далеко же вас занесло! – Он снял с насеста большую белую птицу. – Рюген самый надёжный, под сотню посланий за крыльями. Ни одного не потерял».

Вывод

{Джейн}: Роман о взрослении, о непростом выборе и последствиях. О следовании избранным идеалам и об их предательстве. Роман о мире, стоящем на краю пропасти. О богах, которые порой так же слабы, как и люди. О людях, которые способны заразить своей верой даже богов.

Неторопливая, мрачноватая и очень атмосферная книга в которой сплелись, спеклись воедино любовь и жертвенность.

После прочтения осталось немного гнетущее чувство какой-то безысходности, что ли. И много, много поводов для размышления.

{Скарлетт}: Философский роман в стиле мифологического фэнтези, где герои много размышляют о вере и морали, любят друг друга, но боятся признаться. Роман, в котором главная троица героев выписана ярко и хорошо, а все остальные забыты. Роман, где есть яркий, интересный мир, и сюжет, который стоило бы причесать и сократить, а местами и углубить. У меня после прочтения осталась стойкая ассоциация с небрежно связанной салфеткой. Вроде и узор есть, и красивый, но вот здесь автор накосячил, и тут нитки торчат, а в итоге на стол не положишь и не похвастаешься. 


{Джейн}: За оценку мы торговались так, что только клочья летели.

{Скарлетт}: И я победила.

Оценка: 7 из 10. 


+16
270

2 комментария, по

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.

 раскрыть ветвь  0
Ника Ракитина
#

Хорошая рецензия. 

 раскрыть ветвь  0
Написать комментарий
750 40 15
Наверх Вниз