Рецензия на повесть «Математическая рапсодия»
Что я ожидала найти в этой книге — ничего этого я не нашла. И именно это меня приятно впечатлило.
"Рапсодия" давно лежала у меня в библиотеке, но я, если честно, боялась за нее браться. Тема скользкая. Вчерашняя девочка, взрослый мужчина. Любовь, отношения. Какие? Каким тоном это описано? Ждать навязчивого смакования деталей? Сентиментальной драмы? Трепета на грани дёрганья ножкой? Я не такое люблю. Особенно когда речь о серьёзных вещах — а любовь я воспринимаю серьёзно.
Почему тогда я вообще взялась читать? Во-первых, я имею слабость к образованным людям и персонажам. И книга, главные герои которой причастны к миру науки, высшего образования, сложных интеллектуальных задач, — такая книга не могла меня не зацепить. Во-вторых, всё же любовь. Я, как уже писала, воспринимаю этот аспект жизни серьёзно и с уважением. В моей системе ценностей любовь двух людей стоит выше очередной фантазии общества о том, что хорошо и что плохо. Простите, если кого-то оскорбила, но что поделать: я всю жизнь учусь думать самостоятельно. И поверьте, результат оправдывает усилия. Так вот, в данном случае мне было интересно посмотреть на очередную грань этого чувства. Увидеть, что будет открыто здесь.
Это были мои ожидания "до". Какие у меня впечатления "после"?
Во-первых, меня зацепил язык повести. Тон узнаваемый, на самом деле. Русреал из СССР. Почти что сухо, почти что с запахом мела на мокрой доске и пыли с жёлтых страниц зачитанной книги, но без поучительного тона. Нет сентиментальности, эротизации, да даже чувственности очень мало, что очень оправданно в этом сценарии: шаг в сторону — и жди испанскую инквизицию (которую, как известно, никто никогда не ждёт).
Во-вторых, при всей сухости изложения, тексту нельзя отказать в психологической достоверности. Ни один из персонажей не ведёт себя неестественно или надуманно. Пожалуй, только Тошка для меня удивительно решительна, но... Я видела разных девочек. И гораздо более решительных тоже. Правда, у них это обычно сочеталось с потрясающей бестолковостью, а Тоша тут как раз смелая и странным образом разумная. Вовремя утвердить свою независимость, будучи готовой нести за неё ответственность, — это поступок взрослого человека, а не того, кто согласен на любые рамки, лишь бы мир не сделал "а-та-та". Защищать любимого человека в тех условиях, в которые Тошу вогнала семья, — это тоже пример ответственности и редкой силы. Пример той самой взрослой любви, о которой хочется читать и которую хочется видеть.
В-третьих, и я сейчас рискую узнать много плохого о себе, но я не считаю, что автор тут что-то романтизировал или как-то попрал мораль. Пардон, но нет. Главный герой осознаёт, что он делает, и, видимо, именно поэтому остаётся порядочным человеком с очень правильным мышлением: я тебя люблю, я на тебе женюсь, у нас будут дети, а до тех пор наладим отношения с тёщей и разберёмся с учебой и работой. Тут где, извините, аморальность? В чём? В том, что девочке 16? Так многие и в 40 остаются абсолютно незрелыми людьми. И мать Тоши тому пример. Истерика, насилие, унижение, принуждение — это ведь всё про неё. И это всё достоверно. Очень, очень достоверно. Так и ведут себя "любящие" родители и "близкие" люди, когда любовь и близость — всего лишь набор не подвергающихся критике и осмыслению шаблонов поведения. И почему-то они потом очень удивляются, не получая благодарности и тепла за то, что было просто пустой формой с минимальным наполнением самого низкого рода — страхом перед собой и обществом в лице непонятно кого.
Что я в целом хочу сказать? Что текст меня порадовал. Особенно тем, как ровно и хорошо всё в конце концов закончилось. И не только для главных героев, но даже и для их внуков — и это трогательно, по-настоящему. А именно этого, по-моему, литературе о человеческих отношениях и не хватает: честности вместо потасканных канонов жанра, человечности вместо сентиментальности и морализаторства, и таки да, чистоплотности вместо драмы. Потому что, извините, вместе заниматься наукой, любоваться тем, как любимый человек сдувает чёлку со лба, растить детей, передавать внукам традиции, а не семейные травмы — это чистота, зрелость, любовь. Даже если началась она не там и не так, как устроило бы случайного свидетеля этой истории.