Рецензия на роман «Хантстил. Искра Бездны»

В описании к книге автор обещала напомнить читателям, что такое настоящее эпическое фэнтези. И без сомнения могу сказать, что ей это удалось на все 100 %.

Меня штормит от эмоций, от чувств, от принятия той реальности, что в книге. Каково это вообще — родиться в мире, где твоя собственная жизнь тебе не принадлежит, где ты либо «топливо» для победы, либо живой щит? И вот эта безысходность автором прописана так, что она буквально сочится сквозь страницы, пропитывая и отравляя душу.

Элира, или попаданка Лада, — она ведь попала не в сказку с принцами и отбором невест, а в мясорубку, где есть только два выхода: стать содержанкой и куклой для утех или рискнуть жизнью и стать плечо к плечу с теми, кто старается спасти этот мир. Меня до мурашек пробрало то, насколько цинична власть в мире: у них появилась та самая Искра, которая может помочь, но все хотят просто использовать её в своих целях.

Элина сильная и стойкая, она умудряется не растерять свою внутреннюю стойкость и решимость, хотя вокруг неё ещё тот змеюшник — и этот император со своими приказами… Лично мне так и хотелось его прихлопнуть, как противную навозную муху (если что, навозные мухи толще, противнее и воняют).

Отдельно уделим внимание Левиару Ноксу… Его история с этим ошейником… Господи, когда я читала сцены, где описывается его ментальная связь с императором, это его рабство, замаскированное под верность, у меня сердце просто в клочья рвалось. Потому что перед глазами — могущественный, пугающе сильный мужчина, Дракон Бездны, а внутри — выжженная пустыня, та самая Бездна, которая когда‑то его заберёт.

У таких, как он, не должно быть пары: он — страшное оружие и пёс императора. Но появляется она — хрупкая с виду и сильная духом Элира. И вот рядом с ней Нокс начинает оживать. Она пробьётся через ту пустоту и отрешённость, разнесёт его внутренний мир в щепки. И ведь боится его — но и тянется к нему.

И вот этот контраст между их редкими, почти отчаянными моментами нежности и надежды и той жуткой реальностью, где за стенами бушует Кровавый Рой и каждый день может стать последним, — он создаёт бешеное напряжение: в отношениях, в дружбе, да во всём.

Я под впечатлением от того, как автор закрутила интригу с этим Роем и самой сутью Бездны. Это не просто декорации или что‑то неосязаемое: Рой — это как отдельный живой организм, который учится, живёт и уничтожает всё на своём пути.

Хочу отдельно высказаться по поводу Оберона Стилса. ВОТ ЭТО МУЖИК — да, именно так, с большими буквами! Как там в народе говорят? У него стальные яйца — да, тут я поверю, что они именно такие. Он не просто силён, он умён, а что самое сексуальное в мужчине — мозги. Он стратег, тот, кто не боится рисковать; его знания запретны, но если они помогут выжить его Легиону — плевать на запреты. И знаете, я понимаю королеву гарпий: она знает, чего хочет, — там разве что только слюни не капают. Хотя, возможно, они как пара не сложатся, потому что оба чересчур сильны и властны. Но их противостояние не то что искрит — оно плавит всё вокруг.

Ну и, думаю, стоит написать в двух словах про Вэйла «Аспида» Крэйга: от него впечатления остались неизгладимые. Его преданность основана не на рабстве и подчинении — у неё совсем другой корень. Мне бы хотелось отдельно узнать их историю: с чего всё началось и как так вышло.

Килсар Рэмси — красавчик, сильнейший дракон Огненного легиона, Дракон Грома: хорош собой и умеет это преподнести, но это не мешает ему иметь голову на плечах. Думаю, он, когда подрастёт, будет шикарным мужиком — не таким, как Оберон, но где‑то рядом.

Арзас Зевиус — дракон Льда, его аналитический склад ума поражает. Добрый, понимающий, отзывчивый, он не воин, а скорее стратег, но имеет большое доброе сердце.

После финала в голове — каша из эмоций, впечатлений, переживаний и шока. Это было чертовски сильно, ярко и так по‑настоящему, что я, кажется, ещё долго буду сравнивать всех книжных драконов именно с этим невозможным Ноксом, а некромантов — со Стилсом.

Да, тут очень контурно намечена любовная линия, но, знаете, у героев нет на это времени. Там — кровавая жатва за стенами, с другой стороны — император со своими интригами. События бьют ключом и меняются настолько стремительно, что любовь, как хрупкий росток, прорастает на протяжении всей истории.