Рецензия на сборник поэзии «Япония внутри»

Сборник, в котором японская точность образа встречается с русским многословием. 

Каждое новое стихотворение дарит опыт наблюдения за стихией: стремительно разворачивающаяся фантазия художника (в данном случае художника словом). Это можно сравнить с распускающимся бутоном в ускоренной перемотке — так же восхищает, дарит такое же ощущение волшебства и таинства. 

Интересно, что автор не стремился держаться высоких тем и образов. Как и японские классики, любой строкой он, как мне показалось, хотел просто запечатлеть жизнь — такой, какая она есть в моменте. При этом образы и подбор слов с точки зрения звукописи великолепно передает ощущение. То есть японские каноны здесь соблюдены, несмотря на то, что форма (которая в японской классикой довлеет над идеей) здесь текуча и лишь символически сдерживает смыслы, не ограничивая их, а лишь сохраняя в едином русле. 

Есть отдельные крайне удачные строки, которые можно разбирать на цитаты. 

На ждущие слова страницы
Были похожи поля.

Или:

Остаться дома.
Дождаться, чтоб небеса
Себя повели по-другому.

Или: 

Раскосое жёлтое Солнце
Сердито взирало на нас;
С кирпичного жаркого неба
щербатило зубы свои;

Или еще:

след, как простывшее эхо.

И так в каждом стихотворении. 

Прекрасная работа со словом и видимая, я бы даже сказала, очевиднейшая наполненность автора: ему всегда есть что сказать, и это что-то — по-настоящему важно, поэтому мгновенно оседает не только в голове, но и в сердце у читателя. Чем больше эмоций отдает автор, тем сильнее текст влияет на читателя, каким бы искушенным он ни был. 

Крайне занимательно наблюдать за тем, как японские философско-бытовые зарисовки, где каждое слово отточено до смертельной тонкости и помещено в текст эдакой смысловой глыбой, разворачиваются в целые сюжеты с драмой и социальным посылом. 

Отдельно хочу сказать о стихотворении "Гамлет": удивила (если не сказать, поразила) внезапная черная трагикомедия. Юмор в сетературе редко вызывает у меня что-то, кроме усталости и брезгливости, но Александр Сергеевич (!) приятно порадовал. 

Коан интересен, как упражнение в сравнениях, но алогичности в нем все же маловато для коана в прямом смысле этого слова. Не случилось того самого напряжения, которое возникает, когда установки рационального мышления, призванные упрощать и объяснять всё, сталкиваются с тем, что они не могут систематизировать. Напротив, создается ощущение медитации и отдыха: уютные, сказочные (из-за обилия олицетворений и очеловечиваний) образы. Японское хюгге. 

Чудесный и живой сборник. 

Здесь и нежность,
и неприглядные стороны жизни,
и драма,
и черный юмор,
и мягкая ирония,
и смех сквозь слезы,
и созерцательность,
и благодарность,
и красота. 

Спасибо.