Рецензия на роман «Авианосец "Атина"»

Эта рецензия – сразу на две книги:

1. «Линейный крейсер «Михаил Фрунзе» 

2. «Авианосец Атина». 

Можно ли читать «Атину», отдельно, без первой части и не запутаться? Можно. Подсказка: в самой последней главе «Фрунзе» (она в свободном доступе) приведена хронология цикла. События до и после развилки. Если пробежаться по ним и особенно обратить внимание на те моменты, когда история пошла по иному пути, можно вполне спокойно начинать с первой главы «Атины» и, в принципе, всё будет понятно. Но, вот честно: лучше открыть первую главу первой книги и читать по порядку. Наслаждаясь деталями и тем, как отдельные штрихи складываются в единое целое. Право слово, оно того стоит. 

Итак, что здесь у нас? А у нас здесь совершенно потрясающий цикл в жанре альтернативной истории. Время действия – октябрь 1940 год.  Линейный крейсер «Михаил Фрунзе», борясь со штормом в Эгейском море, получает приказ: срочно прибыть в гавань Салоник. 

«Стоп-стоп-стоп!» - скажет подкованный в истории флота читатель. Это какой-такой у РККФ СССР линейный крейсер в 1940-ом?  Вот здесь и может помочь хронология. А ещё лучше – вдумчивое чтение  книги, не торопясь, страница за страницей. Потому что развилка в этой вселенной произошла ещё в 1918-ом, когда Брестский мир всё-таки был заключён – но чуть-чуть иначе. Их много было, на самом деле, этих развилок. Много событий, и тех, о которых вспоминают герои, и тех, что остаются за кадром. И все они сходятся в одной точке. То, что нужно, нет, просто необходимо, чтобы линкор царской постройки «Полтава» не сгинул бесславно, разобранный на металлолом, а прошёл глубокую модернизацию на верфях США и превратился в крупнейший и сильнейший корабль советского флота.

Но это ещё даже не вершина айсберга, это так, только снежная шапка. Мало иметь самый лучший, самый боеспособный корабль. Нужны люди, которые смогут стать его экипажем. И нужен флот, который этих людей сможет вырастить.

Здесь был другой Кронштадтский мятеж. Другая Финская война. Другая доктрина. Здесь многое пошло по-другому.

И для меня эти книги оказались прежде всего – о рождении флота. 

Как добивались того, чтобы флот в принципе – был:

Картина: на Балтике корабли режут, потому что содержать не на что, на Севере сидят без рыбы, потому что наших промысловиков защищать некому. Норвежцы ведь не только сами ловили, они и нашим не давали. Сейберт увидел неналаженность, и у него взыграло. Сам не заметил, как за ночь родил доклад с обоснованием существования отряда кораблей с базированием на Мурманск, а с утра, вместо занятий в Академии, прорвался на прием…

… Только выйдя за дверь, Шурка вспомнил, что расстреливать его имеет право только морской контроль. А ещё понял, почему именно его поставил командиром отряда… не Беренс, Дзержинский. Других моряков он не знал, а мужество перед лицом любого по высоте и полномочиям начальства – необходимый признак хорошего командующего. 

Такая вот мораль, товарищи.

Как спасали с кладбища боевые корабли:

Кили, вырванные с мясом со стапелей ревельского завода – там, видите ли, вместо Ревеля стал Таллинн. Кили, продравшиеся через весенний балтийский лёд – потому что вместо Гельсингфорса стали Хельсинки. Кили, разорванные торпедами и снарядами, которые не дождались ремонта. Кили, изношенные походами, проржавленные до фильтрации. Кили сгоревшие. Кили, разбитые о камни. Кили, готовые к буксировке в Германию – на металл. Кили частью разделанные, точно туши на бойне. Кили, которые устали ждать и легли брюхом на дно. 

Морской пейзаж кисти Босха. Кладбище чудовищ. Среди него ещё теплятся сердца и котлы…

Как спасли, заодно, ещё одного кавалериста и поэта:

Теперь он с интересом изучал приложенную к бывшему узнику бумаженцию. В той значилось: «приговор оставить в силе, но заменить на условный». 

- Это как? – удивился он, хотя Гражданская война, казалось, отучила удивляться.

- Если оступится даже по мелочи – исполним, - пояснил чекист. – Забирайте своего бывшего поручика. Как его там… Гумилёва Николая Степановича.

Разумеется, в книгах не только воспоминания о становлении флота. Самыми яркими, самыми динамичными сценами будут морские сражения. И воздушные сражения! Они весьма хороши. Хотя мне, пожалуй, не хватило базы знаний, чтобы оценить в полной мере. 

И политика: здесь тоже есть где воображению развернуться. Смерть диктатора Метаксаса и революция в Греции в 1940-ом! Дипломатический танец между Грецией, СССР, Великобританией и США под аккомпанемент охотящихся немецких подлодок!

Очень интересные герои. Необычные, непривычно поданные. Мой фаворит, конечно, это кот командира эскадрильи, тут без вариантов. Но ведь и люди этой хвостатой бестии не уступают в харизме! Что уже показатель.

Я раз за разом ловила себя на мысли, насколько же точно показан другой взгляд на мир. Другие линии разлома. Коммунисты, фашисты… Автор не отводит взгляд в сторону, не сглаживает неприглядное, не даёт оценочных суждений. Факты. Сцены. Последствия. Выводы читатели должны сделать сами.

В анкете у него поганого словечка «бывший» не было, потому как был он вполне действительный командир Красного флота. Но когда он на эсминце прыгал через волжский порог, ему в башку целился комиссар. Пройдёт корабль – живи, не пройдёт – пуля в голову. Можно было, конечно, не прыгать, но  тогда фланг наступающей армии прикрыть было бы некому и он рискнул…

Если покажут улицы революционного города, то читатель увидит на этих улицах и радость и смерть. Если покажут, как с самолёта расстреливают спасающихся после крушенья врагов – то покажут, и почему к ним относятся именно так. И все выводы остаются, опять-таки, на долю читателя.

В каком-то смысле это совершенно беспощадные книги. Как сама история. 

Рекомендую, что уж там. Всем, кто любит историю, и авиацию, и флот, и морские сражения, и…

В общем, читайте.

С уважением, 

Анастасия Парфёнова