Рецензия на повесть «Между нами метель»
Здравствуйте, дорогие мои мальчики и девочки, серы и серихи, серуны и серуняки!
В прошлый раз, когда я писал рецензию на произведение этого автора, я чуть ли не испортил с ним отношения. Но, как говорится, один раз — не рецензент
Более того, скорее всего Григорий обязательно сообщит, что текст писался ко Дню трактора, Дню нефтяника, Дню первого снега, Дню редкой группы крови или ещё какому-нибудь флешмобу, поэтому делаем разбор с оглядкой на это. Я готов. Поехали.
Перед нами история про Макса, Наденьку, север, нефть, метель, кровь, трактор, снегоуборщик, моральный выбор, народное единение и город Нефтянск — название настолько тонкое, что где-то заплакал одинокий метафорист.
Шо понравилось:
1. Нефтянск — неожиданно вкусная находка.
Неожиданно крутая находка, и почти полноценный персонаж, за которым было интересно наблюдать. Корпоративный город без прошлого, без кладбища, с мэром-председателем, теплицами по голландской технологии, детсадом с бассейном, гордостью за инфраструктуру и… абсолютным коллапсом при первом же серьёзном снегопаде. Город, который выглядит, как витрина успеха, но противопоставить шото стихии может один Вано. Вот это хорошо. Здесь есть сатира, есть тревога, есть потенциал. Жаль, что автор пробегает мимо этого золота на полном ходу — хотя и понятно, некогда, надо кровь везти.
2. Сюжетный двигатель заводится и не глохнет.
Если смотреть на рассказ как на производственную драму с элементами северного квеста — всё без вопросов. Есть понятная цель: доставить кровь. Есть препятствия: метель, снег, раздолбайство, частник біздуші, техника без соляры, связь через раз, человеческий фактор через два. Есть герой, который не сидит на месте, а бегает, угоняет муниципальную технику, звонит, копает, падает, встаёт и снова страдает. Текст честно и методично тащит читателя от одной аварийной лампочки к другой. Скипы органичны, динамика в порядке, зачёт.
3. Ваня.
Просто Ваня. Ваня приехал, переоделся, проверил трактор, перекрестился — и поехал. Без речи на три абзаца, без позы, без плаката «Я символ народной взаимовыручки». Собственно, если бы рассказ назывался «Ваня и трактор» — я бы спорить не стал. И то шо мальчика Ваней назвали не могло не порадовать того шо заробив.
Шо не понравилось:
1. Как заставить читателя сопереживать
Беременная жена? — done
Муж, готовый на всё? — done
Город, где ещё никто не умирал? — done.
В какой-то момент возникает ощущение, что автор не столько рассказывает историю, сколько проводит стресс-тест читательской жалости с занесением результатов в протокол. Текст слишком часто подсказывает, что именно мы должны чувствовать: здесь бояться, здесь злиться, здесь восхититься Ваней. Хотя казалось бы зачем, если это можно было показать через сцены, которые как бэ есть.
2. Наденька — священный медицинский чемоданчик.
Она хорошая, любимая, беременная, Солнышко — но как человек почти не проявлена. У неё нет характера, кроме того, что она лежит, шепчет «не так» и методично повышает ставки. Понимаю, формат рассказа жёсткий. Но даже одна живая деталь — любимая привычка, дурацкая шутка про УЗИ, взгляд в машине — сделала бы её человеком, а не медицинским поводом для мужского подвига.
*Тут был душный абзац за то, что редкая «четвёртая группа» звучит спорно: AB действительно самая редкая среди групп ABO, но не обязательно «редчайшая» в драматическом смысле. Плюс в экстренной медицине возможны заменители, компоненты крови, резус-фактор, запас в больнице и т. д. и что было бы неплохо уточнить в чем, собсно драма, но шо я хочу от художественного текста.*
3. «Я отрицательный персонаж, проходите, ненавидьте»
Нет бы просто написать «Пива нет». Так нет же, написали «Пива неееет»
«Отвратительный человек», голос «гнусный», «души у тебя нет» — всё заботливо промаркировано заранее.
А ведь за эмоциональной перегретостью всплывает следующее:
Миха — единственный персонаж, который не соврал. Соляры действительно нет. Да, говорит он это так, что хочется приложить товарища сего фейсом об тейбл, но технически-то он честен. Если бы автор оставил его чуть менее очевидным злодеем, сцена стала бы в разы сильнее. А так — табличка. Читается, усваивается, ненавидится по инструкции.
Итого
Крепкий северный эмоциональный аттракцион: снег, кровь, трактор, мужская решимость, коллективная лопата и финальный мальчик Иван как печать «добро победило логистику».
Сюжет и идея — 7/10 Идея крепкая, квест, roadmap, финал закольцован. Минус три за то, что последовательно нажаты тригеры «как заставить читателя сочувствовать» и читатель это выкупил.
Авторский мир — 8/10 За город нефтянск вынес в рецензию. Минус два за то, что «вкусновато, но маловато».
Герои и их поведение — 5/10 Ваня — маладэс. Макс — функциональный. Наденька — чемоданчик. Миха — «Я чудак на букву м». Митя с Тик-Током — неожиданно симпатичный, но выбивается по тону. Средняя температура по больнице — ровно пять.
Язык и слог — 7/10 Читается легко, по темпу почти не проседает, диалоги корявоватые, но именно этим и хорошие, потому что в жизни люди так и общаются. Но местами автор объясняет то, что уже показал.
Автору спасибо за текст. Он живой, спорный, местами раздражает, местами увлекает. Шо ещё для щастья-то надо?
А я всех обнял, приподнял, и поздравил с днём дня и пайскими мраздниками. И видос на смежную тему, почему-то он мне вспомнился при прочтении и очень порадовал.
Остапэ