Рецензия на сборник рассказов «Одна женщина»
Вступление.
Мысли по поводу
Суть профессии писателя – добровольно привязаться к столбу в центре города, и давать всем прохожим право по желанию сделать с тобой все, что угодно. И если у Шарика при виде столба желание простое и понятное, то у двуногих мимоходов все намного разнообразнее, а венец всего, самое мучительное – пройти, как мимо пустого места. Молча.
Вот потому автор беззащитен перед критиком и рецензентом, причем беззащитен как бы по умолчанию, по правилам игры. То есть даже рьяного не пошлешь, не комильфо. Писал? Писал. Теперь терпи. Что значит: "а нафига?" Что значит «а с хюа ли?» Потому что писал.
Ну что ж, вот он я. Здравствуй, автор. Писал?
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Женщина и цветы.
Если бы я был психологом.
Меня всегда интересует, что в голове у человека. Что водило рукой автора, почему именно эта тема и именно в таком изложении, простите за «тап-тап-логию», изложилась.
Остается жутковатое ощущение человека, научившегося улыбаться заново после какой-то катастрофы, к которой она адаптировалась, и теперь живет более или менее сбалансированно - как однорукий, научившийся решать массу бытовых проблем: и сказать, что все изумительно, не скажешь, и в то же время жизнь продолжается.
Героиня живет в обществе. Но то ли ее беды, то ли лекарства от них, видимо, никак не связаны с обществом, ибо судя по всему, у нее нет желания пылать гневом к обществу, как-то ему мстить, что-то в нем менять (а это как по мне важный маркер. Всем в обществе в равной степени нехорошо и некомфортно, и нормальный человек всегда знает, что с ним нужно сделать, чтоб оно стало лучше. Потеря желания исправить общество – очень яркая метка психологического состояния).
В итоге получается так, что она существует в одной плоскости, а общество, осознав тщетность попыток ее ограничить, - в другой.
Очень характерное в этом смысле предложение.
Полиция, друзья и родственники, а также соседи, сослуживцы и остальные жители города, подумали, подумали и махнули рукой.
Интересный список, правда? Особенно если его прочитать второй раз, уже зная, что это перечень тех, кто махнул рукой.
А то, что в итоге общество заваливает ее цветами…
Кстати, я бы спросил, а на кой обществу столько цветов? - ведь это тоже вкусы. Любитель котиков всем желает котиков, любитель выпечки из творога с зеленью искренне пытается всех накормить оным, не осознавая иной раз, что не всем такое даже можно.
Так вот, то, что на общество струятся водопадом цветы - никак не отменяет разных плоскостей. В том и тайный смысл, что они не должны дотягиваться до общества, они на него СНИСХОДЯТ. И в глазах автора это выглядит как оправдание всего, что было, как вознаграждение, как закономерное воцарение справедливости.
Ключевая для этой главы -
тема кладбища.
Я бы (будучи психологом) поинтересовался, откуда такое сильное желание вернуть что-то с кладбища.
Мне сдается, что это попытка вытащить хоть то живое, что туда попало несправедливо и преждевременно. Это подсознательное желание Орфея - спуститься в Аид и выковырять назад свою Эвридику.
А понимая, что закон природы необратим, она замещает бессмысленное сражение с ним - спасением тех живых, кого туда отправили зря и незаслуженно.
В этом плане очень характерно, что она обещает вернуть цветы обратно на кладбище. Собственно, социум, смирившийся с ее пристрастием, ей такое условие не ставил. Их вполне устроил просто тот факт, что одноразовая печальная красота нашла второе призвание и ценителя. Но нет, она настояла, и вышло по ее.
То есть она прозрачно намекнула, что закон жизни, в которой последует смерть, она не отменяет, и все, что она оттуда уносит, все равно там окажется - но предварительно унесенное проживет большой кусок дополнительной жизни, который ему даст она.
Скажем так. Я не выношу никаких оценок, в психологии оценки работают от слова никак. Я констатирую факты.
Если бы я был психолог, а ко мне обратилась женщина с жалобой на то, что у нее навязчивое желание нести в дом цветы с кладбища, я бы это ей объяснил, предпринял что-то для решения проблемы.
А так есть некая история. Чему она учит? Ничему, и в этом смысле правильно написано в конце - морали не будет. Здесь нет поведения, которое могло бы стать примером. Здесь есть выживание и сохранение себя, своего смысла жизни в заданных условиях.
Имеет ли ценность такая проза - честное описание, пусть облеченное в изящные вуали - описание выживания после катастрофы, дневник ре-конструкции, склеивания мира из осколков?
Имеет, если она не тетради, которые ведут по заданию психотерапевта. Если она художественна.
Эта – более чем художественна.
И об этом дальше.
СТИЛЬ
Вся эта хроника зарастающих культей упакована с царственным изяществом стиля. Честное слово, многим стоило бы поучиться, как простые мысли облекаются в простые слова. Обычно эти два явления редко встречаются по одну сторону текста, вечно они как на качелях – бревне: если слова просты – смыслы запутаны, если смыслы проще некуда – им так губы накрасят и глазки подведут, что иной раз задумаешься – а не убогость ли маскировали?
Но не тут, нет. Тут все отточено, тут выброшено 99 процентов деталей, а оставшиеся хоть на сфинксе высекай, их достаточно для вечности.
А еще простые и удивительно достоверные образы. Все жилье заполнено цветами, кроме маленького пятачка на кухне у раковины. От себя хочется усмехнуться по-доброму, и съюморить - правильно, иначе описываемый персонаж был бы мужчиной.
Соседи сначала отказывались от цветов, но(если можно так пошутить) мадам бегала быстрее. Так вот, вся эта понятная житейская ситуация про настойчивую доброту, выражена парой слов, причем до сих пор я в одной фразе их вместе не встречал. Соседи сначала отказывались, а потом куда деваться.
Мне не зря хочется время от времени пошутить. Автор тоже нет-нет да улыбнется, описывая свою женщину. Хочу заметить, умение улыбнуться над своим героем, тем более, когда так трагичны его, героя, внутренние процессы – это тоже маркер очень высокой пробы.
Стиль – добротен, умен и просто прелестен. Стиль отработан до звона. Просто нет слабых мест, к которым можно было бы прицепиться. В этом смысле стилистическая форма – как рельс. Равномерно прочная по всей длине. А это, знаете ли, тоже показатель.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. И ДРУГИЕ
Вы думаете, на том, что женщина, любившая цветы, умерла, и ее похоронили с ее же цветами – на этом эпопея закончена? Mais non, как говорят в этих ваших Марселях и Лионах.
Жила-была женщина, которая любила свежий воздух.
Не то чтобы она контачит с социумом. И не то чтобы социум рад, что она у него есть. Социум выжимает ее, как вода пробку. Ему любительницы свежего воздуха (кстати, вместо воздуха можно подставить нужное – суть дела не меняется) – любительницы чего бы то ни было, что нельзя подать в кулере, или кондиционировать кондиционером – не нужны. Но видите ли, уважаемый социум. Если черным по-белому написано слово «любила» в женском роде – я советовал бы быть осторожнее. Это знак того, что в самом лучшем случае вас отодвинут. В чуть более усугубленном варианте, если вы встанете на пути высоких чувств – вас снесут. И да, вы безусловно рискуете водой в кулере, которую, поставив ногу на ваш хладный моральный труп, у вас выкачают и унесут с собою. И вы до конца жизни будете жить с этим позором. Вы это осудите, но все в тайне будут знать, что однажды у вас похищали воду из кулера.
Вот что хотите со мной делайте, но это конструирование уникальной мифологии на понятных и знакомых архетипах. Суть борьбы между героиней и мертвыми офисами сводится к школьной фразе: Дрались с 7 В. Мы их сделали! Но они нас избили. Так и здесь, офис не пострадал внешне, но единственный оживший персонаж его покинул. Не вдохнул вокруг себя жизнь, не повлиял на коллег, не увеличил выработку бумаго-часов или задо-стульев, уж какие там показатели у них. Нет, она его покинула. Потому что любовь. И любят - воздух. А белый пластик не любят. В белом пластике можно лежать с биркой на пальце ноги, но любить его – нет.
Честно говоря, у меня очень глупый вопрос – а это разные женщины или одна и та же?
Не то чтобы это было важно для понимания авторской прозы или ее оценки. Но любопытно же)). Это эволюция или спектр?
Отгадку я знаю. Более того, я даже вам ее скажу, но вам она не поможет.
Отгадка в том, что для этого надо знать женщину. Знать, что такое женщина. Она легко и непринужденно способна стать и своей собственной эволюцией, и спектром радужных состояний. Она бросит на стол семь настроений, но вы ошибетесь, если решите, что красной она была, потому что был понедельник. Более того, вы ошибетесь, если решите, что после понедельника будет вторник. И дальше я объяснить это не в силах.
Как говорится, вот вам первоисточники в их пылающей наготе – изучайте.
Ведь дальше третья глава.
Я упорно мысленно именую эти главы рассказами. Но автор четко написала – глава.
И я не понимал почему. А потом понял.
А что, если это главы Лернейской Гидры?
Итак, женщина не любила одуванчики. А муж поставил своей целью научить ее их любить. Кончилось тем, что ему преподнесли вырезанное сердце его собаки.
Как по мне – это продолжение и развитие темы «она любит».
Когда «она любит» - это весь мир ощущает на себе.
Но некоторым хотелось бы, чтоб она любила то, что она не любит.
Возможно, мужу многое мог бы рассказать кулер из офиса в прошлой главе. Но вряд ли он внял бы.
Одна из моих гипотез – только не думайте, что я настаиваю на их истинности! – у женщины была антилюбовь к одуванчикам. НА старте. Но муж за свою нелепую нечуткость (женщины всегда считают нечуткими тех, кто не слышит их ультразвука или не способны увидеть все семнадцать оттенков ультрафиолета) – чуть не поплатился жизнью. А собака так и вовсе.
И не спрашивайте меня, в чем виновата собака. Поверьте, молния ни с того ни с сего не бьет. А уж сердце вырезать, заморачиваться…
В общем, антилюбовь – это та же любовь, только сердце вырезают не потом, а сразу.
Четвертая глава – женщина и кошки.
Каждая следующая глава становится все призрачнее. Даже в первой уже хотелось вспомнить Борхеса: - А ты, читатель, уверен, что понимаешь меня? (это в контексте того, напомню, что одни и те же комбинации букв могут обозначать совсем разное).
А тут, про мамочку, кошек и ведьму, маски просто истаивают. Кошки все как ксерокопии (привет Эйнштейну с семью одинаковыми костюмами, чтоб не заморачиваться), и нужно это для того, чтоб город не наказал мамочку за троекошкство (или больше того). Пожар. Котомать гибнет, чтоб обеспечить дочек приданым – крутой бэкграундной историей, чтоб «уважали». Причем кошки, в этой настойчиво достигаемой легенде, почему-то должны выскакивать из лопнувшего живота сочиняемой ведьмы.
И, собственно, автору плевать на судьбу кошек.
Уже по одному этому вы можете видеть, насколько нестандартна у нас автор. В эпоху интернета это все равно что плевать принародно на святыни.
Шучу.
Ваши кошки милы и хороши, но это не повод их обожествлять
(автора рецензии в процессе написания этого предложения укусила кошка. Если честно, это ее нормальное состояние, она вместо Киси у нас Куся - но все равно это знак).
Как по мне, это снова про социум. Ограничивая число позволенных кошек, социум вторгся на территорию любви женщины.
Я не удивлюсь, если и пожар произошел именно потому, что задели ее любовь. Ибо некоторые вещи социуму можно доказать только с костра.
Пятая и последняя глава этого, извините, дивертисмента, или квинтета лернейских голов.
Встретился женщине мужчина, вполне пристойный по женским канонам, чему следует исчерпывающая сводка.
А в итоге его поменяли на пару хороших саженцев яблонь.
Как по мне - это про время.
Нет, дорогие товарищи, это не иллюстрация деревенского оханья, дескать, лучше б вместо тебя, ирода, поросенка выкормила, имела бы мясо на новый год.
Я лично наблюдаю невооруженным глазом два слоя этой луковой кожи. Первая – любовь к садо-огороду, как признак надвигающейся старости. Учитывая все, что мы теперь знаем об авторе, я подозреваю скорее очередной деконструкт очередного конструкта. Тем не менее, как один из смысловых пластов, дает основания его там подозревать.
Ну и да. Мужик – это ненадолго. А Яблоня – это про будущее.
Я, наверное, скажу нечто жуткое, но яблоня даже ближе к будущему, чем дети. Потому что она ходить не умеет.
Вот такая у нас автор. И такие головы у ее многоликой гидры.
Итог.
Он мне не известен. У меня есть мое личное мнение.
Это – умная проза. Это проза с внутренней жизнью и логикой.
Готовы ли вы ее читать? На том ли вы уровне, чтоб ее читать?
Пока не попробуете, не узнаете.
Я это прочел, и я хочу еще.
Для меня – это информативный знак на дороге: осторожно, впереди высока вероятность торнадо, камнепадов и землетрясений. Впереди высочайшая концентрация Природы.
Осторожно, впереди Женщина!