Рецензия на роман «Завет Петра. Аудит империи»

Зрелость Петра. За державу уже не обидно! 

Что такое «альтернативная история»? Чем являются на самом деле все эти романы про пападанцев из будущего в прошлое и наоборот? Какое место эти произведения занимают в сегодняшней русскоязычной литературе? Именно русскоязычной, а не русской. Потому что и классиков не так много, и многие веяния, если не сказать – влияния – слишком уж деформировали стиль классической русской литературы с её духовностью, психологизмом и глубоким философским подтекстом. Экшен, драйв, динамика, хайп – понахватались англицких словечек и пошли косить денежные знаки, не задумываясь о Вечном. 

Но вот вам новый виток в современной фантастике. А виток ли это? И фантастика ли это? На мой взгляд, это такие современные сказки для современных взрослых. Для тех, кто не смог вскочить на социальный лифт, кто не взобрался по социальной лестнице и прожил жизнь или часть жизни совсем не так, как мечтал бы прожить или как хотел бы. Причины могут быть разными, но в любом случае многие просто смирятся с этим. Кто-то попытается увидеть в себе своих детей – так часто мамаши таскают своих чад то на гимнастику, то на каратэ. Особенно мне, тренеру, смешно видеть, как такая бегемотообразная мамаша пытается сделать из своего слонопотамчика звезду мирового бокса или другого серьёзного единоборства. Папы поскоромнее будут – они, конечно, тоже своих деток пытаются наставить на путь истинный, и хорошо, если этот путь – в мир спорта. Бывает и хуже…

А вот некоторые взрослые пытаются свои мечты описать. Нет, не в том смысле, не с ударением на первый слог. Они пробуют написать книгу, в которой как бы переживают свою жизнь заново. В другом теле и часто – с другим опытом. Но с учётом тех знаний и умений, которые у них к этому периоду жизни уже есть. Вот так, на мой взгляд, и появилась эта категория в фантастике – «попаданцы».

Я про описание не зря пошутил. Роман автора под псевдонимом Денис Старый «Завет Петра. Аудит империи» начинается именно что с описания – с ударением на второй слог. Когда попавший в тело умирающего императора Российской империи Петра Первого, пардон, описался. Причём это поистине героическое действие! И я не шучу и не иронизирую – далось это главному герою (ГГ) весьма и весьма нелегко. 

Но, пожалуй, начну с главного.

Итак, сама идея написать роман про попаданца под эгидой аудита всея Российской империи – это, на мой взгляд, уже лихо. Конечно, лично мне, человеку, закончившему институт физкультуры, тема аудита всегда интересна. Правда, мне ближе другой «аудит», которым в лихие 90-е занимались мои однокурсники на рынках и стадионах, ставшими рынками. Но, как говорил Александр Ширвиндт, царство ему небесное, «тема интересная». Одним словом, предложение выставить главную страсть всех попаданцев» – «хомячество», как идеологию всего произведения, мне показалась смелой и достойной уважения. Ведь главный герой – не поворачивается рука в данном контексте просто обозначить его, как ГГ – он не себе в карман пихает. А в закрома Родины! 

И всё же не буду забегать вперёд!

Здесь на этом ресурсе напрасно думают, что я – только ругательный критик. Ну, такие уж мне здесь рОманы попадались – один другого краше… то есть, гаже, конечно же. И авторы после высказывания моего личного мнения, подкреплённого, как всегда, фактами и познаниями в тех областях, о которых я пишу, меня дружно банили и всячески от меня отрекались. Ну, понятное дело, кто я и кто Вязовсикий или Дамиров. Целая эпоха, ёптыть! 

Но я – критик справедливый. И в данном контексте собираюсь больше хвалить, нежели ругать. Правда-правда! Но, правда, всё же начну с некоторых мелочей. Неприятных, наверное, для автора. 

Итак, про способ попаданства в самом начале романа читать я не стал. Скучно сразу стало. Там аудитор и независимый кризис-менеджер (уже, кстати, фантастика по современным меркам) после проведения очередного аудита одной мерзкой кампании получил не только гонорар, но и пулю в грудь. И сразу же – бац – оказался в теле императора России Петра Романова. Который Петр Первый. Ситуация банальная, много раз опробованная сочинителями всех мастей, так что очень хорошо, что в данном случае автор не стал размазывать сопли по стеклу на несколько страниц. 

А вот пробуждение в теле умирающего он постарался описать достоверно. Я, конечно, не медик, не могу судить о всех тонкостях процесса умирания и воскрешения, но меня торкнуло. Особенно хорошо было это описано – красивым сочным и главное – литературным языком. Без слэнга и «заклёпок» в виде объяснений на хирургически-операционную тему. Да, немного смутило потом быстрое выздоровление пациента, но это уже надо отдать дань жанру и нашему современнику. У нас у всех ведь души напичканы антибиотиками по самое не балуй, вот и выживаем в других мирах и в других телах! 

В общем, видимо последствия сифилиса и других болячек у Петра Первого – автор тактично не уточнял всего «букета» – привели к проблемам мочевого пузыря, почек и других внутренних органов. В общем, «стриктура уретры». И когда ГГ всё же смог опИсаться, ему стало легче. Весь процесс мучений, как от болезни, так и от перевоплощения, описан – на этот раз с правильным ударением и смыслом – весьма динамично. Хорошо прописана внутренняя речь героя, что добавляет сцене и динамики, и жизненной правды. Стилистически наш ГГ про «себя» говорит почти современным языком, а вот уже вокруг него то и дело появляются и «надысь», и «кубыть», и прочие анахронизмы русской речи XVIII века. Особенно хороши приступы гнева тела донора, то есть, царя Петра, и влияние его на мозг реципиента, то есть, нашего героя. Даны весьма точные характеристики и описание внешности персонажей. Хорошо простроены все диалоги. Правда, стиль разговора практически всех, кто говорит с «царём», слишком приближён к современному. Почитать тот же роман про Петра Первого Алексея Толстого – то и дело проявляются словечки типа «давеча», «окромя», «нахлобучил», «чай, смилуется» и так далее. Хотя, конечно, и в данном романе, о котором я пишу, есть и «супротив», и «зело возжелал я». И всё же, конечно, слишком уж по-простецки гутарят и государь, и его подданные. По-аудиторски как-то. Но, видимо, для нынешнего поколения зачётно.

Про медицинские мелочи я сказал – лично я поверил в операцию по протыканию живота и мочевого пузыря (надлобковая цистостомия). Поверит ди практикующий хирург или любой другой медик – не знаю. Мне лично слишком уж показалось сомнительным быстрое выздоровление ГГ. Но, как я уже писал, наши души – они в XVIII веке выживут в любом теле. Даже таком больном, как у российского государя. Вот выжил бы пришедший из будущего в наше сегодняшнее в современных наших "кризис-менеджерах": Вот это уже вопрос! Там ведь столько у них в их организмах всего накопилось!

Но, в целом, все гадости я уже высказал. В целом роман читать интересно, поскольку, как было сказано выше, слог добротный, литературный язык достаточно хороший, а сюжет простроен весьма изобретательно. Не так, как у большинства авторов «про ЭТО»: очнулся в чужом теле, наворовал «ништяков», как из своей памяти, так и пользуясь доверчивостью аборигенов, провернул пару интриг – и вот уже правит миром. И «хомячит» себе все ценности этого мира.  

В данном романе, во-первых, сразу же заявлена главная интрига – выживание в теле аборигена нашего современника. Здесь и придворные заговоры, и злобное окружение царя, и его соратники-сподвижники, они же – смутьяны и воры. И разваленная, хотя и не до конца, петровскими перестройками, Российская империя. Так что за сам сюжет и его динамику сразу ставлю жирный плюс. Потому что не оторваться!

Во-вторых, кроме стиля изложения присутствуют и душещипательные человеческие моменты. И детки малые, причём, не только царские – и просто детишки, мёрзнувшие у саней с добром, которых пожалел государь. И его собственные внуки. И раскаяние Петра в убийстве своего сына. В общем, есть место человечности. А не постоянному смертоубийству и погоне за звонкой монетой, как это в большинстве «рОманов» на подобные темы. 

И, наконец, в-третьих, лично меня подкупает прописанное красной нитью «За державу обидно!» Как постулат для воспитания подрастающего поколения – очень даже! Как нерв, который держит сюжет и не даёт ему угаснуть – тоже. И, конечно же, как идеологическая подоплёка всего повествования. Потому что иначе – а на фига вот это всё? Здесь, как в театре, извините – у каждого актёра и режиссёра должна быть своя сверхзадача! А не просто выйти и на двести страниц покуролесить, свои комплексы изложить! 

Спойлерить не буду, если кому станет интересно – сам прочтёт, чего же там наворотил современный аудитор в России XVIII века. Мне лично тоже стало интересно, каким образом можно провернуть реформы Петра Первого. Тем более, что я внимательно прочитал альтернативный взгляд Александра Бушкова в его книгах серии «Россия, которой не было». Именно поэтому я и дальше стану читать эту серию про Петра Первого. Причём, интересен не только сам герой, не только эпоха, в которой он оказался – а я всегда любил читать исторические романы, начиная от Ивана Ле и Алексея Толстого и до великолепного романа о феодальной Японии Ольги Гурьян, который навсегда меня покорил и направил в секцию каратэ когда-то очень давно. Мне интересна мысль автора и его соображения по поводу того самого принципа «Как нам обустроить Россию». Потому что всё, что мы делаем в этой жизни, ведь подчинено Главной Цели. Для меня и, видимо, для автора, эта цель – как бы пафосно это не звучало – быть полезным Отчизне. 

И это чертовски подкупает.

Хотя, вот ведь блин – снова о деньгах…