Рецензия на роман «Товарищ военврач»

Я неравнодушен к врачам. Может потому, что почти 40 лет женат на замечательном враче, ответственном и буквально сгорающем на работе. Может потому, что видел их работу вблизи и на службе и на гражданке и знаю, как это сложно и как трудно. Поэтому всегда с удовольствием сам пишу и читаю книги про врачей, внимательно отслеживая новинки в этом жанре. Мой Распутин из «Эпохи перемен» - военврач, если помните. Конечно же не мог пройти мимо новинки с таким же названием – товарищ «Военврач» -  про самый тяжёлый 1941-й год- https://author.today/work/597528 

Человек в белом халате — это всегда про избыточность: боли, которую он пропускает через себя, и надежды, которую он обязан дарить, даже когда внутри выжженная пустыня, любовь, которая помогает им врачевать нас, потому что ничем другим мотивацию к этому подвижничествй  обосновать невозможно. Врач (когда он действительно врач) – это всегда на грани, даже в сугубо мирной жизни это профессия вечного подвига сражающихся со смертью. (Простите за пафос, но это так и есть)

Не верите мне -  поверьте Антону Павловичу Чехову, который знал цену этому призванию не понаслышке: «Профессия врача — это подвиг, она требует самоотвержения, чистоты души и чистоты помыслов». 

В 1941-м этот подвиг стал повседневностью, а «чистота души» проверялась в условиях, где сама человеческая природа, казалось, должна была дать сбой. В это время врачи заняли особые позиции на последнем рубеже между жизнью и смертью. 

Помните Равика из ремарковской «Триумфальной арки»?  Он оперировал без документов, без сна, без права на слабость, потому что его руки — единственное, что еще могло противостоять смерти в этом обезумевшем мире. Советские врачи – это коллективный герой «Триумфальной арки», как ставшие героями художественных произведений, так и оставшиеся неизвестными.

Это состояние, которое философ Спиноза называл «деятельной любовью» — не вздохи на скамейке, а тяжелый, изматывающий труд ради Другого. Вспомните гениальный фильм «Дорогой мой человек» — там Владимир Устименко говорит: «Врач не имеет права на „не могу“». Это черта, за которой кончается обыватель и начинается служитель.

Книга «Военврач»  только-только начала публиковаться и искренне желаю автором сделать так, чтобы получилась не просто военная проза, а зеркало, в котором страшно, но необходимо смотреться. Там, в хаосе отступления сорок первого, за каждым бинтом и скальпелем стоит вопрос экзистенциального выбора: остаться ли человеком, когда вокруг рушится само понятие человечности? 

Как писал Януш Корчак, отдавший жизнь за своих маленьких пациентов: «Нельзя оставлять мир таким, какой он есть». Вот в рамках такой парадигмы жанр попаданцев реально оправдан.

Врачи — это те, кто латает не только плоть, но и саму ткань бытия. Склоняю голову перед каждым, кто, приходя со смены, приносит в складках одежды запах лекарств и смертельной усталости. Ведь, в конечном счете, как сказал великий Авиценна: «У врача есть три орудия в борьбе с болезнью — слово, растение и нож». Но я бы добавил четвертое, самое важное — сердце, которое горит, не требуя ничего взамен.