Рецензия на повесть «3. Файерфлай (Залезай)»

На экране ноутбука мерцают три квадратика. В левом — Эшьен с бокалом, в правом — Sacha с отблесками монитора на линзах, в центре — Vovka, уже потягивающий что-то покрепче сидра для храбрости.

Sacha (вздыхает, как после сложного рефакторинга кода):

— Ну что, Вовка, я дочитал. Сначала думал, это корпоративный фанфик на «Нью Роуз», но потом понял — просто очень опасный гайд по соблазнению и поджогу отелей (спойлер: отель сгорел). Общее впечатление? Цельное, черт возьми. Как хорошо склеенный билд, где каждая деталь на своем месте. Но разрозненное — потому что автор постоянно норовит улететь в астрал, когда мы ждем простого действия.

Эшьен (делает глоток и блаженно щурится):

— Не будем торопиться. Общее впечатление у меня… противоречивое. С одной стороны, мощное, как удар хлыста в хорошем марсельском ночном заведении. С другой — кофе после бессонной ночи, когда ты уже не понимаешь, где реальность. Но, mon ami, это приятное слабое, потому что книга не давит, а окутывает. Хотя иногда — жалкое, особенно когда герой, этот великий менеджер, ползает по номеру за ключами.

Vovka (возмущенно):

— Эй! А мощный финал? А танец на крыше? Вы что, не чувствуете этот драйв?

Sacha:

— Чувствуем, чувствуем. Но давай по порядку. Сюжет. Скажу прямо: сведён он логично, как хороший маршрут от «Сапсана» до «Вандерленда». Начало — завязка с Мириам — работает мощно. Офисная сага с жабьим директором — это вообще глоток свежего воздуха в болоте серьезной прозы. Однако, линии провисают. Вот этот ресторан «Флоризель», паста арабьята… К чему нам эта утка конфи, если мы ждем поджога? Это момент, который не работает на сюжет, просто фоновый шум. Мог бы сократить до «они поели и пошли трахаться».

Эшьен:

— О, Саша, ты вновь в своей инженерной клетке. Сюжет — это не только поезд, несущийся в пропасть, но и вид из окна. Да, пережевывание быта есть. Но есть и линии, работающие идеально: например, жабы, менеджера Зази и линия пожара. Мы ждем, что герой проснется в луже собственной глупости, и он просыпается. Сюжет не насилует зрителя, он ласково ведёт его за ручку до самого пожара. Но Саша прав: момент с кражей ключей во сне — тут логика хромает на обе ноги. Это самое слабое место сюжета.

Vovka:

— Так она же гипноз! Лова!

Sacha:

— Допустим. Тогда это вопрос достоверности вообще. Ребята, если бы я заснул рядом с незнакомкой из Алеппо, у которой в чемодане бензин, а сама она рисует у меня на лице кровью, я бы сгорел быстрее, чем эта их оранжерея. Нарушены законы самосохранения! Но, черт возьми, в контексте книги это не режет глаз, потому что достоверность здесь — на службе магии. Мы соглашаемся с правилами игры. Готов простить даже танец на крыше, хотя с точки зрения физики (ветер, март, голый зад) — это полный провал. Но зато — какой театр, господа!

Эшьен:

— Вот тут ты попал в точку. Достоверность в деталях — сильная сторона. Эти собаки у колонны, запах канавы, сувенирные жабы, вечно сраные менеджеры и бензин под видом вина. Всё это выписано с такой любовью к мерзости, что веришь сразу. А вот законы природы… конечно, нарушены. Она — вечная. Он — летает вне тела. Дереализация ? Точно не научная фантастика, это, простите, бред компактной кобылки в ночи. Но бред, стилизованный под высокую поэзию. Время? Март на дворе, а они голые балкон согревают —  цирк. Но когда читаешь, плевать на небесную механику. Ты веришь в эту конкретную, локальную магию Петербурга.

Sacha:

— Что касается языка. Он — мощный и цепкий. Стилистика — это конек автора. Никаких «пулеметов» и «саднящих коленок» — за это отдельный респект.  Секс на балконе – это уровень начинающего автора, типа Миллера и его «Тропика», а у нас тут АТэ. Но... (пауза, горделиво делает глоток Гиннесса)... Но описание процесса...Есть эстетика даже в том, как она садится на лицо. Это, Вовка, не просто порнография, это какая-то пост-индустриальная литургия. Язык работает, чтобы создать смесь триллера, эротики и корпоративного абсурда. И он чертовски хорош, но местами слишком самолюбуется, слишком долго вылизывает детали интерьера, пока сюжет стоит на месте.

Эшьен:

— Согласен. Язык — приятный, даже сладкий. Но это необходимый сахар, чтобы проглотить эту горькую пилюлю про уничтожение бюрократии. Автор справился. Текст не провисает стилистически ни на одной странице, даже когда герой плашмя лежит в отключке.

Sacha (подводит черту):

— Итак. Книга производит впечатление цельного произведения, несмотря на разрозненные эпизоды с ключами и балконом. Она мощная по атмосфере, приятная на вкус — для любителей, но для пуритан — фривольная. Сюжет логично сведен к одному большому пожару, провисает лишь в бытовых сценах, но все линии, кроме ресторанной, работают на финал. Язык — пять баллов, достоверность магии — отличная, достоверность физики — не очень, но этого мы и не ждали. Средний балл не меняю — 7.8.

Эшьен:

— А я все же подниму до 8.0. Потому что, говоря языком ваших физиков, пусть ветер дует, где хочет, но та книга, от которой хочется самому поджечь свой офис, заслуживает твердой восьмерки. Остальное — шелуха.

Vovka (улыбается):

— Ну, хоть кто-то оценил размах!

Sacha:

— Ладно, иди пиши свой сиквел про богиню.
Эшьен:

— Bon appétit, mon ami. И помни: не важно, что в папке, важно, как красиво она горит.

Квадратики гаснут. В темноте мерцает лишь обгоревший логотип «Новая Роза» и плывет цифра «8» — за стиль, за дерзость и за идею.