Рецензия на повесть «Ярмарка дождливых теней»

Общее впечатление

Это атмосферная, глубокая и удивительно светлая история о темных сделках, семейных тайнах и освобождении от груза прошлого. Несмотря на название, отсылающее к хоррору, работа скорее психологическая драма с элементами мистического реализма.

Сюжет и композиция

История разворачивается в двух временных слоях: 1963 год (исчезновение Маргарет Олдрич и Томми Фелла) и 2003-й (возвращение ярмарки и попытка Элли и Клейтона разорвать контракты).

Работа делится на: Зов (обнаружение дневника и приближение ярмарки), Испытание (вход на ярмарку, встреча с Пенумброй, первые попытки заключить сделку) и Искупление (отказ от сделки, разрушение ярмарки, возвращение домой). 

Особенно понравилась вторая глава, где параллельно три линии: Элли находит дневник и встречается с Дорис; Клейтон получает письмо от агента и достает старый билет; сам город Хармон-Миллс готовится к возвращению ярмарки. Слабее прописана третья глава. Зато четвёртая глава  сильнейшая часть текста. Эпилог идеально прописан. 

Герои

Это сильнейшая сторона произведения. 

Элли Прескотт — двенадцатилетняя девочка, которая удивляет своей способностью чувствовать, помнить, не сдаваться даже тогда, когда кажется, что сдаться единственный выход. 

Клейтон Фелл — иллюстратор, который сорок лет рисовал один и тот же карнавал и не мог его закончить. Его линия  это история вины, которая перемалывает человека изнутри, и освобождения от этой вины не через прощение, а через принятие. 

Маргарет Олдрич появляется в основном через дневник и видения. Это мечтательная девушка, которая хотела стать настоящей и поплатилась за это сорока годами танца на нитях. 

Пенумбра злодей не в классическом смысле, потому что он— голод, сущность, которая существует, потому что люди хотят сбежать от себя. 

 Достоверность и фантдопущение

Фантастическое допущение здесь классическое: ярмарка, исполняющая желания ценой души. Интереснее то, как именно как это допущение работает. Ярмарка не крадет души, а принимает добровольные дары. Единственное слабое место в тексте — это хронология. Временные сдвиги между 1963 и 2003 годом не всегда согласованы: Томми пропадает в шесть лет, Клейтону в 1963-м тринадцать. Значит, в 2003-м ему должно быть пятьдесят три. Это сходится. Но тогда, если Маргарет в 1963-м восемнадцать, ее сыну Уэйду в том же году десять лет (она родила его сразу после сделки). В 2003-м Уэйду должно быть пятьдесят. Но он выглядит старше. Также не вполне ясно, почему именно отказ Элли и Клейтона разрушает ярмарку. Ведь до них были тысячи посетителей, которые, вероятно, тоже отказывались от сделок? Или нет? 

Психология отношений

Это, пожалуй, главная тема произведения и здесь автор достигает высочайшего уровня.

Элли и Уэйд — история о том, как дети становятся родителями для своих родителей.

Элли и Клейтон — их союз на ярмарке скорее братский: два человека, которые потеряли близких на одной ярмарке с разницей в несколько часов.

Маргарет и Уэйд — самая трагическая линия. 

Клейтон и Томми — классическая история о вине выжившего. 

 Основная мысль

Автор поднял интересные темы. 

Первая: природа желаний. Маргарет хотела стать настоящей и стала куклой.

Вторая: боль как часть личности. Пенумбра предлагает избавиться от страданий, но платой становится потеря всего остального. 

Третья: прощение. Уэйд прощает мать не потому, что она заслужила прощение, а потому что ему самому нужно перестать носить этот груз.

Четвёртое: свобода как способность сказать нет.

  Ошибки и ляпы

1. Хронология.  Как уже упоминалось, с возрастом Томми и Клейтона все сходится, но возраст Уэйда вызывает вопросы. Если Маргарет в 1963-м восемнадцать, ее сыну Уэйду в том же году десять лет, то есть родила она его в восемь лет? Это невозможно. 

2. Природа Пенумбры. Кто он? Демон? Призрак? Сущность? 

3. Судьба других марионеток. Что стало с десятками других кукол в Театре желаний, когда ярмарка рухнула? Освободились ли они? Исчезли?

4. Дорис Гроув. Она знала слишком много, но при этом ничего не сделала за сорок лет. Почему? 

Мои ощущения

Лично мне очень понравилось. Это  редкий случай, когда мистическая история оказывается не историей о монстрах, а историей о людях: о том, как мы бежим от себя и почему этот бег бессмыслен, о том, как боль делает нас людьми и о том, что свобода это не умение получить желаемое, а умение сказать нет тому, что предлагают. Автор постарался сделать хорошую историю, которую было приятно читать, даже в отсутствие иллюстраций.