Рецензия на роман «Веридикт»
Что там, за туманом?
Жанр произведения сходу не определишь: с одной стороны, он полностью соответствует заявленному технофэнтези, однако с другой, содержит элементы и других поджанров, например, постапокалипсиса, кибер- и стимпанка. Литературные соответствия тоже подобрать нелегко, мне вспомнились разве что некоторые вещи Майкла Муркока. Я бы отнёс роман к слипстриму — удобный размытый термин, подходящий практически для любого нереалистического «неформата», имеющего признаки артхауса.
Впрочем, формально и сюжет, и герои романа вполне традиционно-фэнтезийные: король и принцы, и придворные дамы, и мутный лекарь, и главная героиня — храбрая и настырная студентка. А вот мир для жанра вовсе не традиционен: нет ни драконов, ни мечей. Хотя магия, как таковая, есть, но работает она строго натуралистично, а вместо магов тут инженеры.
Мистолия — это даже не целый мир, а огрызок мира, погибшего в ходе некой катастрофы:
«Несмотря на то, что Мистолия была большим королевством, память о других державах, существовавших когда-то на месте непроглядного тумана, помогала понять истинные масштабы потерянного мира».
Экспозиция по нему даётся урывками, однако в результате вырисовывается мрачная и причудливая картина мира, в котором «свет и тьма соблюдали негласный паритет». Мистолия окружена сплошной стеной тумана, и никто не ведает, что за ним находится, и есть ли что-то вообще. А власти ещё и построили перед туманом по всему периметру каменную стену. Не очень понятно, зачем — никто из жителей всё равно за пределы королевства не рвётся, поскольку все уверены, что это означает неминуемую смерть. «Изгнанием» в туман наказывают преступников, причём даже за мелкие преступления, вроде кражи яблок с королевской кухни — здешний политический режим носит черты тоталитарной тирании.
Во всяком случае, это общество находится под жёстким контролем правительства, что облегчают очень развитые технологии манипулирования сознанием. Каждый гражданин носит на руке нейроинтерфейс — синк, «технологичные браслеты, способные синхронизироваться с нейронной активностью пользователя».
«Своего рода документы, кошелёк, личный дневник, центр развлечений и третья воображаемая рука для таких же воображаемых действий в едином ключе».
«Им платили, на нём учились и следили за временем, с его помощью смотрели фильмы, слушали музыку и обменивались впечатлениями».
«С помощью синков художники рисовали захватывающие вымышленные картины, композиторы сочиняли музыку, драматурги писали сценарии, переполненные не только словами, но и эмоциями, которые потом легко было подхватить актёрам пьес».
Но главное, что через синки полиция (архангелы) имеют возможность всегда отследить его носителя и считать информацию:
Записанные на синк реальные эпизоды, участниками которых были их носители, используются, в том числе, и в юридической практике, что является важным обстоятельством для этой детективной истории.«Гарнизон в равной степени найдёт девушку и в общежитии Университета, и дома, в родном посёлке Хаз, до которого ей всё равно ни за что не добраться, и в раскинувшихся на десятки километров джунглях. Никому не удастся покинуть Мистолию, потому что, кроме королевства и густого тумана вокруг него, ничего больше не существует».
Мир этот обладает и другими впечатляющими технологиями, основанными на особенностях здешней природы, прежде всего, удивительных, граничащих с магией, свойствах некоторых минералов. Воздушные экспрессы, катушечные мосты, атмосферные конденсаторы — всё работает благодаря этим камням:
«Между ровными стеклянными кубиками теплиц высились чёрные башни, унизанные драгоценными камнями похлеще придворных барышень, — атмосферные конденсаторы бесперебойно собирали воду для орошения продовольственных культур».
Однако пережитая катастрофа сказывается на всех сторонах жизни. Например, размножение тут жестко регулируется: жители одного населённого пункта, даже крупного, не имеют права заключать браки между собой — во избежание генетического вырождения. Конечно, всякое бывает, но последствия для нарушителей могут быть весьма серьёзными. Дело в том, что в биоценозе этого мира (природа его, кстати, напоминает Юго-Восточную Азию) проявляется некий химеризм — изначально безобидные животные мутируют, смешиваются признаки видов и появляются крайне опасные монстры. Очевидно, это тоже следствие катастрофы:
«Население растёт и человечество расползается по суше, как надоедливые муравьи. Что, если именно люди вынудили животных гибридизироваться, согнав их с привычных мест обитания?»
По всей видимости, власти опасаются и химеризма людей: всё потомство от «инцестных» браков должно поступать в распоряжение некой «фармации» — надо думать, сообщества разработчиков и производителей препаратов: «Дети с нарушением генома принадлежали фармации, их изымали сразу после невнятного теста». Создаётся впечатление, что фармация имеет в этом социуме немалое могущество и даже претендует на власть, конкурируя в этом отношении с генетиками. Хотя функции обоих консорций и подробности их деятельности тоже не слишком ясны.
С другой стороны, королевская власть, хоть и обладает почти сакральным статусом, явно слабеет: «Династия Хари, а может, и вся эпоха королей, подходит к концу». А король Галиард Первый старается скрыть от общества порочащие династию факты, подчищая информацию в носителях:
«История больше не несёт в себе истинного значения, а только поддерживает всеобщий обман».
Тем более, что сделать это не очень сложно, ибо печатные носители тут давно вышли из употребления:
«В Мистолии уже несколько тысячелетий не пользовались письменностью, с тех самых пор, когда в моду вошли синки».
Сохранившиеся книги находятся в библиотеке под довольно зловещим названием Архив Забытых Слов, и, в принципе, они доступны. Именно вокруг библиотеки разворачивается детективный сюжет. Систематические кражи книг, расследование, загадочные исчезновения и смерти свидетелей, борьба королевских бастардов, паутина придворных интриг… Избегая спойлеров, лишь обозначим, что дело в информации о прошлом, истории этого мира, которую одни могущественные люди изменяют в своих интересах, а другие пытаются помешать. И из-за этого страдают невиновные. Такие, как ГГ — ученица Меральда Каллепс из Хаза, студентка факультета истории, что в обществе, где настоящая история скрывается, уже опасно. Случайно оказавшись в библиотеке в тот момент, когда архангелы проводили операцию по задержанию воров, она тоже была задержана в качестве свидетелей.
Такова завязка сюжета — увлекательного, с резкими твистами, неожиданными сменами сюжетных ролей персонажей и прочими захватывающими моментами. Однако узлы повествования выписаны не всегда чётко и подробно. Я не случайно всё время оговаривался: «по всей видимости, надо думать, очевидно». Действительно, чтобы понять некоторые элементы сюжета, приходится прилагать немалое усилие и дедукцию. Очевидно, автор не избежала распространённой ошибки: сама зная свой сюжет и мир досконально, она иногда не считает нужным разъяснять читателям какие-то подробности, полагая, что и так всё понятно. Но автор и читатель в этом отношении стоят на разных позициях и лучше бы многие вещи «разжёвывать».
Однако с этой оговоркой роман вполне способен привлечь любителей и тёмного фэнтези, и нуарных детективов, и отнюдь не только сюжетными поворотами. Мне, например, очень понравилось, как автор работает с персонажами, прежде всего, с ГГ. Меральда вовсе не стандартная ушлая девица из фэнтези, которая всех перехитрит, победит и выйдет замуж за принца. Ничего подобного: это достаточно сложная и неоднозначная личность, способная и на благородные порывы, и на обман, и на притворство. При этом она постоянно ошибается, делает неправильные выборы, попадает в конфузливые ситуации, подчёркивающие её «недотёпистость», по поводу которой она явно комплектует:
Но она умна, способна к аналитическому мышлению и обладает уникальной эйдетической памятью, что в конце концов помогает ей добраться до истины«Меральда хотела присесть, чтобы собрать разлетевшиеся по перрону вещи, но не смогла удержать равновесия и упала на колени. Платью, многократно заплёванному желчью, уже ничего не грозило, поэтому она сделала вид, будто так и планировала».
Глубоки и нестандартны и менее значимые персонажи. Например, брат Алеса герцог Тобиэл Хари. Сначала он представляется ГГ бездушной машиной правосудия, карающим мечом короля, совершенно лишённым чувств. Но потом она понимает, что всё гораздо сложнее:
То же самое с придворным лекарем Азесином Бравиати — казалось бы, типичным преступным учёным из триллеров, маньяком-убийцей и пытателем.«Кем бы ни был знаменитый герцог Хари — бастардом короля, тупой ищейкой, хладнокровным палачом, двуличным психом, — но он вовсе не жестокий».
Интересны и второстепенные персонажи. Например, «сильная независимая женщина» инженер Иона Флетчберг или обезумевший профессор Ван Орисо, имеющий свою теорию о сути этого мира, которая, при всей своей болезненности, может содержать и истину:
«Нет библиотеки, нет никаких химер и нет тумана. Мы окружены открытыми трансляциями».
Как видим, тут возникает тема «всемирной иллюзии», очень характерная для произведений в стиле слипстрим.
Даже лишь мелькающие по сюжету фигуры привлекают внимание и запоминаются: артист Мот, Портной из Престижа, королева Грисель. У всех их есть свои характеры, мотивации — явные и скрытые, свой бэкграунд, логично влияющий на развитие сюжета. Хотя порой некоторые их взаимоотношения не слишком убедительно обоснованы.По поводу стилистики романа и вообще авторской манеры писания у меня сложилось неоднозначное впечатление. С одной стороны, очевидны сила, эпичность и яркость многих описаний. Вот нуарные города Мистолии:
«Впереди выступил неровный каменистый край, едва различимый из-за тёмного нависшего неба. Так выглядит нижняя челюсть огромного и очень старого зверя, местами с обломанными и стёртыми зубами. И этот зверь жрал небо, оставляя за собой только туман. Город Мираж стоял прямо в его пасти, в вечной зябкости, мгле и измороси».
Или монструозно-величавый королевский дворец:
«Башенные шпили, выкрашенные в бронзу, извивались, словно языки пламени, отгоняя заблудившиеся кусочки облаков. На фоне неба вспученные стены из синего мрамора создавали необычный эффект оптической иллюзии, будто в этом месте небесная ткань исказилась, раздулась и вот-вот лопнет, взорвётся потоками окончательной пустоты».
Мелькают интересные, оригинальные и точные, хоть временами и жёсткие метафоры:
«Горизонт, безжалостно изломанный грядой тёмных скал, и развешанные над ним, точно грязное бельё, тучи».
«Зацепилась за настороженный взгляд профессора, будто за острый сук».
«Языки пламени принялись с голодной жадностью слизывать с неё кожу».
Порой появляются архаичные диалектизмы: «бусенец, кромушники, вопьяне, уветливый, прилащивало», однако они обычно употреблены к месту и не раздражают при чтении.
С другой стороны, встречаются неудачные обороты и даже стилистические ошибки:
«противоречивые ветра; зрительно провалившись в трансляцию; тебе стоило бы облегчиться; утонувший в обличающей первобытности сна; прятал её голость; дворянская знать».
Иногда автора явно подводит погоня за оригинальностью и «красивостью» стиля, порождая чересчур витиеватые и не слишком вразумительные пассажи:
«Её феерический блеск не доставлял дискомфорта глазам и, если смотреть достаточно долго, можно было заметить цикличность важного расхаживания, иногда переходящего в чистку пёрышек».
Сюжет, впрочем, развивается достаточно динамично и увлекает. Когда, например, гуляя по цивилизованному, хоть и странному городу, герои неожиданно попадают в поля и спасаются от хищных лошадей-химер. Однако есть и тормозящие чтение недочёты. По поводу слишком торопливой передачи сюжетных блоков, «нехватки контекста», по выражению самого автора, я уже говорил. Несколько утомляют и слишком большие абзацы.
Но при всём при этом роман интересен, авторский подход нестандартен и чувствуется некий глубинный подтекст. Всё это побуждает читателя хотеть и дальше следить за приключениями и развитием героев. Тем более, что повествование обрывается довольно резко, оставляя множество недосказанностей, главная из которых: что там, за туманом Мистолии?
Имею возможность, способности и желание написать за разумную плату рецензию на Ваше произведение.