Рецензия на роман «Смерть, отбор и котики»

И снова я с большим удовольствием читала историю про отбор невест. Но здесь он будет нестандартный. Героиня и ещё несколько претенденток и даже один претендент), точнее беспокоящийся дядя одной из невест из других миров, попадают в мир Богини Любви. А подвох в том, что их отправили сами боги, чтобы разобраться кто здесь убивает претенденток на руку принца и забирает их магический дар, нарушая тем самым равновесие одной из граней миров.

Главная героиня Амелика у нас некромантка. А вот герой не принц, а тот самый дядя -фон Грейслинг. Оба они весьма неординарные личности. Он то вообще ещё и оборотень из семейства кошачьих, а все некроманты любят котиков. Правда по профессии он палач, но и некроманты всю жизнь имеют дело со смертью. А Амелика буквально с утробы матери столкнулась со своей Госпожой.

- Грейслинг, я некромант, - вздохнув напомнила очевидное. – Фактически полумертвая с самого рождения. Целительская магия, моя полная противоположность, она почти не воздействует на магов моего типа. Все равно, что вливать воду в кувшин, у которого половина дна отсутствует.

Интересный мир с несколькими гранями придумала Маргарита. Необычные заклинания, ритуалы опасные и не очень, даже само рождение некроманта сопряжено со смертью, и даже личи здесь не привычная в нашем понимании нечисть.

- Например, я мечтаю изобрести заклинание, позволяющее отпустить душу лича, - призналась неожиданно в сокровенном, чуть крепче прижимая к себе затихшего котика.
- В смысле отпустить? – нахмурился оборотень.
- Понимаете, личом становится некромант, не сумевший вовремя передать дар и уйти за грань. Уровень дара у такого мага начинает зашкаливать, и он постепенно оборачивается живым мертвецом. Его нельзя убить и сам он уйти не способен. Более того, магичить он тоже больше не может – любое заклинание вызывает такой всплеск некроэнергии, что восстанет больше мертвецов, чем он пытался уложить, - грустно хмыкнула, вспоминая откровения Визула.
- Но вы почему-то сказали именно отпустить, а не убить? – проницательно заметил палач. Сразу чувствует опыт дознавателя – ухватить самые важные нюансы.
- Потому что это очень печально и страшно на самом деле, - призналась ему. – Довольно быстро такое существование начинает тяготить, и постепенно бывший маг сходит с ума, а то и впадает в неистовство. Таких приходится запечатывать в особые склепы, но все равно существует вероятность, что лич выберется и пойдет убивать. И все же… это не их выбор. Это лишь плата за дар. Правда, существование личей и в нашей грани редкость. Я знаю лишь о четырех, пока еще пребывающих в полном сознании. А вот сколько заключено по различным схронам и подземельям не скажет никто, - закончила хмуро.

Вообще в этой истории автор много раз нас удивит. И отбор не такой, как мы привыкли, и невесты не все жаждут стать королевой, и к принцу отношение не как к герою любого другого романа. Здесь будет невероятно увлекательная детективная линия и даже когда круг подозреваемых ограничится до трёх или даже двух, всё равно трудно догадаться кто же злодей и убийца. Автор мастерски перекидывает наши подозрения с одного на другого. А иногда и вовсе уже приходилось думать, что есть скрытый персонаж.

Но конкурсы всё-равно будут. Даже юмору будет место. Мне очень запомнился конкурс рисования. Особенно оценка эксперта, по совместительству главного смотрителя императорского художественного музея, известного художника и критика.

Сначала на лицах проступило искреннее недоумение, через мгновение сменившееся легким отвращением и ужасом. Принц лишь удивленно вскинул брови, после чего насмешливо глянул на меня. И только усатый критик рассматривал мое творчество долго, сосредоточенно, а главное хмуро.
- Глазам свои не верю, - наконец пробормотал он, - просто уму непостижимо…
Я с легкой обреченностью ждала вердикта. Ладно, я сегодня уже показала свою приближенность к монаршей особой, можно себе позволить позорный проигрыш.
- Потрясающая работа, - наконец выдохнул усач, переведя на меня сияющий взгляд и вгоняя нас всех в ступор.
- Какая невероятная задумка и графичное исполнение. Работа полная глубокого подтекста, имеющая под собой мысль, а не просто бессмысленное малевание красками. Очень концептуально, - продолжил восхищаться критик, пока я пыталась высмотреть в своих художествах то, что он описывал.
- Все эти сложные переплетения в правой половине фигуры, символизирующие запутанность человеческого сознания, переплетения чувств, мыслей и эмоций, выстраивающие характер и личность. И в то же время тонкие линии левой стороны, показывающие сложные связи человека с окружающим миром, его стремление к природе и некоторую общность с окружающей нас средой. Сильно, очень сильно, месса Розенвар, - искренне восхищался художник, произнося эту совершенную околесицу. – Возможно, техника немного хромает, но задумка это компенсирует полностью – красота человека, лежащая в его характере, личности и связи с окружающим миром. На данный момент я считаю эту работу лучшей из увиденных, - провозгласил этот безумный человек. – И искренне надеюсь, что месса соблаговолит подарить эту картину императорскому музею – как образец современного искусства, несущего свежую мысль, а не только голую технику.
- Конечно, - с трудом выдавив улыбку, изобразила я поклон. – Это честь для меня.
Раскланявшись делегация ценителей искусства ушла оценивать оставшиеся шедевры.
- Мда… - задумчиво потянула Сари, как только господа оценщики отошли достаточно далеко.
- Мда… - согласно подтвердила я, и мы снова хором повернулись к моему «шедевру».
- Что это вас так впечатлило, мессы? – раздался низкий голос позади. Фон Грейслинг соизволил присоединиться к нашей компании.
- Мне фактически присудили первое место, - все еще заторможено отозвалась я.
- Неужели? – искренне удивился оборотень. – Я искренне впечатлен вашими талантами, месса Розенвар. Позволите присоединиться к всеобщему восхищению?
Мы с Сари переглянулись, и хором отступили в разные стороны, позволяя ему рассмотреть мою… картину.
- Мда… - потянул мужчина удивленно и немного насмешливо. – Что сказать – видна рука мастера.
- Полгода стажировки при городском морге, - подтвердила я. – Чуть ли не каждый день приходилось такое рисовать, - призналась, осматривая свой незаконченный рисунок человека.
Я-то думала, что рисую типичный анатомический набросок - справа зарисовка мышечного строения тела, слева – нервной системы. А вот голова осталась практически пустой – ну не хватило мне времени, позабылись навыки. Анатомию нам преподавали несколько лет и весьма упорно, так что рисовать подобное я навострилась. Но вот никогда не думала, что это оказывается какое-то особенное современное искусство.
- Что же, нам остается только порадоваться, что вы оказались столь … разнообразно талантливы, - в голосе фон Грейслинга послышалась явная насмешка.

Таких моментов, разбавляющих творившийся хаос, было достаточно много. А скучать и вовсе не приходилось. Столько приключений выпала на долю героев, сколько у других и за всю книжную жизнь не наберётся.

Финал мне тоже очень понравился. Сама кульминация получилась потрясной. Но вот часть разрешения любовной линии прям тронула. Мы же помним, что герои из разных миров граней? Вот и они об этом всё время помнили. И я из-за этого переживала больше всего.

Маргарита, благодарю Вас за ещё одну суперскую историю! За любящие сердца, что Вы соединили в ней. За новый взгляд на профессию палача. За неидеального принца. За мудрого лича. Ну и за помощников котиков, которые всегда Вас и Ваших героев вдохновляют.