Рецензия на роман «медведь и журавль»

«Медведь и журавль
Вышли вместе из леса:
Беде быть большой»

Произведение «Медведь и журавль» от Ацуко Зара — классический западный шекспировский сюжет, переложенный на жанр «уся». У нас тут и свои Ромео и Джульетта (Мицуру и Каэдэ), и свои Монтекки-Капулетти (Цурута и Кумадзава), в общем, всё, что вы ждёте от таких сюжетов и за что их так любите.

И в то же время произведение самобытно. В частности, здесь между Мицуру и Каэдэ (представляющими собой опять же классический дуэт «нерешительный мальчик — решительная девочка») особой любви не на наблюдается: обоими движет скорее не любовь, а долг. Возможно, именно поэтому их история разрешается иначе: это можно назвать «плохой хороший конец». Примечательно, что героине показывают, чем для неё может закончиться (и чуть было не заканчивается) исполнение её желаний, так что она в сердцах восклицает «лучше бы я сидела дома и была примерной дочерью». Однако в конце, вернув всё на круги своя — она всё равно расстроена.

Текст написан так, что читается легко. Приятный слог и хороший язык. К тому же проделана большая работа по воссозданию атмосферы и приложен довольно обширный глоссарий. Сам сюжет нам рассказывается со стороны двух лиц — собственно, главных героев: каждому по главе, эти главы чередуются, при этом сюжет идёт плавно и неразрывно. Присутствует и особый символизм: служанка по имени Ацуко, то есть с таким же именем, как у автора и персонализирующая её. Она изначально пестует, а потом до поры до времени из тени оберегает главную героиню, но перед самым концом погибает и таким образом сходит со сцены, вынуждая ту отныне действовать самостоятельно.

По большому счёту, вопросы возникли ко двум моментам:

Во-первых, как мог Мицуру не забрать вакидзаси из тела медведя? Он не застрял там намертво, поскольку впоследствии его извлекли и его обнаружение в общем-то запускает всю цепочку событий. Он всё время был в сознании и меч находился рядом. Для самурая меч, любой из пары — чрезвычайно важный, в первую очередь статусный предмет, символизирующий его душу. Последствия его утраты тем или иным способом были необычайно тяжёлыми. Даже сам этот факт без дальнейших событий ставил на жизни Мицуру крест: ему путь либо в ронины, либо сеппуку. Он должен был забрать его в любом случае. Если не мог извлечь сам, то попросить Каэдэ, и она бы ему не отказала, поскольку будучи с ним из одного сословия не может не знать, что это значит для него. А если бы отказала, то стоило бы его там и бросить.

Во-вторых, а чего собственно, своими действиями добивался антагонист? Зачем ему война? Кроме него, она никому не была нужна. Что он планировал получить с её помощью? Или работал на кого-то третьего? Ничего, кроме туманных намёков от него же, дескать это на благо клана (не уточняется чьего), читатель так и не узнаёт.

А закончить в этот раз хотелось бы опять же словами классика:

«Нет повести печальнее на свете, чем повесть о журавле и медведе»