Рецензия на повесть «В поисках Диты»

Повесть Анатолия Федорова «В поисках Диты» — не совсем типичное для автора произведение. В отличии от многих других сборников и отдельных рассказов, которые являются переработкой известных сюжетов под тему Лавкрафта, «в поисках Диты» представляет из себя совершенно оригинальную историю, однако все в том же сеттинге Лавкрафта. Повесть нельзя назвать большой, очень легко читается за раз, содержит 71.785 знаков, и состоит из пяти глав, одна из которых (очевидно первая) является вводной. 

Текст содержит очень много отсылок к произведениям Лавкрафта, в особенности к циклу снов, но по всем ним я пройдусь чуть позже, объединив их с, как мне показалось, вдохновлениями или схожими моментами. 

Главный герой — Мортимер Давенпорт, отрешенный от жизни человек, но не из той породы людей, что вечно мечтают и предаются величественным грезам, как Рэндальф Картер(герой Лавкрафта, также упомянутый в тексте), а наоборот: он бесцелен, немощен и безволен. По бумагам Мортимер является хозяином небольшого магазинчика, но на деле все дела ведет его жена-тиран, которая вечно унижает мужа и ни во что его не ставит. Главный герой же, хоть и понимая свое положение, не может без жены, ибо привык к ней, и у него выработалось что то вроде стокгольмского синдрома. 

Его жизнь сера, скучна и бесцельна, и вот вдруг в один момент в его голове всплывает воспоминание из далекого счастливого детства, где, как ему казалось, у него были друзья, а самое главное такса по имени Дита. После эта память становится для Мортимера единственным спасением от серости мира, и он даже пишет стихи и картины, посвященные Дите. Однако со временем все меняется, Мортимер, хоть и ведомый воспоминанием, лишается всех связей с реальным миром, и все больше желает уйти в мир снов, где, как ему известно, возможно все. 

Тут то Мортимеру и помогает Рэндальф Картер, его старый знакомый, величавший из сновидцев. Он предостерегает Мортимера от перехода в страну снов, ибо считает его цель ничтожной, но все же дает ему нужные знания и формулы, благодаря которым Мортимер все таки находит свою мечту, навсегда с ней воссоединившись и обретя истинное счастье впервые в жизни. 

Слог у Федорова в этом произведении не может вызывать вопросов, это классический Лавкафтовский стиль, однако где то все таки слегка приправленный авторскими вкраплениями. В тексте мало длинных, сложных  предложений, поэтому читается легко. Как я говорил выше, повесть читается за раз, что является безоговорочным плюсом для многих. Я неоднократно описывал слог Федорова в других рецензиях, поэтому не вижу смысла проделывать это в очередной раз. 

Теперь что касается отсылок и вдохновений:

1. Начало повести, то есть описание Лэнгвуда и близлежащих с ним земель, почему то напомнило мне начало «Ужаса Данвича», особенно фраза «Случайный путник, чья коляска или автомобиль по роковой ошибке свернули бы на старый, разбитый тракт, соединяющий ведьмовской Аркхем и портовый, пропахший рыбой и разложением Иннсмут, вряд ли нашел бы причину задержаться в этом месте.». В «Данвиче» есть практически идентичная. 
2. Почему то образ одинокого героя мечтателя, который с течением жизни лишается близких и якобы друзей, напомнил мне Луциана Тэйлора из романа «Холм Грез» Артура Мейчена, однако это не более чем ощущение, как мне кажется. 
3. Стоит ли говорить, что большая часть второй главы «Письмо Рэндальфа Картера» является кратким пересказом романа Лавкрафта «Сомнамбулический поиск Неведомого Кадата». Но могу сказать, что я с удовольствием освежил в памяти любимое произведение, которое перечитывал и переслушивал не единый десяток раз, пройдясь по основным моментам.  
4. Образ двери в стене, обросшей плющом, напомнил рассказ Ex Oblivione.  

Но одно меня зацепило. Как мне кажется, Рэндальф Картер, который был без ума от Котов, который спас маленького черного котенка от зугов и напоил его жирными сливками в Ултаре, просто не мог сказать подобное Мортимеру насчет Диты. Кошки были усладой Картера и верными друзьями, я думаю, что никто как он не понимал важность животных в мечтах. Тем более разве не Рэндальф Картер в «Серебряном» Ключе» разочаровался в людях, которые, грубо говоря, не уважают чужие мечты? Как мне кажется Картер вряд ли бы так поступил и уж тем более вряд ли бы отговаривал Куранеса, который в свою очередь наоборот должен был предостеречь Мортимера, как некогда предостерег Рэндальфа. Куранес не счел за истинную мечту город, сотканный из воспоминаний детства (что отличает предзакатный город Картера от Селефаиса Куранеса), но посчитал верным допустить Мортимера до одного единого яркого момента, который будет вечно повторяться. 

Однако это не является моей претензией. Эта идея всплыла у меня в голове по мере чтения, и я посчитал нужным упомянуть её. 

Если подводить итоги, В поисках Диты — замечательное, трогательное произведение о настоящей любви и преданности, которое оставляет после прочтения только теплые и положительные эмоции.