Рецензия на роман «Святой»

Интересный текст в жанре научной фантастики с провокационным сюжетом и аннотацией.

«Клирик всегда должен быть при оружии. Таковы правила ордена. И многие из них были написаны кровью».

- воистину так! 

Итак, свершился день Страшного суда, но вместо терминаторов на планету нахлынули монстры, мутанты, всякая человеческая нечисть и еще… «святые». Всякие разные «добродетельные» дедушки и бабушки, что творят свои «чудеса», излечивают «прокаженных», ставят на ноги мутировавших и «оживляют» мертвых (занимаются некромантией и разнообразным зомбитворчеством). 

С этими божественными старичками и воюет на пределе своих человеческих наш герой, представитель ордена Детей сущего, двадцатипятилетний клирик Линк. И службу уже другую он не может принять, поскольку погрузился в борьбу со «святостью» по самую макушку, а выбраться некуда («Орден» своих не отпускает). «Святых» он добывает силой и либо кончает на месте, если других вариантов не остается, либо вытаскивает и привозит в обездвиженном виде в местный центр «Ордена» там передает властнику. Ну а дальше «святых» пытают, до тех пор, пока не получается один из двух вариантов: либо чудотворец отправляется на «небеса» (а скорее всего как раз в Ад), либо выходит все понимающим и прозревшим, и раскаявшимся в своей ереси и ошибках. Потом снова работа и снова опасности. И потом понимаешь, что наш герой вовсе и не «инквизитор», а скорее как раз сталкер, наделенный реакцией, знаниями, опытом и способностью к выживанию. 

Инструментарий сталкера: одет наш «инквизитор» в военную форму и портупею под плащом, что как бы сразу настраивает как всех «святых», так и их жертв, на разговор с представителем власти. Подготовка к рукопашному или стрелковому бою в сочетании с контрмагией у него на высшем уровне (иначе бы не выжил на такой работе). А ведь кроме святого отребья есть еще и монстры, мутанты, охотники за головами и разнообразная нечисть из преисподнии постапокалипсиса. Да даже если монстр по дороге не попадется, любой «святой» это еще и его мини-армия прозомбированных и, собственно, зомбаков, находящихся у него в подчинении. Этакой живой и мертвой живности мало друг от друга отличающейся (ну правда живые «зомби» – еще разговаривают, причитают и дают советы «инквизитору» - убраться от сюда подобру-поздорову). 

Таким образом, его инструментарий, следующий: 

«Верлибр» – основное оружие «инквизитора», меняет форму и имеет несколько вариантов в зависимости от ситуации: копье, шпага, широкая плоскость и хищно загнутое лезвие, обычный длинный меч, огненной меч и т. д. Можно рубится, можно метать и использовать в разных ситуациях, как против монстров, так и против «святости». Как я понял, «верлибр» это кусок квази живого наносплава, который меняет форму по требованию пользователя и подчиняется только ему. 

«Освободитель» – странный пистолет револьверного типа. Заряжен как обычными патронами, так и «особенными» на нежить и колдунов.

«Голограмматор» – интересный инструмент, виртуозно скрывающий использующего его, делающий человека невидимым, укрытым голограммой. 

Религия сталкера:вообще официально он принадлежит инквизиторскому ордену Детей сущего. У них весьма интересное мировоззрение суть которого, что если Бога больше нет, то пусть на его место встанет тогда человек. Они считают себя спасителями рода людского и восстановителями цивилизации. Наш герой служит ради Человечества в общем смысле слова, включая и тех «святых» и разнообразное отребье, которое ему приходится по пути убивать либо обездвиживать. Они отчаянно пытаются спасти то, что еще осталось, но… как всегда для этого им не хватает уже внутренней святости и их собственное общество раздирается такими противоречиями, что мама не горюй! К середине текста приходишь к парадоксальному выводу, что единственно кто верит в спасение рода людского, так это сам герой, клирик Линк, а вовсе не его «братья» или наставники. Орден прогнил так, что практически не отличается от окружающего мира. Как следствие постепенно приходишь к выводу, что единственный в романе настоящий святой – это как раз сам Линк. Не знаю, ставилась такая цель автором, но у меня были именно такое ощущение. 

Бестиарий: вообще, как всегда, в современных постапокалипсисах комбинация зомби, монстров, самодельных монстров и человеческой падали. Причем только последняя часть местной публики наиболее опасна. В этом плане мы сейчас как бы живем во вторую эпоху постапокалиптических произведений, где именно «выжившие» разнообразные якобы разумные существа рода Хомо Сапинес намного опаснее монстров и мертвяков. Именно с ними чаще всего пересекается наш герой и его спутница – охотница за головами Акилла. 

Стиль и язык. 

Вообще – отлично! Я помню этого автора, по произведениям чистой НФ, и там везде было сочетание динамичного языка и острого черного юмора, балансирующего на грани дозволенного в остром литературном блюде. Такой виртуозный стиль, включающий в себя цинизм, философию и дух притчи. И вот этот самый «дух притчи» проходит сквозь внешний цинизм и заполняет текстовое поле одновременно и юмором, и глубокими размышлениями. Как всегда тут очень много слоев и над каждым задумываешься. И очень хорошо помогают восприятию текста и настрою на нужный лад постоянные вставки из легенды и истории данного мира, а иногда даже ссылки на философов постапокалиптического мира перед каждой главой. 

Моменты стиля автора (сочетание черного юмора и философии): 

«Вот тут его и проняло. Значит, осталось что-то человеческое. Пусть и самое низменное»

Или вот такие неожиданные философские выводы:

«Бессмысленно пытаться понять бога. Абсолют на то и Абсолют. Но, вот создать своего, только попроще, это уже шанс на познание»

Или такой вот психологизм (элемент детской молитвы):

«Открой глаза пошире, а вдох останови.

Послушай ритм жизни внутри своей груди.

И, если ты почувствуешь, как стало всё легко,

То знай, наверняка Отец недалеко…»

В остальном мир изменился и на глазах идет деградация. Кстати, в моем романе «Лучезарный» так же, по сути, постапокалиптический мир, поскольку земляне прилетели на планету, где свершилась глобальная катастрофа и местная цивилизация погибла в пламени ядерного самоуничтожения. И в этом смысле там также идет намек на то, что разумная жизнь как правило не выживает и более того является самой страшной угрозой для самой жизни на планете. Только человек (или любая иная «разумная» живность) способен сотворить ужас на планете. И когда это понимаешь, сознание начинает меняться. И если человечество наконец перейдет из психологии «я – царь природы» в «я сын природы, ее самое неразумное дитя» - тогда может и появиться формула выживания, но не раньше. Мне показалось, что автор именно к этой мысли и подталкивает читателя. 

Прежде всего, конечно, сразу понятно, что и «орден», и «святые» – это социальные мутации, вызванные прошедшей всемирной катастрофой. Так же как «нежить», наемники и охотники за головами. Это все – мутировавшие слои общества, которые связаны друг с другом вечной войной, но при этом порабощающие местное, выжившее население. Идеология вторична как для тех, так и для других, главное – власть и возможность кормиться на чужой боли, скорби и страданиях. И это не единственные «мутанты» в данном мире. В ходе глобальной катастрофы первым всегда мутирует не плоть, а сам человеческий дух. И тут сложно что-то предложить. Наверное, этот мир должен пройти через самоочищение, либо… человеческая раса покинет его подобно болезни. 

Общее резюме. Вообще все постапокалипсисы – это всегда философские тексты. Данный текст также философский и очень сложный, со множеством внутренних слоев. Тут и социальная фантастика, и психологизм и подъем очень острых тем, касающихся морального выбора человека. Поэтому он очень любопытен именно в разрезе «второго дна», того, как показанная читателю картинка отражается от его сознания и возвращается к пониманию уже наших сегодняшних проблем: потери духовности, веры и спекуляций со стороны колдунов и всяких там «магов». 

И тут становится непонятным, что вообще страшнее и выживет ли дальше человечество.