Рецензия на роман «Музыкант дьявола, или История Генриха фон Штейнберга» / Стелла Странник

Рецензия на роман «Музыкант дьявола, или История Генриха фон Штейнберга»

Размер: 71 763 зн., 1,79 а.л.
Бесплатно

Двойные заголовки люблю и сама использовать. Они мне представляются вроде альянса тяжелых портьер с легким ажурным тюлем. Первые — из плотного шелка, защищают от света, а вторые — больше для красоты, для создания атмосферы уюта. Да, существовать по отдельности они тоже могут, но... уже теряется тот самый смысл, что заложил в этот дуэт его создатель. И, что не менее важно — теряется шарм гармоничного союза как произведения искусства.

Судя по заголовку, речь в романе пойдет о некоем музыканте, у которого есть характер, иначе не быть ему рядом с самим дьяволом, а также — есть имя, а значит, определенный статус в обществе. Имя звучит вполне респектабельно, так что, скорее всего, у его носителя будет еще и титул.

Вот так, настраиваясь на определенную волну, начинала я читать этот роман, предполагая, что меня ожидает увлекательное чтиво. И, забегая вперед, замечу, что не ошиблась.

«История Генриха фон Штейнберга» завязывается с самого начала, то есть, с рождения младенца. И это оправдано, не из серии «герой проснулся и открыл глаза». Дело в том, что именно патология в развитии эмбриона и определила жизненный путь, попросту — судьбу — мальчика. Уродец физически, да еще и с явными отклонениями в умственном развитии, он появляется на свет как пощечина отцу — барону, а заодно и всему светскому обществу за сексуальную распущенность. Ну да, конечно, это же — признаки той самой болезни, которой одарила людей сама Венера... И все же... Было бы все это настолько просто, если бы не появилось слово «однако». Однако... так хочется верить, что в этом маленьком создании, не отличающемся от детенышей животных, есть нечто такое, что может построить фабулу целого романа, нанизать на нее интересные эпизоды из своей жизни и связать их, как связывает цемент фундамент заложенного здания.

Нет! Не может природа обделить вниманием невинное существо! Должен же быть и какой-то дар, вложенный в ладони младенца самим Творцом! А может, даже и не им, а тем, кто противостоит ему, обладая такой же невиданной силой, разве что — черной.

Сюжет классический: сделка с дьяволом награждает музыкальным слухом, а главное — наделяет тем, что не дала Природа — разумом. Эта старая-старая истина, когда приходится жертвовать одним, чтобы получить другое, расстилается перед нами рулоном белой бумаги, на которой автор строчит и строчит грустную, нет, даже — трагическую — историю своего героя. И вот тут важно как раз не то — «что», а — «как». Ведь понятно, то Генрих должен пройти через какие-то испытания, познать нужду, а может, и предательство друзей, или — самому встать на этот путь, но... Фантазируя на эту тему, я продолжала читать роман, потому что интерес, сфокусированный на главном герое, автор ни на йоту не уменьшал, напротив, разжигал его, как разжигают камин для уставшего и замерзшего путника.

Образ главного героя, как центральной фигуры, многогранен. Уродство соседствует с недюжинной физической силой, а слабый разум — с талантом. Причем, о последнем так и говорится: «талант, скованный слабым разумом». Если же говорить о внутреннем мире, то перед нами — огромный чувственный спектр. Генриха охватывают самые различные эмоции: беспокойство, боль, гнев, гордость, грусть, досада, замешательство, злорадство, изумление, сожаление, тоска, тревога, увлеченность, удивление, удовлетворение, удовольствие, унижение. Ему не чужды такие чувства как благодарность, влечение, привязанность, влюбленность, восхищение, а также — жалость, зависть, отвращение, презрение, пренебрежение, раздражение, разочарование. Причем, к одному и тому же человеку он может сегодня испытывать уважение или любовь, а завтра — апатию. Сегодня он может совершить благородный поступок, а завтра — кощунственный.

Действие романа протекает достаточно быстро, не останавливаясь надолго перед описаниями красот природы, внешности героев, перед рассуждениями автора о смысле жизни и пр. Но это, все же, не экшн, а психологическая драма. Действие происходит в хронологической последовательности и воспроизводит естественное течение времени, без флешбэков и прочих экспериментов, связанных с понятием «время». Основная и единственная линия — линия Генриха, так что по форме написания это ближе к повести, чем к роману.

Повествование течет ровно, но не монотонно. Не убаюкивает, не усыпляет, а заставляет думать и будоражит фантазию. «Камера», сфокусированная на героях, то приближается к ним, чтобы показать образ крупным планом, то уходит далеко назад, захватывая детали внешнего мира. Диалоги ровные и четкие, они не затянуты, как это бывает, в огромные полотнища. Все в меру.

Стиль и язык. Стилизация под времена Бонапарта Наполеона. Стиль ровный, выдержанный. Тип рассказчика, спокойно сидящего за карточным столом и попивающего мелкими глотками виски. Или у камина долгим зимним вечером. Без суеты и надрыва.

Текст оформленный, он не требует серьезной переделки, хотя еще и немного сыроват. Автор совсем недавно завершил работу над книгой. Мелкие недочеты встречаются. Среди них — повторы:

под восторженное восторженно рукоплескание;

неожиданно оформилась... неожиданная идея;

вы мне не поверили мне вчера.

Или вот такого плана:

на прокат, не смотря на вашу занятость;

ставки были относительно не большими;

не смотря на его богатство;

уселся за небольшой фортепиано.

Встретилось разное написание имен — Шарлота и Шарлотта.

А вот эту фразу, она почти в конце текста, лучше бы подправить:

человек, ранее обладающий блестящим умом и сильной волей.

Здесь будет все же не «обладающий», а «обладавший».

От филигранной обработки любой самый тусклый алмаз засверкает новыми красками, что уж говорить о тексте... Всегда ведь хочется, чтобы он был без сучка и задоринки, вот только, увы, в чужом глазу и соринку увижу, а в своем — и бревно не замечу.

И в заключение еще об одном психологическом моменте. Есть ли у Германа чувство сожаления о своих проступках, чувство раскаяния? Увы, нет! Однако, постойте! Не раскрывая интриги, замечу лишь, что состояние, близкое к метанойе, которое испытывают и христиане, и адепты дхармических религий, все же у героя романа наступило. И вот ведь что интересно! Для этого ему не нужно было ни впадать в транс, занимаясь медитацией, ни заведомо отказываться от страстей и житейских привязанностей, став, например, последователем какого-то учения. Определившись с отношением к дьяволу, Герман сам смог испытать состояние истинного счастья и покоя. Состояние просветления или пробуждения вроде благодати.

И вот тут я увидела ответ на свой вопрос: почему автор тяготеет к хроникальному течению времени, почему не использовал флешбэк или другие сдвижки? Состояние истинного счастья можно испытать лишь в текущем моменте времени. Счастьем нельзя назвать мечты о нем. А Генрих обрел блаженство здесь и сейчас. Спросите, как он это сделал? И кто ему помог в этом? Возьмите в руки книгу и узнаете сами, зачем нам тряпочный телефон? А прочитав роман, уверена, оставите его в своей библиотеке, чтобы вернуться к нему позже.

+3
330

2 комментария, по

Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Войдите, пожалуйста.

Александра Гай
#

Спасибо, Стелла! Да, с текстом нужно ещё поработать. Завершится конкурс, уберу скачивание и займусь "чисткой" текста. Фамилия фон Штейнберг с немецкого языка переводится как каменная гора. Для меня здесь имеется нечто знаковое и мощная энергетика.

 раскрыть ветвь  1
Стелла Странник автор
#

Да, от имени многое зависит. Кроме смысла перевода, я обратила внимание еще и на то, как благозвучны имя и фамилия, они гармонируют и вместе создают ощущение устойчивости, чего-то твердого, незыблемого. 

Мне понравился финал. Боялась, что будет что-то лишнее. Но слава Богу, все в меру. И чувство некоторого удовлетворения появилось, хотя, конечно, досада тоже есть, ведь всегда хочется для героев лучшей участи. С другой стороны, такой поворот судьбы для Генриха просто идеален, останься он на гребне прежней жизни - неминуема трагедия. 

 раскрыть ветвь  0
Написать комментарий
1 659 9 74
Наверх Вниз