Рецензия на сборник рассказов «Терминатор: Что может быть проще времени?»

Старик & More.

Я редко интересуюсь историями медиафраншиз, а если честно, то я вообще ничего о них не знаю, кроме того, что говорят о них друг другу люди. Но я знаю автора как рассказчика. Я читала другие его произведения, которые он умело наполнял светлой грустью. Но так или иначе к прочтению цикла «Терминатор. Что может быть проще времени?» я подходила с долей скептицизма — я ожидала слишком много стали, свинца, тестостерона и техническо-научной терминологии, в которой боялась запутаться. Но цикл Виктора Мисюрева сломал мои ожидания. Оговорюсь сразу: да, Виктор действительно грешит терминологией, но, перечитывая рассказ, понимаешь, что без этих вставок и объяснений сюжет схлопнулся бы, рояль из кустов торчал бы во всей красе, а волшебные макгаффины так и остались бы волшебными.

Когда я начинала читать, то думала: ну вот, всё, что я слышала об этой теме, всё есть — Скайнет, Джон Коннор, война с ИИ. Первые части цикла: Скайнет и Джон — лишь подтверждали мои опасения, но с главы «Неизбежность» началось что-то интересное. Снова буду честной: разобраться в том, что сотворил Скайнет в итоге, было нелегко.

Если машины проиграли войну, почему она всё равно никогда не закончится? Ответ автора пугает своей холодной логикой: потому что Скайнет победил концептуально. Он создал фрактал неизбежности, где надежда стала просто еще одной переменной в уравнении боли. И вот здесь текст перестает быть фантастикой про роботов и становится настоящей философской прозой.

Но на этом автор не перестаёт удивлять. После практически идеально встроенного технократического триллера повествование снова меняет жанровый регистр, когда в жизни Джона появляется Джанет. То, как автор прописывает их отношения — это отдельный вид искусства. Здесь нет слащавости. Есть люди на полумертвой земле, старик с механической рукой и девочка, чье тело работает эффективнее любого процессора. Их диалоги пробирают до мурашек. Особенно сцена после охоты на волка, когда она впервые называет его «папой». Или фраза Джанет: «Ты понимаешь, что это действие лекарства? Чувствуешь прилив сил, но это не значит, что надо выжимать из себя все соки!» Заставила меня улыбнуться сквозь слёзы. Так могла бы сказать только любящая дочь бесконечно уставшему отцу.

Отдельное спасибо хочется сказать за образы второстепенных героев: Роберта, Тома, Карлоса и отдельно Билли Хэдсома. Среди всего мрака он — тот самый необходимый луч света, живой, суетливый, гениальный техник, который боится и одновременно восхищается созданиями технологического врага, но остается верным другом до самого конца. А чего стоит конфликт, когда герои узнают, кем является Джанет.

Финал истории «Конец вечности» вызвал у меня чувство, которое я упоминала выше, — чувство светлой грусти и абсолютного спокойствия. Никакой слезливости, никакого пафоса спасителей мира. Просто старый человек, укрытый пледом на веранде, держащий за руку ту, кто наконец-то подарила ему право остановиться. Солнце шло к закату, пахло дикой мятой, струйка пара от горячего чая поднималась вверх к небу, а Джон Коннор впервые за десятилетия в это время позволил себе уснуть свободным. Ради этой сцены стоит прочитать весь цикл от начала и до конца.

И вроде бы всё, но эпилог, как вишенка на торте — послесловие. Когда выяснилось, кем выросла эта девочка и какую петлю она замкнула ради того, чтобы спасти отца от самой страшной участи — вечного одиночества в пустой войне... У меня перехватило дыхание. Это блестящий сценарный ход, который объясняет всё произошедшее без единого рояля в кустах.

Если вы ищете боевик — проходите мимо. Здесь стреляют мало, а попадают всегда в сердце. Виктору удалось написать историю не о победе человечества над машинами, а о праве одного конкретного человека на покой. О том, что даже если ты легенда сопротивления и живое воплощение Судного дня, тебе всё равно нужен дом, горячий чай и рука дочери в ладони. Обязательно буду перечитывать в хмурые дни для подзарядки душевных батареек. Настоятельно рекомендую всем, кто верит, что любовь сильнее любых алгоритмов.