Рецензия на роман «Вальс Бостон»

В старом екатеринбургском доме в самом центре города живут три женщины: бабушка, дочка и внучка. И бабушка еще не старая, всего 60, и дочке еще нет 40, а внучке и вовсе 16. В этом женском царстве нет мужчин. Пережив предательство, они им больше не доверяют. Одна заморозила свое сердце как Снежная королева, не подпуская к себе близко никого и лишь позволяя восхищаться собой. Другая превратила себя в серую мышку, укрывшись от мужского внимания в собственной норке. Третья, в силу возраста, еще не испытала пока ни ярких чувств, ни искренних эмоций. Как и всякие одинокие женщины, они привыкли справляться сами. Жизнь их уже устоялась: все течет по привычному маршруту.

Но вот однажды дождливым сентябрьским утром в жизнь одной из них врывается неожиданная встреча со старым другом. Эта встреча меняет жизнь героини. Весь привычный уклад рушится, как хрупкий карточный домик. А следом за ее жизнью меняются и судьбы ее близких.

Что принесет ей эта встреча? Настоящую любовь или новое разочарование

«Вальс Бостон» — история о женщинах, которые научились выживать в одиночестве, но так и не разучились любить. И да, название отсылает к Розенбауму, и это не случайность — вся книга кружится, как осенний лист над паркетом, и ты не знаешь, куда он упадёт, но тебе хочется смотреть.

 Мир

Екатеринбург здесь — не декорация. Он дышит. Дождливый сентябрь сменяется промозглым октябрём, тот уступает морозному декабрю, и каждая перемена погоды точно ложится на внутреннее состояние героев. Двухуровневая квартира на улице Ленина, построенная пленными немцами в сорок шестом — это «место силы», как говорит Светлана. Скрипучий лифт, который Кристина сравнивает с ворчанием старичка, хранит память трёх поколений. И когда читаешь, как дом «вздыхает тяжело, как старичок, кряхтит» — веришь. Потому что у каждого из нас есть такое место.

«Эти дома строили пленные немцы в 1946 году. Хотя здания и старые, но планировка самая что ни на есть лучшая!»

Герои

Светлана Тихонова — талантливый математик, ставший бухгалтером, потому что «надо было как-то жить». Женщина, которая семнадцать лет просидела в своей раковине после предательства. Мать, живущая ради дочери. И вот в неё входит жизнь. Не аккуратно, не по расписанию, а как входит в квартиру сквозняк: хлопнув дверью, сбив набойку с каблука, уронив ключи на пол. Её путь от «серой мыши» к женщине, способной произнести вслух то, что раньше прятала, прописан с психологической точностью.

Анатолий Заварзин любит её с первого курса. Семнадцать лет. И это не выглядит безумием. Это выглядит как естественное состояние человека, однажды увидевшего свой свет и не сумевшего его забыть.

Но настоящая удача романа — Изольда Павловна. Снежная королева. Женщина, которая держит спину ровно в шестьдесят и выглядит на пятьдесят. Которая не умеет готовить яичницу, но способна одним взглядом заморозить любого мужчину. И вот этой ледяной статуе автор дарит право на страсть. На то, чтобы разбить молотком дорогой итальянский смеситель ради свидания с сантехником. И делает это с таким тактом, что ты не улыбаешься — ты замираешь.

«Посуда бьётся к счастью».

Кристина в шестнадцать написана без снисхождения. Думающая, острая, танцующая. Её первая любовь передана с той щемящей точностью, от которой перехватывает горло.

 Сюжет и ритм

Композиция построена по принципу вальса: плавное вращение, смена темпа, нарастание. Автор начинает с разбитой фарфоровой тарелки — и постепенно раскручивает спираль. Встреча выпускников. Дача. Больница. Свадьба. Жанровые элементы — мелодрама, детектив, триллер — сменяют друг друга так органично, что не замечаешь шва. При этом детективная линия не существует ради экшена. Она нужна, чтобы проверить: а из чего ты сделан, когда мир решает тебя сломать? И ответ каждый раз даёт не тот, от кого ждёшь.

 Атмосфера и язык

Проза разговорна без вульгарности, литературна без вычурности. Мысли Светланы, её вечное внутреннее «чёрт, чёрт, чёрт», её самоирония — всё передано с документальной точностью. Диалоги звучат как настоящая речь: с перебиваниями, с недоговорённостями, с тем самым «ну да, ну да», которое значит больше любого монолога.

А детали. Боже, какие здесь детали. Бархатные туфельки на пороге кухни. Одноразовые тапочки в мастерской. Красная роза в прозрачной коробке. Автор не объясняет чувства, а показывает их через жест, через предмет, через то, как женщина три часа готовит ужин, а потом обнаруживает, что дома никого нет, и смеётся. Просто смеётся. И в этом смехе — вся книга.

«Хочу растопить ледяное сердце».

 О главном

За бытовой оболочкой прячется простая и страшная мысль: право на счастье не имеет срока годности. Ни в тридцать девять. Ни в шестьдесят. Ни в шестнадцать, когда кажется, что весь мир против тебя, а на самом деле он просто ещё не знает, что ты в нём живёшь. Три поколения женщин проходят через предательство, страх, одиночество — и ни одна не сдаётся. Не потому что сильные. А потому что у них есть кому варить борщ.

Роман настойчиво повторяет одно: никогда не поздно. Разбитое склеивается. Осень переходит в зиму, а зима — в весну. Кто-то подхватит тебя на лестнице, не дав упасть. Кто-то напишет в два часа ночи: «Ты мне снишься». Кто-то сломает смеситель, чтобы просто поговорить.

Заключение

«Вальс Бостон» не обжигает и не оглушает. Он согревает. Как горячая чашка в промозглый вечер, когда за окном чужой город и чужие огни, а ты вдруг понимаешь, что не один. Это книга о том, что самый смелый поступок — не броситься под грузовик и не разоблачить заговор. Самый смелый поступок — тихое «да» в ответ на протянутую руку. Когда ты всю жизнь говоришь «нет». Когда проще спрятаться. Когда безопаснее не чувствовать.