Рецензия на роман «Стой и сражайся, Анабелла»

Есть на свете изумительные книги, в которых совмещается любовь к жизни и способность показать ее, как она есть. «Стой и сражайся, Анабелла» Илоны Якимовой — как раз такая.

«Анабелла» заявлена как исторический любовный роман, что опять же стоит трактовать через любовь к жизни во всех ее проявлениях. Потому что с тем, что принято в книгах называть любовью — сердечное чувство, стыдливо посматривающее в сторону телесных удовольствий, — здесь легкий неурожай. Место любви занимает секс. Хотя не могу сказать, что книга только и исключительно о нем. Я видел, как люди выдают предупреждения «слабонервным не читать», но тут я даже не знаю. Если вас напугает «Анабелла», значит, вы не видели «Фанни Хилл». А она, на минуточку, литературный памятник. Ну да ладно. 

Сеттинг

Шотландия, первая половина XVI века. Время поганое, хотя не сильно хуже прочих. По крайней мере, не германские княжества в период Тридцатилетней войны и не Лондон во время чумы.

Что там? После огромных потерь (битва при Флоддене упоминается вскользь) Шотландия возвращается к жизни. Выращивает новых людей, латает дыры в небогатом хозяйстве и подавляет мятежи. Риски соответствующие. У мужчин — за пределами замков, у женщин — в пределах. Вот такие обстоятельства и достались главной героине. Учитывая, что она — сирота и красавица, все риски и соблазны можно умножить на два. А лучше сразу на четыре, потому что сбрасывать со счетов окружение никак нельзя.

Сюжет

Родившись в небогатом замке, Анабелла растет, постоянно ощущая двойственность своего положения. Ее отец — Гордон. Ее мать — по местным понятиям, никто. Оба мертвы. Внебрачный статус не добавляет очков. Худо-бедно ее вырастили, обучили грамоте (а это успех), шитью и готовке, и тут же предъявили счет. Представления об инцесте здесь своеобразные, поэтому родной дядя не видит ничего особенного в том, чтобы употребить племянницу при первой возможности.

Дальше — брак. Любовник. Смерть мужа. Побег от обвинений в колдовстве. Кузен. Переезд ко двору. И в этот момент в жизни героини появляются радости не только в виде жареного кролика, которого она сама же и приготовила. Повышается статус, расцветает тело — и оказывается, что секс, которого все от нее хотели, может приносить радость и ей.

Для Анабеллы солнце так и не выйдет из-за туч всем светильным телом, беспощадная логика времени даст ей ровно столько, сколько вообще возможно. Этой истории веришь. Единственная провисающая линия, которую я углядел, только одна: я так и не понял, смог ли кузен Хантли получить хоть какой-то гешефт из придворных приключений кузины. План-то был такой.

Финал ренессансно жизнеутверждающ: стечением обстоятельств образ Анабеллы остался в веках. Потому что искусство сильнее всех королей вместе взятых. Надеюсь, что всем, кому нашлось здесь такое место, это помогает и на другой стороне.

Персонажи

Герои романа все как на подбор: сильные, жадные до удовольствий, не склонные к рефлексии. Эти характеристики можно приложить ко всем, кто изображен на обложке, да и ко второму плану тоже. Все они знают, что по счетам все равно придется платить, а значит, захапать стоит побольше. В мире, где только звериное чутье позволяет человеку оставаться в живых, тонкости неуместны.

Вместе с тем в героях нет ни грамма карикатурности. Им не чуждо ничто человеческое, они способны и на сострадание, и на понимание, и на сочувствие. Да, на краткий миг, но не на этом ли все держится?

Язык

Он просто божественный. Этот мир переливается, звучит и ощущается на каждой строке.

Замерла надолго только у одной панели, большой, стенной, залюбовалась — волею резчика пара стояла лицом друг к другу, в профиль к ней, и было в них что-то, что позволяло прочесть историю любви… ах, если бы кто-то когда-нибудь так увидел их с Босуэллом, запечатлел. Хотя бы в мертвом дереве вырезанной, но оказаться с ним рядом.

— Иллюзия близости, — раздалось у нее за спиной. — Так я окрестил эту вещь. Потому что мы всегда рядом, но всегда далеки друг от друга. 

И вроде бы так же далека от нас Шотландия XVI века. Но пока читаешь, кажется, что нет.