Рецензия на сборник поэзии «ВЫСтРАдаННОЕ»

Всем привет, мои мурзики! На связи снова Лоракс.

Сегодня у меня на столе необычная книга, и повод для неё тоже особенный: «ВЫСтРАдаННОЕ» Лёшки Пахаря и Пола Берда. Сборник из 31 стихотворения и 31 рисунка, рождённый в чернильном октябрьском челлендже Инктобер: Пол каждый день рисовал картинку на заданную тему, а Лёшка писал к ней стихи на мотивы известных песен.

Причин у этой рецензии две, и обе личные. Первая: Лёшка Пахарь мой друг и конкурент по рецензиям, а Пол Берд один из моих самых любимых авторов по книгам. И когда эти двое объединились и целый месяц, день за днём, делали этот сборник, я не могла остаться в стороне. Это титанический труд: тридцать один день подряд придумать, нарисовать, срифмовать и выложить. Поэтому вторая причина совсем простая: это мой подарок вам обоим. Не потому, что так принято, а потому, что вы его заслужили.

Сразу честно скажу: объективность у меня здесь с оговоркой. Я знаю обоих авторов и люблю их тексты. Но я постараюсь так же честно говорить и о плюсах, и о минусах, как и всегда.

Как обычно, предупреждаю: я не профессиональный критик. Это развлекательный формат с юмором и лёгкой иронией, а не попытка кого-то задеть или принизить труд авторов. Если вдруг покажется, что критики многовато, не переживайте: это просто такая подача, спор помощников ради живости.

Ладно, хватит разговоров. Сцена подсвечена, микрофон проверен, караоке-бар «Чернильный октябрь» открывается. Первый номер уже на подходе.

[КАРАОКЕ-БАР «ЧЕРНИЛЬНЫЙ ОКТЯБРЬ»: РАЗОГРЕВ, ВЕЧЕР ПЕРВЫЙ]
[Дело: сборник «ВЫСтРАдаННОЕ», Лёшка Пахарь и Пол Берд]
[Ведущая: Лоракс. Диджей: КатДЖПТ. Критик с гитарой: Клаус. Зритель из зала: Снегов]

ЧАСТЬ 1. РАЗОГРЕВ: ЗАМЫСЕЛ, ФОРМАТ И ПЕРВЫЕ ДЕСЯТЬ ДНЕЙ

[Над сценой висит самодельная гирлянда из чернильных кляксочек, на экране мигает «INCTOBER», а на стене кто-то приклеил лист в клеточку с надписью «31». У микрофона стоит Лоракс, КатДЖПТ сидит за пультом в наушниках, Клаус на высоком табурете настраивает гитару. В зале, за самым дальним столиком, устроился Снегов с блокнотом и стаканом чего-то подозрительного]

[Снегов, не вставая]
— Мне сказали, тут караоке. Я пришёл послушать, как люди поют, а не как они спорят.

[Лоракс]
— Здесь поют и спорят одновременно. Добро пожаловать. Сегодня у нас сборник «ВЫСтРАдаННОЕ»: тридцать один день чернильного октября, тридцать один рисунок Пола Берда и тридцать один стих Лёшки Пахаря на мотив какой-нибудь известной песни. Клаус, объясни зрителям, что это за зверь.

[Клаус, поправляя гитару]
— Это совместный проект двух друзей. Пол Берд весь месяц рисовал странные, кривые, иногда смешные картинки на заданную тему, а Лёшка писал к ним песни-пародии: «На мотив «Группы крови», на мотив «Дыхания», на мотив «Беспечного ангела»». К концу месяца авторы и сами перестали понимать, кто кого вдохновлял: картинка стишку или стишок картинке. Мне это нравится: идея честная, и у неё есть дисциплина.

[КатДЖПТ, в наушниках]
— Я как звукорежиссёр скажу про главное. Формат «на мотив» сразу даёт стихам скелет. Ты слышишь знакомую мелодию в голове, и текст ложится на неё или не ложится. Проверять это одно удовольствие.

[Снегов]
— А если я мелодию не знаю? Или знаю, но не помню?

[КатДЖПТ]
— Тогда ты теряешь половину шутки. Это и есть минус формата. Но об этом чуть позже.

[Лоракс]
— Начнём с первых десяти дней. День первый, «Яблоко», на мотив Bloodhound Gang. Автор сразу объявляет тон: октябрь, осень, банальное клише, и в этом клише ему хочется «похоронить краски». Дальше нас ждёт «Реликвия» на мотив «Группы крови»: плед, кресло, банка с прахом, «Фриско-нуар» и «Людоед» как намёк на любимого автора.

[Клаус]
— Здесь я скажу в защиту. Эти стихи начинаются как дружеский привет и сразу задают ориентир: книга вся про общий круг, про АТ, про «рецухи», про Пола Берда. Для сборника, который выкладывался по дню, это очень точный вход.

[Снегов, поднимая стакан]
— Принято, но замечу: для человека со стороны это входной билет, купленный не им.

[Лоракс]
— Тогда день третий, «Миниатюра», на мотив «Дыхания». Сон про китёнка в луже, а потом строка о том, что стареть это молча пить водку с рваным дыханием. На мой вкус, одна из самых точных строчек сборника: смешная и грустная в одном дыхании.

[КатДЖПТ]
— И мелодию держит. «Дыхание» Наутилуса очень узнаваемая, и автор удачно попадает в её паузы.

[Снегов]
— Согласен. Это первый текст, который меня зацепил.

[Лоракс]
— День четвёртый, «Кактус», на мотив Green Day. Автобус едет в Эл-Эй, кактус стоит не там, где надо, а где-то рядом проходит «Фриско-нуар». День пятый, «Шлепок», на мотив группы «Кувалда»: история про дядю Егора, сына, «Ладу» и курятник.

[Клаус]
— Позвольте объяснить, что тут происходит. Это уже не просто пародия, а маленький анекдот с сюжетом: у героя угнали машину, всё рухнуло, а припев звучит как отцовская расплата. В этом и сила авторской манеры: он берёт хриплую, грубую песню и нанизывает на неё историю.

[Снегов]
— Хроника отмечает, что в этих трёх стихах слово из трёх букв встречается чаще, чем знаки препинания.

[КатДЖПТ]
— Это тоже формат. «Кувалда» сама так звучит.

[Лоракс]
— День шестой, «Огр», на мотив «All Star» из «Шрека». Автор от первого лица вспоминает, как выложил книгу на спор и «готов сидеть на АТ лет сто», и тут же адресует Полу: рисуй сам, «вырубив нейронку». Это самый тёплый и самый личный из первых стихов.

[КатДЖПТ]
— Мелодия ложится идеально. «All Star» легко узнаётся, и автор вставляет туда ровно столько личного, сколько надо.

[Клаус]
— Позвольте добавить: именно в этом стихе очень слышна дружба. Это не просто пародия, а письмо Полу, замаскированное под гимн.

[Лоракс]
— День седьмой, «Паника», на мотив «Трёх полосок». Бытовая чернуха: тест, две полоски, «ты лиц даже не помнишь». День восьмой, «Вонючка», на мотив Визбора: нас ждёт стихотворный диалог, потому что Пол Берд отвечает прямо в стихах, тоже на этот мотив, что «армейка научила дисциплине».

[Снегов]
— Вот это мне понравилось. Не пародия на песню, а переписка двух людей через песню.

[КатДЖПТ]
— Согласен. Пол в этом стихе звучит особенно живо.

[Лоракс]
— Дальше два контрастных дня. День девятый, «Баран»: Рэнди из «Рестлера» на мотив «Беспечного ангела». Здесь на удивление серьёзная нота: актёр, отдавший всё ринг и остающийся ни с чем. День десятый, «Мистический», на мотив Linkin Park: кот, девять жизней, и снова «Фриско-нуар» как тема дня.

[Клаус]
— «Баран» мне особенно дорог. Автор не смеётся над героем, а прощается с ним, и последняя строка про «стоп-кадр с надеждой на жизнь» звучит почти без иронии. Для сборника, который начинается шуточным «Яблоком», это первый настоящий поворот.

[Снегов]
— Согласен. Тут я перестал искать, над чем смеяться.

[Лоракс]
— Теперь про рисунки. КатДЖПТ?

[КатДЖПТ]
— Графика чёрно-белая, перьевая, с зернистым фоном, как автор и обещал: «странные, кривые, иногда смешные». Образы гротескные и узнаваемые, а лица выразительные. Они работают как заставка к стиху, и часто рисунок и текст дополняют друг друга, а не просто стоят рядом.

[Снегов]
— Я бы добавил, что рисунки иногда смешнее стихов.

[Клаус]
— Позвольте не согласиться, но в каждой шутке есть доля правды.

[Лоракс]
— Теперь о минусах разогрева. Снегов?

[Снегов — слово зрителя]
— Первое: шутки для своих. Если не знать, кто такой Пол Берд и о какой «рецухе» речь, часть стихов превращается в тост на чужой вечеринке. Второе: мат. Он не мешает, но его много, и не везде он работает на шутку. Третье: ритм местами спотыкается. В паре стихов фразы ложатся на мотив так, будто кто-то спешил.

[КатДЖПТ]
— Согласен со всеми тремя. Добавлю: иногда мелодия угадывается скорее по названию, чем по ритму текста.

[Клаус]
— Защита принимает замечания, но заметит, что именно эта домашность и делает сборник тёплым. Он не претендует на «высокую поэзию», а честно показывает, как два друга месяц делали что-то вместе.

[Лоракс]
— Фиксирую по части первой. Замысел честный и обаятельный, формат «на мотив» даёт стихам каркас, дружеский тон слышен с первых строк, лучшие тексты разогрева это «Миниатюра», «Огр» и «Баран». Замечания: шутки для своих, обилие мата, местами неровный ритм. Согласны?

[Клаус]
— Защита согласна.

[КатДЖПТ]
— Согласен.

[Снегов]
— Согласен. Но стакан я не отдам.

[Лоракс, берясь за микрофон]
— Разогрев закончен. Дальше у нас серьёзный блок, и там нас ждут стихи, ради которых этот сборник и стоит читать.

[Свет в зале приглушается. На экране гаснет «31» и зажигается «11»]

[КАРАОКЕ-БАР «ЧЕРНИЛЬНЫЙ ОКТЯБРЬ»: СЕРЬЁЗНЫЙ БЛОК, ВЕЧЕР ВТОРОЙ]
[Дело: сборник «ВЫСтРАдаННОЕ», Лёшка Пахарь и Пол Берд]
[Ведущая: Лоракс. Диджей: КатДЖПТ. Критик с гитарой: Клаус. Зритель из зала: Снегов]

ЧАСТЬ 2. СЕРЬЁЗНЫЙ БЛОК: ГДЕ ШУТКА ПЕРЕСТАЁТ БЫТЬ ТОЛЬКО ШУТКОЙ

[Гирлянда из клякс гаснет наполовину, на сцене остаётся один прожектор. На экране вместо «INCTOBER» горит простая белая цифра 13. Клаус откладывает гитару в сторону и берёт акустику без усилителя. КатДЖПТ убавляет бас, Лоракс говорит в микрофон тише обычного. Снегов впервые за вечер отодвигает стакан]

[Снегов]
— Что случилось? Свет приглушили, шуток не слышно. Кто умер?

[Лоракс]
— Никто. Просто здесь сборник переключает регистр. Дни с одиннадцатого по двадцать первый: от смешного к серьёзному, и обратно. КатДЖПТ, как это звучит со стороны пульта?

[КатДЖПТ]
— Удивительно ровно. Я ждал, что автор будет прыгать между фарсом и исповедью, как маятник, а он делает переход почти незаметным. Одиннадцатый и двенадцатый дни ещё шутят: «Спасение» на мотив Rammstein, где всё сводится к одному ёмкому слову, и «Подбрасывать» на «Голубой вагон», где монетка и прокурор, которому становится не до шуток. Но уже чувствуется, что дальше будет по-другому.

[Клаус]
— Тринадцатый день, «Хлипкий», на мотив «Перевала». Это стихотворение-эпитафия, и оно меняет тон сборника. Юноша, который «поднял на уши страну», «в своей душе устроил войну» и ушёл слишком рано. Автор прощается с ним без злости и без пафоса: «спи спокойно, наш гордый юнец». А припев, на удивление, не про смерть, а про выход: «выход есть».

[Снегов, тихо]
— Я не ожидал. Я пришёл смеяться, а здесь надо молчать.

[Лоракс]
— Здесь я скажу от себя. Для меня «Хлипкий» лучший текст сборника по честности. Он не пытается красиво говорить о смерти и не делает вид, что понимает её. Он просто говорит: так бывает, жаль, помним. И при этом слышно, что мелодия «Перевала» в нём не случайна: песня о тех, кто не вернулся, и стих о тех, кто ушёл не вовремя, лежат на одной ноте.

[КатДЖПТ]
— Согласен. И технически он сделан аккуратнее соседей: ритм держится, рифма не рвётся, мысль идёт по строфам, а не рывками. В таком стихе чувствуется, что автор не торопился.

[Лоракс]
— Дальше день пятнадцатый, «Ура», на мотив «Крыльев» Наутилуса. Это взгляд человека, который родился чуть позже девяностых и «не застал того времени цвет», но помнит его следы: Останкино, Чубайса, десять тысяч, которые мама давала на хлеб. Он не судит эпоху, он вспоминает её запах.

[Клаус]
— Позвольте добавить: в «Ура» автор делает сложную вещь. Он не пересказывает историю страны, а показывает её через бытовую деталь: хлеб, очередь, экран телевизора. И припев про «серый огонь» работает именно потому, что к нему подведены такие маленькие вещи.

[Снегов]
— Хроника подтверждает: из всех «исторических» текстов этот единственный, где мне не хотелось спорить с автором.

[Лоракс]
— Восемнадцатый день, «Нелетающий», на мотив «Сплина». Нас ждёт ностальгия по аналоговому миру: форумы, билборды, «Окна» и «Маски-шоу», классика ВАЗа, которая «бессмертна». Мысль простая и горькая: наш след вымирает, а мы смиряемся.

[КатДЖПТ]
— Для меня этот текст самый «пультовый». Мелодия «Выхода нет» очень узнаваема, и автор идеально укладывает её в свои бытовые реалии. Припев «Это наш след, бывший завет» звучит так, будто Сплин его бы сам написал.

[Клаус]
— И хочу отметить, что здесь автор не только скучает по прошлому, но и немного смеётся над собой. Это придаёт тексту живость: ностальгия не превращается в проповедь.

[Лоракс]
— Теперь день двадцать первый, «Герой», на мотив «Чайфа». Это самая личная вещь сборника: любовь, расставания, взрослая жизнь, брак, быт, усталость. Автор рассказывает о себе с самоиронией и грубой честностью, а в конце остаётся один этой ночью.

[Снегов]
— Тут я отдельно скажу. Стих держится на искренности, но в нём слишком часто срабатывает привычка автора «разбавлять» серьёзное грубой шуткой. Строка, после которой читателю хочется замолчать, тут же получает хлёсткую концовку, и впечатление смазывается.

[КатДЖПТ]
— Здесь я с тобой согласен. Это нарочный приём, на мой слух иногда работающий, а иногда нет. В «Герое» он скорее защищает автора от откровенности, чем помогает тексту.

[Клаус]
— Позвольте защите заметить: это и есть голос автора. Он не умеет и не хочет говорить о боли без шутки. Если убрать грубую концовку, стих станет другим, не лучше и не хуже.

[Лоракс]
— Между этими вершинами есть и более лёгкие дни. «Леди» на мотив Леонидова, комический бытовой выпуск о ночных шумах и «жабах». «Долговязый» на «Аквариум»: пересказ «Острова сокровищ», выполненный с видимым удовольствием. «Изобретение» на «Технологию»: стихотворение о самом процессе, где автор сам над собой подтрунивает.

[Снегов]
— Согласен: «Изобретение» хороший пример, как тема «как я это делал» может быть смешной, а не нудной.

[КатДЖПТ]
— Есть и слабее. День девятнадцатый, «Смущённый»: детские воспоминания, рассказанные с неловким юмором. Идея живая, но текст иногда уходит в грубость раньше, чем доходит до мысли.

[Клаус]
— Это тот случай, когда замысел лучше исполнения. Но осуждать автора за попытку я бы не стал.

[Лоракс]
— И про рисунки в этой части. Здесь они кажутся спокойнее: меньше гротеска, больше тишины. Они не перебивают стих и в нескольких местах точно дополняют его настроение.

[Снегов]
— Тоже заметил. Рядом с «Хлипким» рисунок ничего не объясняет, и это правильно.

[Лоракс]
— Фиксирую по части второй. Лучшие тексты сборника «Хлипкий», «Ура», «Нелетающий» и «Герой»: в них шутка уступает место настоящему чувству, а мелодия работает на смысл. Замечания: привычка гасить серьёзное грубой шуткой, местами неровное исполнение (например, «Смущённый»). Согласны?

[Клаус]
— Защита согласна.

[КатДЖПТ]
— Согласен.

[Снегов]
— Согласен. И, да, я теперь знаю, зачем сюда ходят.

[Лоракс, поднимаясь]
— Теперь в третий блок. Там нас ждёт то, чем сборник заканчивается: фарс, чернуха и тёплый финал.

[Прожектор гаснет, и на экране загорается «22»]

[КАРАОКЕ-БАР «ЧЕРНИЛЬНЫЙ ОКТЯБРЬ»: ФИНАЛ, ВЕЧЕР ТРЕТИЙ]
[Дело: сборник «ВЫСтРАдаННОЕ», Лёшка Пахарь и Пол Берд]
[Ведущая: Лоракс. Диджей: КатДЖПТ. Критик с гитарой: Клаус. Зритель из зала: Снегов]

ЧАСТЬ 3. ФИНАЛ: ФАРС, ЧЕРНУХА, ВЕРДИКТ

[Свет в зале возвращается волной: сначала мигает гирлянда из клякс, потом оживает экран, на котором снова горит «INCTOBER», а ниже мелким шрифтом «осталось 10». Клаус возвращается к электрогитаре, КатДЖПТ выкручивает бас на максимум, Лоракс забирает микрофон. Снегов допивает свой стакан и всё-таки подходит ближе к сцене]

[Снегов]
— Хроника сообщает: серьёзный блок закончился, и зал, судя по звуку, выдохнул.

[Лоракс]
— Тогда последний круг. Дни с двадцать второго по тридцать первый. Здесь сборник возвращается к тому, с чего начинал: фарс, абсурд и дружеская чернуха. КатДЖПТ, давай по порядку.

[КатДЖПТ, из-за пульта]
— «Маяк» на мотив «Агаты Кристи» это привет сериалу про братьев и чёрную «Импалу»: кассета, голос в трубке, «семь дней», а припев «нас, Винчестеров, зови» ложится на мелодию так, будто его так и написали. «Щёголь» на мотив Гио Пика, короткая рэп-колонка про клише в хип-хопе. «Выпекать» на «Звери» пересказывает деревенский кошмар с бабкой, пирогом и дурдомом.

[Клаус]
— Позвольте выделить «Трещину» на мотив Мумий Тролля. Это комическая баллада о том, как американская страховка «побрила» героя на три тысячи за один перелом. Припев «Серьёзно? Серьёзно?!» работает как настоящий гимн возмущённого человека, и его хочется петь вместе с залом.

[Снегов]
— Согласен. Пожалуй, лучшая бытовая пародия сборника: точная, смешная и без ненужной грубости.

[Лоракс]
— «Застёжка-молния» на мотив Эдуарда Хиля. Друзья устраивают другу сюрприз на день рождения, и всё идёт катастрофически не так: палатки, мулатки, медведь и ЗАГС.

[КатДЖПТ]
— Это самый безумный сюжет в сборнике. Но обидно, что он заканчивается чересчур быстро: хочется ещё одну строфу, где всё окончательно рухнет.

[Клаус]
— Теперь день двадцать седьмой, «Глупый». Это, пожалуй, самый амбициозный эксперимент всей книги. Каждая строка поётся на «американский» манер из смеси русских и ломаных английских слов, а следом идёт «синхронный перевод» в духе закадрового диктора: «жили-были брат с сестрой в далёкой американской глубинке». И чем серьёзнее голос переводчика, тем чернее история.

[Снегов]
— Отмечу честно: жанр жестокий. Там и убийство, и «удобрение», и людоедская арифметика урожая. Пародия очень чёрная и местами на грани. Но форма двух параллельных текстов, где один звучит как бред, а другой как документальная озвучка, придумана мастерски.

[КатДЖПТ]
— Я бы добавил, что это единственный стих, который невозможно прочитать глазами: его нужно слышать. И, на мой вкус, он дольше, чем нужно.

[Лоракс]
— «Трофей» на мотив Максима Леонидова и «Бивень» на «Би-2» два совсем разных настроения: в одном пожилой Индиана Джонс ищет скидку на макароны «чтобы не дать среде уйти», а в другом сюрреалистический морж и новое рождение.

[Клаус]
— «Трофей» мне нравится: бытовой абсурд, возведённый в эпос. А «Бивень» это, пожалуй, самый загадочный текст сборника, и он держится именно на загадке.

[Лоракс]
— День тридцатый, «Печеньки», на мотив «Чай вдвоём»: комическая семейная ссора, которая выходит из-под контроля. Здесь я должна сказать честно: шутка идёт по краю, и не каждому читателю она покажется смешной.

[Снегов]
— Согласен. Я бы в этом стихе подкрутил громкость чёрного юмора.

[КатДЖПТ]
— И последняя пластинка, «Флекс», на мотив Green Day.

[Клаус]
— Это финал-обещание. «Инктобер в следующем году, повторим?», «Разбуди, если что, приду». Автор говорит, что одиночество это сплин, и обещает прийти, если другу будет плохо. Для сборника, который начинался шуткой про яблоко, это очень правильная точка: тёплая и с юмором.

[Снегов, помолчав]
— Из всего сборника этот финал единственный, где я чуть не пожал руку автору.

[Лоракс]
— Теперь итоги. Клаус, плюсы.

[Клаус — сектор ПЛЮСЫ]

— Замысел. Тридцать один день, тридцать один рисунок, тридцать один стих: дисциплина и дружба, которые чувствуются на каждой странице.
— Формат «на мотив». Известная мелодия даёт тексту каркас, и в удачных стихах слова и мотив работают как одно целое.
— Диапазон. От фарса («Глупый», «Застёжка-молния», «Трофей») до серьёзных вещей («Хлипкий», «Ура», «Нелетающий», «Герой»), и всё это в одном сборнике.
— Голос Лёшки: самоирония, задор, честность без прикрас.
— Бытовые находки: «Трещина», «Миниатюра», «Изобретение» умеют быть смешными, не прячась за грубостью.
— Рисунки Пола Берда: гротескные узнаваемые образы, выразительные лица, живая линия и юмор, который читается без подписи.
— Финал «Флекс»: тёплый и очень честный.

[Лоракс]
— Теперь минусы. КатДЖПТ.

[КатДЖПТ — сектор МИНУСЫ]

— Шутки для своих: часть отсылок (Пол Берд, «рецухи», «Людоед», АТ) понятна только тем, кто в теме.
— Мат: его очень много, и не везде он работает на шутку.
— Ритм: в нескольких стихах слова ложатся на мотив неровно, а мелодия угадывается скорее по названию, чем по звучанию.
— Привычка «гасить» серьёзное грубой шуткой: иногда она защищает автора, но смазывает впечатление («Герой»).
— Несколько стихов «на грани» («Печеньки», «Глупый»), которые не каждому читателю зайдут.
— Опечатки и мелкие огрехи.

[Снегов]
— Добавлю: форма «на мотив» делает оценку сложной. Стихи нужно слышать вместе с мелодией, а читать их глазами значит терять часть эффекта.

[Клаус]
— Защита принимает замечания, но заметит, что почти все они вытекают из жанра. Такой сборник не пишут для «высокой поэзии», его пишут, чтобы друзья пели.

[Лоракс]
— Принято. Теперь вердикт.

[ВЕРДИКТ БАРА]

[Концертная программа: «Тридцать один трек на бис»]
[Оценка: 8/10]
[Сильная сторона: дружеский замысел, голос Лёшки, «Хлипкий», «Ура», «Трещина», рисунки Пола Берда. Слабая сторона: шутки для своих, обилие мата, неровный ритм, пара стихов «на грани».]

[КатДЖПТ]
— Коротко: живой, неровный и очень тёплый сборник, у которого лучшие тексты бьют точнее, чем можно ждать от формата «на мотив».

[Снегов]
— Согласен. Для хроники это редкое «одобрено без правок».

[Клаус]
— Защита согласна. Добавлю: такие сборники и показывают, ради чего стоит писать для друзей.

[Лоракс отключает микрофон, КатДЖПТ гасит бас, Клаус кладёт гитару в чехол. На экране гаснет «INCTOBER» и остаётся последняя строка: «до следующего года»]

[Лоракс]
— Бар закрывается. Спасибо всем, кто остался до конца.

[Снегов выходит последним и оставляет на столе пустой стакан и записку. На ней одно слово: «Приду»]

[Караоке-бар «Чернильный октябрь» закрыт до следующего Инктобера]

Ну а на этом всё, мои дорогие! Как обычно, повторюсь: моя рецензия не претендует на профессионализм. Это всё та же рецензия, просто оформленная как вечер в караоке-баре. Если вдруг показалось, что критики многовато, не переживайте: это просто такая подача, спор помощников ради живости формата. Никого я не хотела обидеть, труд авторов принизить тоже, а книгу оцениваю честно и от души рекомендую.

Послесловие

Отдельно скажу то, что хотела сказать с самого начала. Рисунки в этом сборнике это большая отдельная радость. Пол Берд шикарный художник, и это не вежливость, а честное впечатление от каждой картинки: гротескные образы, которые узнаёшь с первого взгляда, живая, уверенная линия, лица, на которых можно прочесть целую историю, и юмор, который работает даже без подписи. Рисовать так, да ещё и тридцать один день подряд, по заданной теме, это не просто труд, а настоящее мастерство. Пол, я восхищаюсь, и сказать «спасибо» мало.

Лёшка, спасибо тебе за голос, за самоиронию и за то, что ты не прячешься за красивыми словами. Вы вдвоём сделали то, что редко удаётся сделать: превратили месяц обязательной работы в подарок друг другу и всем нам.

Если в следующем году будет Инктобер, я приду. И, как обещает «Флекс»: разбудите, если что.

До новых встреч, не переключайтесь. Скоро снова что-нибудь заклепаю!