Рецензия на сборник рассказов «Маска улыбок»
Вновь автор не изменяет себе и радует читателя ладной работой. Сборник из пятнадцати миниатюр проглатывается единым духом и оставляет по себе чувство лёгкое, почти праздничное.
Однако ж не стоит полагать, будто писано сие единственно ради забавы. Замысел глубже, нежели видится с первого взгляда. Положения в рассказах самые житейские: свидание, ужин в ресторане, письмо к племяннику, прогулка по парку. Но стоит спросить себя: для чего автор поведал нам именно об этом? Что желал он показать? И всякая история тотчас обретает и объём, и смысл. За смешным обыкновенно таится порок или слабость, которую мы охотно замечаем в соседе и неохотно в себе: тщеславие, лицемерие, корысть, трусость, самодовольство.
Любопытно и другое. Герои сборника почти никогда не постигают, отчего с ними приключилась беда. Один, поучая племянника доброте, не примечает, что минуту назад грозил расправой прислуге. Другой, обличая жену в измене, не замечает, что обличает самого себя. Третий жертвует дорогою вещью ради чужой благодарности и негодует, не получив её. Никто из них не станет разбирать собственных поступков: виновными оказываются погода, женщины, старуха, судьба, кто угодно, только не он сам.
Можно было бы упрекнуть книгу в том, что она глядит в прошлое: всё тут и сюртуки, и барышни, и кабаки с трёхкопеечными кренделями. Но странное дело: чем дальше читаешь, тем меньше замечаешь костюмы. Улыбка в расчёте на чужой кошелёк и ныне в большой цене. Добряк в письмах, что рычит на прислугу, нам отлично знаком. Как знакомы и те, кто объявляет войну всякой грусти, и те, кто готов к любому подвигу, лишь бы не сегодня, и те, кто благодетельствует напоказ, а после обижается, что не оценили. Меняются фасоны, но не человек. Автор, надев на героев платье позапрошлого столетия, лишь вежливо подвёл читателя к зеркалу: взгляните-ка, не вы ли это?
Невольно вспоминается ранний Чехов, тот самый Антоша Чехонте, что писал для юмористических листков короткие сценки в десяток абзацев. Зачем он писал их? Затем, что лучше всякой проповеди лечит человека смех: покажи ему чиновничье чинопочитание, купеческое самодовольство или обывательскую пошлость, да так, чтобы он рассмеялся, и половина дела сделана, ибо смеяться над собой труднее, чем над другими, а над ближним мы смеёмся и узнаём себя. Мне кажется, Егор Новиков пишет затем же. Не из желания пощекотать читателя, а чтобы, посмеявшись, тот хоть на миг задумался о собственных маленьких слабостях. Не берусь ставить этих авторов рядом по масштабу, но по назначению и по ремеслу родство налицо: краткость, точный штрих, развязка, что бьёт в самую суть.
Слог выдержан в духе позапрошлого столетия: неспешный, учтивый, с ядовитым поклоном в конце фразы. Лучшие миниатюры («Не вышло», «Так и знал», «Рубль», «Порядочный человек») венчаются развязкой столь меткой, что хочется немедля перечесть рассказ. Правда, не все истории равны по силе, и знакомая схема порою угадывается наперёд. Но то сущие пустяки в сравнении с удовольствием, какое доставляет сборник.
Рекомендую всякому, кто ценит юмор неторопливый и с горчинкой. 
