Рецензия на роман «Смоленская симфония»
Музыкальный детектив
Рецензия на роман Евгения Силаева «Смоленская симфония»
В классических детективах орудия убийства чаще всего тоже бывают классическими – пистолеты, кинжалы, яды… В крайнем случае, разные тяжелые предметы, которыми жертву бьют по голове, или какие-нибудь веревки, шарфы и галстуки, которыми кого-нибудь душат. Совсем иначе дело обстоит в детективном романе Евгения Силаева «Смоленская симфония», где оружием послужили гораздо более экзотические предметы, детали музыкальных инструментов – гитарная струна, медиатор и барабанные палочки.
При этом музыкальная тема раскрывается не только в орудиях убийства – музыка вообще занимает в романе значительное место. Герои сочиняют ее сами и говорят о ней, слушают чужие музыкальные произведения и снимают подкасты о них, учатся в консерватории и ходят на концерты. А иногда заимствуют музыку у других композиторов, выдавая ее за свою или не указывая их авторство. Из-за этого и происходят описанные в романе убийства, для осуществления которых преступник выбирает символичные для него предметы.
Однако музыка – не единственная тема этого романа. Второй красной нитью через всю книгу проходит тема журналистики. Главный герой Евгений, расследующий «музыкальные» убийства, был журналистом раньше, но ушел из профессии, его друг Костя, помогающий ему, продолжает работать в СМИ, и на их примерах автор показывает эту работу изнутри, раскрывает некоторые ее секреты. В этом плане «Смоленская симфония» точно будет интересна тем, кто хотел бы больше узнать, как ведутся журналистские расследования и с какими подводными камнями порой сталкиваются представители «четвертой власти».
Хотя, конечно же, в первую очередь роман Евгения Силаева интересен своей детективной интригой. Развивается она строго по законам жанра: сначала главные герои ошибаются и у них появляются ложные подозреваемые, потом они постепенно приближаются к верной разгадке, а в финале Евгений едва не становится следующей жертвой убийцы, которую ему удалось, наконец, разоблачить. По части композиции автор все сделал безупречно: завязка, ложные ходы, кульминация и развязка следуют друг за другом в правильном порядке, ни один эпизод не затянут, и читатель ни на минуту не заскучает до самой последней страницы. Но вот что касается самих сюжетных ходов, то некоторые из них, с точки зрения детективного жанра, выглядят несколько слабоватыми.
Ситуация с клиентом автосервиса, сказавшим о том, что он «заткнул кому-то рот» и вызвавшего этим подозрения главных героев, разрешается слишком быстро и как-то нереалистично.
Он заявляет Евгению, что просто заплатил за молчание уволенной сотруднице, которая собиралась устроить его фирме неприятности, после чего звонит кому-то по телефону и просит подтвердить это. Евгений слышит женский голос, вроде как подтверждающий слова подозреваемого, а затем эта женщина начинает говорить что-то еще, но позвонивший ей мужчина быстро вешает трубку. И на этом все – главный герой сразу же верит, что клиент сказал правду, и больше ни в чем его не подозревает.
Однако выглядит диалог с этой женщиной довольно странно, и читатель запросто может заподозрить, что мужчина позвонил вовсе не уволенной сотруднице, а кому-то другому и именно поэтому почти сразу оборвал разговор. Но в дальнейшем эта сюжетная линия не получает никакого развития – она оказывается ложным ходом, но прописан этот ход, к сожалению, довольно слабо.
Но если в детективном плане эту книгу можно еще улучшить, то с точки зрения психологии в ней все практически безупречно. Автор сумел глубоко погрузиться во внутренний мир всех главных и некоторых второстепенных персонажей и показал его во всех подробностях. Причем почти все герои раскрываются в романе постепенно. О Евгении в самом начале сообщается, что он был журналистом, однако ушел из профессии, и сначала у читателя создается впечатление, что это случилось из-за какой-то скандальной публикации, когда главный герой оказался замешанным в криминал или разоблачил какую-нибудь важную шишку. Потом становится известно, что Евгений отказался от своей работы после того, как, делая репортаж о большой аварии, увидел в списке погибших имена собственных родителей – и причина его ухода из журналистики оказывается по-настоящему трагической и, безусловно, понятной. Но и это еще не все: в финале центральный персонаж признается, что сменил работу в первую очередь из-за чувства ответственности за тех, о ком он писал, из-за того, что посчитал себя недостаточно чутким и способным просчитать все последствия своих публикаций.
В чем-то переживания Евгения, касающиеся журналистики, могут даже показаться чересчур сильными, надуманными. Он сокрушается о том, что молодые талантливые люди, у которых он брал интервью, могли после этого «зазвездиться» и вообразить себя гениями, которым все дозволено, и поведение главной отрицательной героини, о которой он в свое время писал, как будто бы подтверждает его опасения. Эта девушка действительно напридумывала невесть что о себе и о главном герое и в итоге пошла на преступления, уверенная, что «восстанавливает справедливость» в мире. Но виноват ли в этом главный герой, всего лишь взявший у нее интервью? Он не был ей ни родителем, ни наставником, не был обязан ее воспитывать, а просто хорошо сделал свою обычную работу. Ответственность журналиста заключается в том, чтобы писать правду и не навредить героям его публикаций, напечатав какую-нибудь опасную для них информацию. Однако психическое состояние собеседников его уже не касается.
Тем не менее, в мире существуют совестливые и чувствительные люди, и именно таким автор «Смоленской симфонии» изобразил своего главного героя – и сделано это мастерски, с отличным знанием психологии. В портрет Евгения прекрасно вписывается и его вегетарианство: люди такого типа личности могут жалеть животных и при этом не будут осуждать тех, кто ест мясо, даже когда они первыми начинают «троллить» его этим, как это делает Алиса. И в целом этот персонаж описан логично и достоверно.
Не менее достоверно, подробно и психологично показана и главная отрицательная героиня романа Таня.
Создавая этого персонажа, Евгений Силаев четко показал, что иногда гений – ну, или, по крайней мере, большой талант – и злодейство могут быть очень даже совместимы. Эта девушка, одаренная абсолютным слухом и способностью писать музыку, сначала «зазвездилась» от чужих похвал, а за этим закономерно последовала мания величия, когда ей стало казаться, что она имеет право жестоко убивать тех, кто заимствовал ее произведения или еще как-то ее обидел. Одновременно она вообразила, что главный герой, после интервью с ней почти забывший о ее существовании, на самом деле любил ее и восхищался ее талантом. Все эти «странности» героини могут показаться слишком большим преувеличением, однако в запущенных случаях «звездной болезни» ситуация часто развивается именно так: человек доходит до совершенно гротескных, извращенных представлений о своем «величии» и о том, что весь мир вертится вокруг него.
В общем, повторюсь, в образе Тани нет преувеличений, а есть только отличное знание человеческой природы.
Образы других персонажей тоже описаны достаточно психологично, и это можно сказать не только о них самих, но и о развитии отношений между ними. Так, автор сумел показать читателю настоящую дружбу Евгения и его бывшего сокурсника, которая продолжается, несмотря на то, что они больше не работают вместе и их пути как будто бы разошлись, а также еще более красивые, романтичные любовные отношения между главным героем и Алисой, которые, тоже в полном согласии с законами психологии, развивается из легкого соперничества, грубоватого подтрунивания и подшучивания друг над другом.
Стиль романа в целом ровный, читается он легко, но иногда глаз все же цепляется за корявости: «Мышцы ее лица дрожали, сдерживая внутренний конфликт»; «Ее лицо снова стало грустным, а глаза упали в ноги коллеге». Слово «кофе», употребленное в среднем роде, формально по новым правилам не является ошибкой, но лучше все-таки переделать его род на мужской: по негласной договоренности в писательской среде это считается более грамотным. Кроме того, в паре мест автор путает имена Алиса и Анфиса – в идеале героев вообще не стоит называть настолько похожими именами. А еще несколько странно выглядит фамилия Смычков у композитора и преподавателя игры на скрипке. В жизни, конечно, бывают подобные совпадения, но довольно редко, и в книге они наводят на мысль, что автору просто было лень придумывать оригинальные фамилии.
Эти мелкие недостатки ни в коем случае не портят «Смоленскую симфонию» - по-настоящему интересный и захватывающий психологический детектив. Но если их исправить, книга станет полностью гармоничной – как и положено произведению, главную роль в котором играет музыка.