Льюис — тихий городок, в котором течёт обычная жизнь. Ривер тяжело переживает пропажу отца, Оливер скрывает какую-то тайну, Саманта за деньги помогает самому популярному парню школы выиграть спор. Каждый из этих подростков сталкивается со своими проблемами и по-своему с ними справляется. Но вот в Льюис приезжает Джон Сэдвик, чтобы поднять город с колен. И его дочь, Даяна, становится катализатором для цепочки событий, приведших к большой беде. Смогут ли герои оправиться, восстав из пепла? Или на этот раз их феникс так и не возродится?
Господи, помоги мне остаться сумасшедшей.
И Зак тоже... Да, кстати, не забудь еще про Зака Теннера. Про того самого придурка, которого все вокруг так обожали, что у тебя аж зубы сводило. Того самого Зака Теннера, кто – пора бы это признать – был во всем лучше тебя. Про того самого Зака-мать-его-Теннера, который имел идиотскую привычку говорить с тобой словами твоего умершего папаши. И, наконец, того самого вшивого выпендрежника Зака, который точно так же тебя бросил.
Андервуд должен обратиться через телевидение к похитителю и попытаться воззвать… к чему? К его совести? К человечности? Слезливыми уверениями заставить пожалеть его бедную дочурку и отпустить домой, к маме и папе? Шериф Нельсон уверяет, что попробовать стоит. Вот только, чем дольше Коул стоит перед этой толпой, больше похожей на воронью стаю, тем меньше верит в то, что делает. Хоть один похититель повелся на эту удочку раньше? Ну, хоть один?
Я смотрю в светлеющее небо еще несколько минут, а затем выхожу на террасу с чашкой кофе. Обожаю это время. Именно утро субботы — самое волшебное из всех утр недели. Город засыпает. И проснется только через двое суток.
Стихи как обезболивающее.
Воздух пах океаном. Эмили была в этом абсолютно уверена, хотя ни разу в жизни его не ощущала. Но это был именно такой запах, как описывал Кайл — свежий, слегка сладковатый и полный свободы. Вдыхаешь его и уносишься далеко-далеко, в незнакомые миры, чудесные и такие непохожие на ее родной городок. Когда Эмили думала о ней — бескрайней водной глади, уходящей за горизонт — она представляла себе, как те же самые волны бьют о берег с другой стороны и омывают ноги иной Эмили. Умной, успешной и живущей так, как она захочет.
Говорят, друзья — это семья, которую ты выбрал сам. А раз так, значит об этой семье надо так же заботиться, как и о биологической. Не делать между ними разницы. Быть преданным и последовательным. Говорят, когда-то люди очень легкомысленно относились к дружбе. Назывались друзьями без всяких взаимных обязательств и переставали считать себя таковыми без серьезных на то причин. Хорошо, что наши Отцы Основатели положили конец этому беспределу. Уже три поколения звание друга нужно подтверждать официально. Дружеский союз быстро стал таким же важным в жизни каждого человека, как и брачный. А для меня — и того важнее.
Ирма допекает меня с биохимическими показателями вот уже третью неделю. А какой еще у меня должен быть уровень этого чертового серотонина, пока я разрываюсь между учебой и двумя научными проектами в “Скармайне”? Один из которых я, кстати, через несколько дней зафиналю. И все сразу придет в норму. Но нет, Ирма хочет, чтобы я работал под препаратами, к которым еще нужно привыкнуть, помучиться с дозировкой, возможно даже схватить побочки в виде сонливости и апатии. Нет уж, спасибо. Мне всего двадцать один, у меня молодой, сильный организм. И он вполне способен поработать некоторое время на повышенных скоростях без всякого допинга.