Мой отец ушел рано.
Как его отец и его отец, и прапрадед.
Вот уже двести пятьдесят лет, как над домом Мацумото нависает гнетущая вуаль проклятия. Все мужчины по линии отца не доживают и до тридцати одного...
Говорят, в каждом забытом людьми и Богом месте, раз в год, собираются души тех, кого давным-давно нет в этом мире.
Подобно тому, как обломки тех давно забытых мест, оживают в наших сердцах и умах. Наполняясь светом и теплом наших собственных душ. Эти места начинают снова жить, в наших воспоминаниях.
Никогда я не был, по-настоящему, своим. Ни в компании дворовых мальчишек, ни в компании школьных разгильдяев, ни даже среди разношёрстных курящих студентов. И вот, в очередную из бесчисленных, томных и душных ночей, я переступил порог своей теплой и бедно обставленной квартиры. Навстречу ночи, навстречу неизвестности, в надежде скрыться от столь мне ненавистного, давящего меня - морока...
Ледяная вода обжигала мое тело настолько сильно, что казалось будто меня погрузили в кипящее масло. Серая пена кусками цеплялась за прибрежные скалы то и час дрожа под порывами бушующей стихии...
На несколько минут воцарилась тишина, которую я был не в силах нарушить. Меня все не покидало это странное ощущение, тревоги и страшного любопытства. Будто мой друг только что оставил мне разгадку величайшей тайны бытия. Да так играючи, что разместил её прямо на самом виду. К величайшему моему сожалению, которую, я за все эти годы - так и не смог разглядеть...