Елена Ворон

Добросовестно перечитала последнюю часть книги, чтобы вынести мало-мальски осмысленное суждение. Пожалуй, по второму прочтению мне понравилось больше, чем по первому, но все равно впечатление осталось несколько смутное.

Во-первых, потеряно напряжение приключений, остались одни семейные сцены (не только в смысле перебранок и разборок, но и в смысле семейного бытописательства). Во-вторых, с доном Мигелем и Беатрис повторяется старая известная история: ссора и примирение – по большому счету, ничего нового мы не видим, кроме некоторых нюансов супружеских взаимоотношений. 

Я не возьмусь советовать, что с этим делать. То ли стОит слегка сократить, то ли, наоборот, расписать чуть подробней и психологически убедительней. Или, еще лучше, оставить, как есть, только подредактировать, потому что порой текст звучит на слишком современной ноте. 

Однако есть один пункт, который очевиден: лепестки на волнах. С моей точки зрения, это гораздо более мощный художественный образ, чем он представлен автором. Вот что есть в тексте:

На колени упал бело-розовый лепесток отцветающей магнолии, де Эспиноса сбросил его в плещущийся у самых его ног пруд...

Ветер погнал рябь по поверхности пруда, лепестки магнолии заколыхались на мелких волнах, наползая друг на друга и переворачиваясь. И де Эспиносе вдруг привиделись буруны над верхушками мачт галеонов, уходящих на дно.

Пруд изначально не плескался, если потом по нему пошла рябь. Но это к слову, а суть в другом. Лепестки олицетворяют не только и не столько «буруны над верхушками мачт галеонов, уходящих на дно», а нечто гораздо большее, о чем рассказывает вся книга целиком. Мне кажется:

1. лепесткам уделено непозволительно мало внимания – о них нужно написать больше и лучше

2. они просто-напросто не на месте; я бы передвинула их в самый финал – как своеобразный итог рассказанного, а после них оставила только несколько самых последних печальных строк. 

Ах!  

Спасибо за чудесную историю! Как говорится, нарочно не придумаешь.  

Как-то уж больно свирепо дон Мигель выглядит - для его-то тяжелого состояния. :))

Тонкая, с душой, работа.  

Читала, истекая завистливой слюной. Очень хорошо сделано. УмнО и при этом эмоционально, "цепляет за живое". Да и сам предмет авторского рассмотрения невероятно хорош: что может быть важнее верности и предательства? 

Однако на мой взгляд, плотность логической информации такова, что ее невредно бы разбавить чем-то менее обязательным для восприятия и осознанного запоминания. Например, добавить визуального ряда. Картинка в тексте есть, но местами хотелось бы больше. Хорошего много не бывает. :))

Знаете, звучит так, как будто сейчас все на своих местах - целиком и полностью. :)

Посмотрим, посмотрим. Вы меня совсем заинтриговали!  

Тогда надо еще отдельно думать о том, как эффектно закончить роман? Если эти три главы отрезать и пустить в самостоятельное плавание как повести. Нет, на диалоге-пересказе событий точно заканчивать нельзя. 

чую,  что погружусь в глубокую переработку

Таки я бы это назвала доработкой - зачем копать излишне глубоко? Только если авторская душа просит! :)

хрнологически - те инверсия через флешбек  - неоправдана в данном случае? интересно, как бы оно было в линейной подаче

Мне кажется, что не оправдана. (Хотя я не претендую на изречение истин в последней инстанции.) В линейной подаче - проще простого. Мигель пришел - с лица белый - и попросил Питера спасти жену. Во время просьбы еще держится, как положено аристократу. А потом - сорвался и в легком помрачении сознания бормочет про себя (едва можно разобрать), что врач говорит: "Отпустите". "Не отпущу!" По-моему, прорвавшееся горе мужа и отца дополнительно усилило бы сцену.

С повестями все поняла (то есть, я так думаю); будем внимательно смотреть. :) Тем интереснее задача. 

возможно, менять кардинально

Не вижу, зачем. :) Если обойтись "малой кровью" (дать другую мотивацию поступков Арабеллы, а так все то же самое), то будет самое то. 

а что касается именно ситуации на корабле... для меня этот эпизод важен, он можно сказать - ключевой не только для части, но и всего романа в целом. 

Ну, с этим же никто не спорит! Я про их жизнь на корабле ни слова дурного не сказала. :) Там-то меня все устроило, кроме подачи САМОГО ВАЖНОГО шага дона Мигеля - вы его распылили и подали хронологически наоборот, а это, мне кажется, неверно. 

 мне хотелось показать что  Мигель проделал некий внутренний путь, и сопосбен быть откровенным с женой. 

Это хорошо. Но форма подачи, увы, прихрамывает. Если дать все то же самое, но не длинным диалогом-пересказом событий, а чисто авторским "подведением итогов"? Часть - через ощущения Беатрис, часть - через внезапное освобожденное чувство дона Мигеля: оказывается, гордость не перехватывает горло, и он способен на простые откровенные слова? То есть, прямую речь героев подсократить, а от автора сообщить, О ЧЕМ они говорили, а не ЧТО ИМЕННО друг другу сказали. Но в целом, совсем уж страшного криминала тут нет.

После эмоционального и волнительного повествования о Беатрис и доне Мигеле третья часть мне показалась пресноватой. Беатрис решала, уходить ли в монастырь и затем как жить с доном Мигелем (жизнь и любовь на кону!), - а Арабелла ссорится с мужем и занимается конем. При всей симпатии к бедняге Фуэго, должна заметить, что масштаб внутреннего конфликта не тот, и текст неизбежно проигрывает. Опять же, дон Мигель много размышляет и много разного чувствует, а Питеру уделено гораздо меньше внимания, да и говорить, по большому счету, почти не о чем. Замученный, из последних сил выполняющий свой долг перед обществом мужчина, у которого не остается сил на семью, - очень жизненно… и не Бог весть как захватывающе, да простит меня автор. 

Как поправить дело? Мне видится два возможных пути (это если идти по линии любовного романа, а не придумывать какие-то дополнительные приключения нашим героям на голову). Во-первых, можно сделать бОльший упор на то, что Арабелла старается спасти Фуэго, компенсируя тем самым недостаток мужней любви и внимания. В тексте это вроде бы сказано, но лично мне душевного огня (как в случае с Беатрис) здесь не хватило. И вообще это достаточно скользкая тема, для нее требуется весьма тонкий психологизм; оно автору надо?

Я бы сосредоточилась на глубинном ужасе Арабеллы: ее муж был пиратом, а такое прошлое не изглаживается. (Все равно что у нас – Афган прошел или в тюрьме срок отмотал.) И вот она ищет подтверждения и одновременно опровержения своим страхам. И старается не позволить «пиратским» чертам пробиться наружу – или пытается их уравновесить чем-то иным. Поэтому ее участие в судьбе Фуэго – результат не только присущей Арабелле доброты вообще, а целенаправленное действие: «я не позволю мужу поступить дурно; я ему помогу быть хорошим». И вот этим ее благородным стремлением я бы пропитала весь текст, подняв «градус кипения».

Пара слов о решении дона Мигеля призвать на помощь Питера. На мой взгляд, этот эпизод подан невыигрышно: сначала дон Мигель приходит и просит, а спустя несколько страниц вдруг читаем о том, что именно его к этому подтолкнуло. Но ведь это уже не имеет особого значения: тяжкий выбор сделан. Тогда зачем? И, кстати, окончание главы «Дон Педро Сангре» - краткий пересказ предшествующих событий, не дающий почти ничего нового. Нужен ли этот диалог – или можно обойтись более скупыми средствами? Решать автору... 

Спасибо за дивный пост! Кажется, лучше и не скажешь. 

Вдохновения автору!  

а вот что добавить - спрошу прямо, не стесняясь. И не повлияет ли это на динамику в данном эпизоде? 

Насчет добавить я не уверена, скажу прямо; по ощущению, чуть бы подробнее расписать историю со снятыми пушками и ценным грузом. Не хватает авантюрной конкретитки - действий и слов, зримых картинок. Не усердствуя особо - так, несколько фраз, абзац-другой. И точно так же, скупо, я бы расширила отчет телохранителя дону Мигелю. Вероятно, не прямой речью (чего ему болтать лишнего?), а повествованием от автора: как пришел, что нашел, что подумал и что ему сказали. Динамике это никак не во вред - это те самые приключения, в жанре которых вы пишете. :)) Мы же помним, что роман не только любовный, но авантюрный, а авантюрная интрига, за счет переживаний Беатрис, порой отступает далеко на второй-третий план.

Добралась до конца второй части. Эти главы тоже мне показались обстоятельны и достаточно убедительны. Правда, про Нуньеса Морену отчасти было сказано торопливой скороговоркой; однако насколько я понимаю, это пересказ прежде описанных событий, о которых внимательный читатель уже имеет понятие.

Очень понравилась глава о последнем бое дона Эспиносы, она получилась особо художественной, выпуклой, многогранной. Там и действие, и настроение, и картинка, и персонажи - все на своих местах, всё играет на поставленную задачу.

Однако несколько огорчили закравшиеся в текст современные словечки. Особенно меня обидела фраза "безапеляционно заявила малышка". Вот просто ой... :))

эротику я стараюсь мягко писать) больше на эмоциях

С моей - личной - точки зрения, это очень правильно. И что особенно важно, у вас хорошо получилось. Это не так уж часто встречается. :)

Я добралась до главы "Нуньес Морено". И у меня вправду нет серьезных претензий ни по окончанию первой части, ни по второй - из того, что освоила. По мне, с логикой все хорошо, и с описаниями тоже. Когда я говорю "мне не хватило каких-то деталей", это значит субъективное: вот тут - во фразе или  абзаце - я бы добавила что-то. То ли ощущение нагретого камня под пальцами, то ли шелест тяжелых юбок, то ли клацанье каблуков по брусчатке, то ли чуть-чуть психологической глубины характера. Но - повторюсь! - это субъективное ощущение, подгон вашего текста "под себя", и не факт, что это тексту действительно нужно. Здесь он и так вполне живой и достоверный - в рамках вашего жанра и той условной действительности, которую вы создали. Конечно, всегда можно что-то углубить и расширить, но надо ли? 

Да! И забыла сказать: мягко-эротические сцены меня порадовали тем, как сделаны. Мое эстетическое чувство было удовлетворено. :))

Читала вторую часть ночью, до пяти утра, пожертвовав драгоценным сном, необходимым для творческой работы. :))

Читать еще не закончила, но впечатлением поделюсь. Лично я получила большое удовольствие. И от Беатрис, и от дона Мигеля. Они убедительны и мне как читателю весьма симпатичны. Кроме того, дерзкая католичка Беатрис - с ее внутренним миром и движениями души - мне показалась интереснее как персонаж, чем Арабелла (хотя про нее тоже слова дурного не скажу).

Эта часть вообще мне кажется лучше (более профессионально) написанной, чем начало, где автор как будто еще не разогнался и не вошел во вкус. Тут больше описаний и портретов, и всяческих мелких деталей, создающих необходимую иллюзию достоверности. Не скажу, что мне их везде хватило, но это мое личное вИдение. 

Путь к совершенству бесконечен... Порой встречаются опечатки, стилистические огрехи. Такое ощущение, что автор заторопился и пренебрег - наверное, не финальной, а просто еще одной - вычиткой текста. Либо текст в работе, и окончательная вычитка и правка еще впереди. 

Автору спасибо за мое читательское удовольствие! 

Без лести: мне очень нравится. И цветом, и изяществом.

Я тут вспомнила свой постулат, который на время затуманился в памяти: следовать нужно тем советам, которые кажутся безоговорочно правильными, отвечая твоему собственному движению души.  Так же и с аллитерацией в тексте - если лично вам как автору нравится, значит, ей жить. Все равно на всех не угодишь. :))

Мне кажется, что огульно бороться с аллитерацией не стоит: нужно смотреть предложение и думать, выходит ли какой-нибудь непреднамеренный эффект или нет. И на нет и суда нет - бог бы с ним, имхо :)

Охотно соглашусь. :) Если чисто формально подходить к литературному тексту, нетрудно убить все, что в нем есть живого. 

Вы меня озадачили. :) В час ночи так сразу и не отвечу толком.  

"неожиданно, но" меня лично царапает: ан-но-но, хотя здесь нет шипящих и свистящих звуков, поэтому все не так страшно, как порой бывает. Скажем, "вращающееся и скрипящее чудовище" оскорбляет слух, а "чудовище, которое вращалось и скрипело" прочитывается гораздо легче. 

Я бы сказала, что это - один из принципов писательского ремесла. Как в поэзии есть законы (или правила), так и в прозе - свои каноны. Нежелательных созвучий лучше избегать, чтобы не создавать разных ненужных эффектов, которые можно услышать или зацепиться глазом. В том числе, желательно избегать повторяющихся приставок (зашел за занавеску). И мне, например, запомнились слова Олега Дивова, который как-то говорил, что старается обойтись без стоящих рядом слов, начинающихся на одинаковую букву. Ну, каждый сам определяет меру совершенства. :) 

Однако же - талантливый клоун. На мой взгляд, такой талант искупает клоунаду и легковесность фильма. 

Anna, спасибо вам за удовольствие!  

Ну вот, представляю вам результат своих размышлений. Местами, извините, получилось очень отрывочно, однако я старалась. :)

Понимаете, тут такая штука: насколько бы примитивно просто ни была написана книга 

Я ни в коем случае не ратую за примитивность или даже «простоту». За большую понятность и доступность большей аудитории – пожалуй.

Но вот приходит другой читатель - и утверждает, что никаких эмоций герои вообще не вызывают, что они чисто функциональны, в психологию автор не умеет вовсе - в общем, "картон". Две диаметрально противоположные реакции - при том, что читатели одной возрастной категории, я человек начитанный, оппонент тоже... О чем это говорит?

Это может говорить о том, что у него болела печень, когда читал, или ему нахамил начальник, или вообще он был в неподходящем настроении, а потому остался к чему-то глух – «триггеры» не сработали. Даже один и тот же читатель в разном настроении может по-разному воспринимать один и тот же текст. (По себе знаю.) 

Выданный автором набор триггеров всегда индивидуален. Рассчитан на определенную категорию людей.

Я бы не стала так обобщать. У хорошего автора в сильной вещи триггеров много, и они разные. Есть глубоко «индивидуальные», а есть гораздо более универсальные. Именно поэтому лучшие книги «цепляют» достаточно широкую аудиторию, а не только «определенную», близкую по духу самому автору. 

То, что я "расшифровал", мне представляется тем самым "дважды два - четыре". Когда я это писал, то никаких сомнений в том, что это считывается каждым и сразу, у меня не возникало.

Как знакомо! И, увы, ошибочно.  

Потому, очевидно, что мои герои всё-таки связаны именно с моим подсознанием и моей психикой...

 Мне думается, с авторским подсознанием связаны не только герои, а и  способ их описания, подача текста. И это в конечном итоге гораздо важнее. Как вы подадите информацию, так и ее считают – с большими или меньшими искажениями по сравнению с тем, что вы хотели сказать. 

Если обратиться к вашему тексту, можно выделить один из инструментов, которым вы охотно пользуетесь, - язык тела. «У Колина заметно затвердели плечи»; «Плечи юноши расслабились, чуть распрямились». Во-первых, не все наши читатели одинаково успешно этот язык понимают. Во-вторых, в принципе возможны разночтения: например, «втянул голову в плечи» может пониматься как «испуганно втянул», а может означать другое: «пристыженно втянул» или «смущенно». Поэтому я бы эту подразумеваемую информацию выносила в текст вербально – она надежнее дойдет до читателя, да и вообще ему будет намного удобней воспринимать написанное.

Именно это я и хочу показать: девушку подростка, выделяющегося из общей массы, не находящего особого интереса в общении со сверстниками обоего пола, потому что они скучноваты. Считывается ли это из текста?

На мой взгляд, не совсем. Лично я только со второго прочтения запомнила, чем не устраивают Лаису знакомые девчонки (и то потому, что я целенаправленно искала эту информацию); короткая фраза элементарно проскакивает мимо читательского сознания, и, видимо, стоит эту мысль развить более подробно, несколькими фразами. А с ребятами так и осталось неясным. Звездные войны ей надоели – но команда чем провинилась? Лаиса превосходит их как стратег, командир – однако это не повод с ними скучать. Тут явно что-то недосказано. 

И какие у нее еще интересы, которым не отвечает окружение? Возраст Лаисы – время поиска ответов на важнейшие вопросы бытия (Кто я? Зачем я? Зачем всё?), но ищет ли она их в книге и есть ли до этого дело ребятам из ее «команды»? В этой главе не видно. 

Я пишу достаточно серьезную прозу, психологическую не в том смысле, что я нарочно заранее выбрал такой жанр, но в том смысле, что психологии в данной прозе уделено много внимания. Меня интересует психологическая подоплёка действий моих героев; а вот пресловутое "развлекательство" - увы, не моё,

Эк вы вздрогнули. А напрасно. :) Мы же ведем речь о литературном пространстве, а не о бытовом «Люблю повеселиться, особенно пожрать…» Фантастика, как и детектив, и авантюрный роман, традиционно относится к развлекательному жанру, и это не позорное клеймо, а литературоведческий факт. В рамках этого жанра есть бездумные ходилки-стрелялки, есть «Трудно быть богом» и «Солярис», и есть «Ананке», чья беллетристическая составляющая тоже принадлежит фантастическому – развлекательному, хотим мы того или нет – жанру. И сколь бы серьезно вы ни относились к психологической подоплеке и психологической достоверности, это все пойдет в плюс вам как автору, но не изменит рамок выбранного вами жанра. 

Кроме того, не стоит забывать, что хорошая литература дает развлечение совершенно особого рода: а) отвлечение в прямом смысле – возможность уйти в иные сферы; б) эстетическое удовольствие от языка и, скажем, создаваемых автором картин реальности; в) пир души – эмоциональная встряска, переживание и сопереживание; г) пир ума – исследование авторского мира, детективное расследование, восхищение авторскими придумками, удивление, вызванное необычным взглядом на вещи… Неужели вы станете открещиваться от всего этого?

для неё одна из игр уже вышла далеко за рамки "развлечения" - возможно, даже в опасном смысле, уж если девушка начинает в реальной жизни отождествлять себя с юношей-аватаром из игры, думать о себе в мужском роде, ощущать фантомную боль и т.д.

На мой взгляд, пока девушка не начала мечтать о том, как спасти прекрасную незнакомку, а после на ней жениться, ничего страшного не происходит. Лаиса отлично вжилась в роль Лэя; если бы она играла в театре, ее бы превозносили как талантливую актрису. Она примерила на себя роль бойца-одиночки – и маска срастается с лицом. На данный момент – достаточно безобидно, потому что Лаиса не теряет ощущения реальности, и в тексте это отчетливо прописано. 

Вы хотите «дать отличие её "пока не избранника" от юношей, которые её окружают». Я этого отличия в тексте не увидела. Лаиса отмечает, что он не дурак – но не было сказано, что ее «команда» - глупые мальчишки. Она оценивает Колина как потенциального воина в другой игре (мускулистый, годный), но ведь и о «команде» было сказано: спортивные ребята. Скорей, он более взрослый, с иным жизненным опытом и другими устремлениями (подняться от уборщика до конструктора), но о менее высоких целях ее друзей ничего не сказано… Тут еще нужно подумать и поработать.

«Задач много, глава одна».

А вам не кажется, что множественность задач требует иного объема – попросту говоря, вам не хватает простора? Может, лучше сделать две главы? Тогда не будет перекоса между подробной первой половиной и несколько заскороговоренной, с недосказанностями, второй? Или можно уменьшить количество смыслов, которые вы пытаетесь вложить в первую главу, а добавить их потом, постепенно. Не обязательно же все сведения о героине сообщать с самого начала; не обязательно вообще рассказывать о ней все, что знает автор. Как говорится, верхушка айсберга и сам айсберг.

И для примера. Вот что я имела в виду, рассуждая о том, что психологическую подоплеку лучше вынести «на поверхность». 

     — А сам ты учишься? Успеешь?

     — Работаю, - проговорил он с заминкой / с неохотой. 

     Затем снова насупился и едва заметно отстранился. Понятно: стесняется, работяга. Лаисы стесняется – такой благополучной, из богатой семьи.

     — Круто, — отозвалась она спокойно. — Не то, что сидеть на шее папы с мамой. И что делаешь?

     Плечи юноши расслабились, чуть распрямились. Законная гордость: не упал в ее глазах, а, кажется, наоборот, даже вырос. 

Не скажу, что получилось гениально :), но, надеюсь, принцип понятен. Можно давать реакции парня глазами Лаисы, а можно от автора – уж как вам удобней.

И последнее: ваш вопрос о характере Лаисы. По одной главе судить трудно, но вот что я вижу: с родителями контакта нет, она любит сестру, очень неглупа, умеет постоять за себя (и других) не только в игре, и она - хороший человек (способный к состраданию).

Это прекрасно. Самодовольный автор - мертвый автор. :))

В голове то все нарисовано)

Это естественно, у многих и многих так же. Но со временем приобретаются навыки писательского ремесла, когда пишешь не просто по наитию, но еще и с осознанным пониманием того, как надо. Хотя не всегда можешь до уровня "как надо" дотянуть. :))

Я старалась. Это было мощное интеллектуальное усилие! :))

Сразу признаюсь: я ничего не понимаю в фехтовании. Отчасти поэтому описание поединка Блада с Тенью меня полностью убедило.

Каждый из них неторопливо прощупывал другого, и поначалу шпаги с мелодичным звоном лишь скользили одна по другой. По силе и ловкости противники не уступали друг другу. Тень первый перешел в атаку, но клинок так и мелькал в руках Блада, и генуэзцу не удавалось пробить брешь в его защите. Тогда он резко усилил натиск и после серии выпадов  попытался нанести мощный удар в грудь своего противника. Шпаги с лязгом скрестились, Блад принял удар на основание клинка и отбил его. Однако генуэзец смог дотянуться и рассечь его правое предплечье. По рукаву  рубахи расплылось алое пятно, и Арабелла прижала пальцы к губам, подавляя вскрик.

– Первая кровь моя, синьор говернаторе! – усмехнулся Тень.

Блад не стал тратить силы на разговоры с наемником, он отпрыгнул назад и тут же стремительно контратаковал. Ему удалось приблизиться к генуэзцу вплотную и, он, перехватив правую руку Тени, нанес ему удар в лицо эфесом шпаги.

Наемник, ослепленный болью, раскрылся, этого было достаточно для Блада. Его клинок пронзил правый бок Тени снизу вверх. Из спины наемника показалось  окровавленное острие шпаги. Темная кровь хлынула у генуэзца изо рта, и он упал замертво.

Тут выдержана и «техническая» сторона дела (я не могу оценить ее правильность, но верю автору), и визуальный ряд, и реплика персонажа, и эмоциональный отклик стороннего наблюдателя - Арабеллы. Несколько иначе прописан бой Блада с доном Мигелем.

Де Эспиноса бился с самозабвенной яростью и смог потеснить его, и тогда Блад ответил яростью на ярость, сжигая все силы и больше не думая о защите. В какой-то момент дон Мигель потерял равновесие. Он услышал отчаянный крик Эстебана. А потом время замедлилось. Де Эспиноса увидел, как сверкающий клинок летит к его груди и это было... правильно.

Он почти не почувствовал боли, только небо качнулось перед глазами...

– Питер! Остановись, не убивай его! – сквозь шум в ушах де Эспиносы пробился голос Арабеллы. – Ради нашей любви! Прошу тебя!

Зрение уже застилал туман, но дон Мигель увидел, как она подбежала к Бладу, и тот медленно опустил занесенную для последнего удара шпагу. Дон Мигель перевел меркнущий взгляд на лицо Арабеллы. Как она прекрасна!

Тоже очень выигрышно: на первый план выходят эмоции, поддержанные картинкой и реакцией Эстебана и Арабеллы. 

А дальше у нас глава с массовой сценой боя. Что мы видим?

Она не стала возражать, чего Питер внутренне опасался. Сам же он развернулся к испанцам, готовясь преградить путь любому, кто за ней последует. Два человека бросились к Арабелле. Блад шагнул им навстречу и с изумлением узнал корсаров Волверстона.

– Питер! – услышал он зычный голос Неда, – Становится жарковато, не находишь?

Волверстон орудовал тяжелой абордажной саблей. Блад решил оставить выяснение всех интересующих его вопросов для более спокойного момента. Обе стороны несли потери; несколько человек неподвижно лежали на берегу, и кровь пятнала белый песок. Эстебан пытался взять ситуацию под контроль, но боевого опыта ему явно недоставало. Блад оглянулся: шлюпка с Арабеллой была уже на полпути к «Фениксу», а к берегу спешили две другие  шлюпки.

– Отходим! – скомандовал Блад, нанося своей шпагой удар наотмашь какому-то ретивому испанцу, сунувшемуся к нему. – Они сейчас опомнятся!

Корсары пятились к  морю, стычки с испанцами одна за другой прекращались. Шлюпки с «Феникса» были уже совсем рядом. Однако одному из офицеров дона Мигеля удалось сплотить нестройные ряды своих подчиненных.  Раздались выстрелы, и вокруг засвистели пули. Кое-где на поверхности воды показались бурые пятна.

Как по мне, очень трудно сориентироваться в пространстве и действиях персонажей. 

«Она не стала возражать, чего Питер внутренне опасался. (Арабелла стоит и молчит? Или с достоинством удаляется? Или несолидно бежит со всех ног к шлюпке?) Сам же он развернулся к испанцам, готовясь преградить путь любому, кто за ней последует. (Что делают испанцы?) Два человека бросились к Арабелле. (Откуда выскочили? Как выглядели?) Блад шагнул им навстречу.» (Куда шагнул? Арабелла бежит у Блада за спиной, он ее только что прикрывал от испанцев, а теперь идет навстречу персонажам, которые явно не там же, где испанцы. Не поймешь, кто где и куда.) 

 «Волверстон орудовал тяжелой абордажной саблей.» (Где орудовал? Зачем орудовал и с кем бился?) 

«Блад решил оставить выяснение всех интересующих его вопросов для более спокойного момента. Обе стороны несли потери; несколько человек неподвижно лежали на берегу, и кровь пятнала белый песок. Эстебан пытался взять ситуацию под контроль, но боевого опыта ему явно недоставало.» Абсолютно статичное описание, нет движения вообще. 

«– Отходим! – скомандовал Блад, нанося своей шпагой удар наотмашь какому-то ретивому испанцу, сунувшемуся к нему. (Куда попал? И что с испанцем сталось? Этот несчастный один с места стронулся и помчал на Блада?) – Они сейчас опомнятся!» (Кто-то до сих пор стоял, разинув рот и не зная, что делать? А кто сражался?)

Корсары пятились к  морю, стычки с испанцами одна за другой прекращались. (Почему? Расходились миром – или испанцы падают, убитые и раненые? А корсары все уцелели? Вряд ли они все поголовно лучшие бойцы, чем испанцы.)

Однако одному из офицеров дона Мигеля удалось сплотить нестройные ряды своих подчиненных.  (Без комментариев, чтобы никого не обидеть. Только хотелось бы знать ответ на вопрос: сколько народу участвует?)

Раздались выстрелы, и вокруг засвистели пули. Кое-где на поверхности воды показались бурые пятна. (Можно предположить, что случайно и массово подстрелили акул, о которых дальше речь. Или они вот-вот сплывутся на запах крови? Кого, в таком случае, подстрелили в воде?)

Короче говоря, есть, над чем работать.  

Для начала я бы посоветовала начертить «карту» расположения всех действующих лиц и затем, исходя из их диспозиции, более точно описывать передвижения.

Во-вторых, если хочется избежать описания конкретной техники боя, то можно сделать упор на эмоциональной составляющей. Мне, например, пришел в голову такой ход: заниматься не столько картинкой (ее сейчас почти нет), сколько сосредоточиться на звуках боя. Их может быть много разных: звон металла, крики\вопли боли, яростный рев, проклятья, угрозы, бешеная испанская брань, стоны, хрипы, всхлипы, жалкий скулеж... 

Для любовного романа боевая сцена обычно нехарактерна и несущественна, однако для любовно-авантюрного она важна, никуда от этого не денешься. Успехов автору!  

Она все больше становится вещью в себе. Для закрытого клуба понимающих. Может так всегда было?

Боюсь, что да. В целом, это естественно... однако обидно. (И это еще мягко сказано.)

Как приятно поспорить с умным человеком – нечасто такое удается. :) Пожалуй, даже не столько поспорить, сколько порассуждать о любимых материях. 

Посмотрите, как много вы объясняете за кадром, вне текста – для меня. Часть из этого ясно прочитывается, а часть – увы, нет. Во всяком случае, лично я не вижу в тексте, например, вот этого: «И ей хочется (отчасти подсознательно, полагаю) услышать, что он перестроил планы ради неё - и его за это не накажут. Она волнуется за него. И пытается понять его к ней отношение.» Или это: «И она выбирает нейтрально-вежливый вариант ответа, давая ему понять, что извинение принято. И он это понимает.» То есть, я верю, что за словами ребят стоит именно то, о чем вы говорите, психологически это оправдано, однако не очевидно. (Еще раз подчеркну: МНЕ не очевидно, хотя я - читатель внимательный.) А то, что не очевидно и не дошло до сознания, воспринимается как необязательное, лишнее. 

Понятно, что серьезный автор рассчитывает на читателя вдумчивого и понимающего, который расшифрует все нюансы и останется доволен книгой и собой. К сожалению, мой – и не только мой – опыт показывает, что таких благословенных читателей скудная горстка, а тонкие психологические изыски благополучно проходят мимо большинства. Я не призываю рассчитывать на дурака, упаси боже. Но все-таки в нашем с вами случае я бы самые важные – нужные для автора, для психологического портрета персонажа – вещи выносила прямо в текст, а не оставляла между строк, где их слишком многие не увидят. В конце концов, вы работаете в развлекательном жанре, а не пишете серьезную психологическую прозу, рассчитанную исключительно на подготовленного читателя. Конечно, развлекательный жанр тоже имеет полное право быть с двойным, а то и тройным дном, но это уже совсем отдельный разговор.

И я, скорей всего, не открою вам новых горизонтов, напомнив, что литературный диалог сильно отличается от «настоящей», «жизненной» речи (на которую мы все любим ссылаться, хотя отнюдь не всегда в этом правы). Он выстроен логичней и строже, и всё лишнее (или, мягче, необязательное) отсечено, поскольку литературный текст имеет дело с сутью, а не со случайной шелухой. Поэтому если сделать диалог более компактным и одновременно более ёмким, текст от этого только выиграет. Тут я сама себе противоречу, ибо несколькими строками выше призывала подробнее прописать и объяснить то и се, но это противоречие – диалектическое. :))

К чему я все это пишу? К тому, что такой качественный текст, как ваш, хотелось бы видеть совершенным. Ну, а дальше – как вам авторское чутье подскажет… 

Да я уже к ней подбираюсь. 

Хорошо, буду особенно внимательна. 

в целом по поводу эмоций - я все-таки допускаю что можно испытывать весьма широкий спектр  одномоментно, тем более учитывая отчаянную ситуацию. 

А мне как раз кажется, что в отчаянной ситуации человеку не до широкого спектра эмоций. Как говорится, не до жиру, быть бы живу. Особенно когда речь идет о мужчинах. Тем более, ваши герои - битые жизнью, закаленные бойцы, они скорей сосредоточены на достижении своей главной цели в каждой конкретной ситуации, чем на бесполезных сантиментах. Я понимаю, конечно, что без избыточных сантиментов не бывает любовных романов, но ваш-то - авантюрно-любовный, на голову выше среднестатистического ЛР.

Впрочем, вы автор - вам и решать. Я придерживаюсь мнения, что следовать надо исключительно тем советам, которые ложатся на душу. Когда тебе указали на то, что ты и сам уже интуитивно чувствуешь, только еще не осознал до конца. 

А мне нравится, я и не отрицаю. Про героев я пока не готова рассуждать подробно, нужно все-таки дочитать до конца. Но сразу понятно, что как литературный персонаж дон Мигель наиболее интересен и что Арабелла вам удалась.  

ну да, а какие тут затруднения возникают? попытки описать что же такое ют прямо в тексте будут отвлекать от проиходящего и тоже выглядеть весьма неуклюже. но можно добавить расшифровку

Мне показалось, что стоит добавить картинку. Например: "...поднялась на ют. С кормы было видно то-то и то-то". Или "...увидела дона Мигеля на шканцах. За его спиной виднелся\поднимался\еще не знаю что делало нечто, которое там видно". Либо "обширное пространство здесь было влажным - матросы недавно драили палубу". Главное - сориентировать читателя ненавязчиво, естественно, добавляя кинематографичности тексту.

а почему Эстебан не может  выражать презрение? он ненавидит всех англичан, а тут жена убийы отца 

 а дядя и в самом деле ведет себя странно)))

С презрением все в порядке, разумеется. Но как бы дядюшка себя ни вел, от презрения в изумление (а это очень сильная эмоция) сразу не свалишься. Эстебан удивился, я думаю. Или ощутил досаду. Ну, как-то так.

Да боже мой, вы все равно молодец.  

Я обещала, что прочитаю ваши "Лепестки...". Читаю, но далеко пока не продвинулась (чукча не читатель, это всем известно!). 

Если позволите, выскажу несколько соображений по прологу. Мне показалось, что он находится в некотором диссонансе с остальным текстом, и захотелось довести его до ума - до уровня всего остального.

Утреннее солнце заглядывало в разбитые окна кормовой каюты.    

На кораблях обычно иллюминаторы, тем более в те давние времена. 

Солнечные лучи, перебегая с одного предмета на другой, наконец упали на лицо лежащей, 

При неторопливом вращении Земли, солнечные лучи не бегают, а ползут. Бегать могли бы отраженные блики волн.

Она перевела недоуменный взгляд на окружающий ее хаос, будто не вполне понимая, где находится.

Здесь элементарно не хватает нескольких подробностей хаоса и разгрома, для создания иллюзии достоверности.

его глаза расширились от изумления, а затем вспыхнули злобным торжеством.

– Поистине, небеса щедры ко мне, как никогда. Сударыня, окажите мне честь и проследуйте на мой корабль. – Мужчина говорил по-английски с акцентом, его любезные слова плохо вязались с издевательским тоном. – Его превосходительству губернатору Ямайки следует быть признательным мне за спасение жизни своей супруги. А также проявить достаточно сговорчивости, если он желает вновь увидеть вас, – зловеще добавил он.

Классический пример слишком "дамского" текста (меня саму много раз шпыняли за подобное, поэтому я знаю, о чем говорю). Посмотрите, сколько разных эмоций у мужчины в коротком отрывке. Явный перебор; не стоит так нагнетать - текст от этого ничего не выигрывает.

Еще раз подчеркну: хотелось бы видеть пролог - лицо романа! - на том же уровне, что и вся эта очень симпатичная вещь.  Успехов вам и вдохновения!  

Вот вы нашли, чем пугать! Читать - не писать. И тем более, не редактировать. И даже, скажу по секрету, не переводить с языка на язык.  

Да, спасибо, по ссылке благополучно все нашла. И с удовольствием ознакомилась с вашим соседним постом насчет трудностей перевода. Ой, мамочки! Смех и грех. Я даже не поленилась посмотреть книгу у себя на полке. Тот перевод, что ближе к оригиналу, сделан аж в 1987 году - не в девяностых, когда в переводчики хлынули все кому не лень и издательства гнали халтуру. А вот поди ж ты - даже в 87-м не смогли толком по-русски написать. Хотя, надо признаться, что когда я этот перевод читала впервые, тогда меня ничто не смутило. Это сейчас уже опытный глаз цепляется беспощадно. (Порой я об этом жалею, потому как невольный взгляд "от редактора" мешает получать удовольствие от текстов и фильмов.)

С первым утверждением соглашусь не раздумывая - не единожды читала его посты, наслаждаясь. Но к стыду своему, вынуждена признать, что до художественных текстов RhiSh еще не добралась, хотя закладки себе поставила. Удовольствие пока впереди. 

Ага. За подсказку спасибо. Ваш профиль я тоже быстрым глазом глянула, но за путеводилку вниманием не зацепилась. 

Спасибо! Охотно приду в гости (виртуально) и с читательскими намерениями.  Тем более, что ваши "Лепестки..." я уже, конечно, одним глазом глянула. После такой-то рецензии - невозможно было удержаться. 

Пригласить - куда? Конечно, можно. :))

Это вам спасибо. Побольше бы авторам таких замечательных читателей - вдумчивых критиков, как вы.

Я тоже очень люблю Сабатини, и одно время носилась с идеей написать ремейк по "Одиссее капитана Блада" - космические пираты и прочие фантастические приключения - но пока не сложилось. 

А вам - новых творческих удач!  

Уж и не знаешь, кому аплодировать - рецензенту или автору романа. Пожалуй, обоим. Хочется обязательно прочитать текст, который так завлекательно отрецензирован.    

Спасибо! Как всегда, познавательно и интересно. Эдак по-писательски. Как должно.  

Они приходят, когда камера от рук далеко. :) Лисы же - хитрые!

Мои поздравления! Очень понравилось. И совсем не похоже на твои "космические" вещи, просто на удивление.   Забавно и без легковесной ерунды и заигрывания с юным читателем, юмор такой взрослый и, по-моему, совершенно понятный умному подростку.

Несколько редакторских пожеланий.

"Но вместо нападения по широкой лестнице начала спускаться ... старушка" - я бы изменила: "Однако нападать никто не спешил, а по широкой лестнице спускалась..."

"для затравки и начали завтракать" - два слишком похожих слова рядом нехороши

При смене сюжетной линии от Лисицына к Федору я бы этот момент как-то обозначила. Не звездочками, а новой главой, что ли. Или хотя бы в тексте с первой строки указала, кто теперь ведет рассказ. И, кстати, от лица Федора не помешал бы краткий портрет Лисицына и Ласки, а то про них читатель пока вообще ничего не знает.

Не поленилась и прочитала. Затем посмотрела Ваш текст. Ну, что сказать... Люди очень любят рассказывать о себе, любимых - чего ожидал, что думал, что получил вопреки ожиданиям. Вместо того, чтобы разобраться, что обещал и что написал автор.

Ну, никто же не обещал, что будет легко. :) По моему собственному опыту, часто лучше прочего получается именно то, что трудно шло, над чем сидел, хватаясь за голову и за сердце, страдал, но зато и сделал хорошо.