Написалa комментарий к посту Субботняя Трибуна - 16 августа
Охотники. Серебро и полынь — Анастасия Рындина. Тёмное фэнтези, приключенческое фэнтези, романтическое фэнтези. 9,6 а.л., завершен.
https://author.today/work/475234
Добро пожаловать в Новую Этерию!
Забирайся в фургон охотников на нежить Сильвы и Росса, пристёгиваться не нужно: ремней безопасности еще не изобрели.
Зато есть галлон фотогена, серебряное лассо, охапка ритуальных свечей, мешок энергетических кристаллов и сигилы на все случаи жизни.
Не то чтобы всё это было необходимо в поездке, но здесь к делу относятся серьёзно.
Особенно — если у одного из напарников есть секрет, за который еще век назад сжигали на костре.
Я поставила у зеркала благовоние и продолжила обход. Колокольчики звенели в такт моим шагам.
На кухне я расположила сразу несколько пирамидок и обратила внимание на закрытую дверь. Кладовая? Дёрнула на себя — но не тут-то было, эту дверь тоже заклинило.
Россу не пришлось ничего пояснять — он поставил лампу, взялся за ручку, подёргал для пробы, а потом упёрся обоими ногами и, раскачав дверь на петлях вверх-вниз, открыл её без особого труда.
— Видишь, стоило только признаться, что тебе это нравится, как я занимаюсь этим весь день, — довольно заявил он, отряхнув ладони.
— Ещё мне очень нравится, когда ты светишь ровно, — хмыкнула я. Комедиант.
Тейкер понял намёк и посветил внутрь узкого помещения с полками на стенах — больше шкафа, чем комнаты. Полки были уставлены запасами — в чем-то узнавались крупы, что-то уже сгнило и узнаванию не поддавалось.
Я наморщила нос и потянулась, чтобы поставить благовоние на центральную полку.
Колокольчики звякнули неправильно — слишком высоко, до рези в ушах. Звук «музыки ветра» растянулся во времени и вместо хрустальной короткой ноты выдал длинный, тревожный бас. Бубенцы будто не смогли договориться между собой: часть прозвучала сразу, часть — звенела по одному за раз, раскатываясь по дому тревожным тремоло ещё пару мгновений после того, как все остальные звуки затихли.
Кончики пальцев похолодели. Если бы я была кошкой, шерсть на моём загривке встала бы дыбом.
Боковым зрением я заметила, как Росс потянулся к серебряному лассо на бедре.
«Спокойно», — сказала я себе. — «Это не моё первое родео».
Тревожное ощущение не получилось сбросить — это хорошо, значит, дух близко и активен. Зато получилось проигнорировать — уж это я умела отлично.
Я подняла руку, чтобы быть готовой встретить призрака, если он атакует.
Ничего не происходило.
— Ну ладно, — произнесла я и тряхнула курильницей ещё раз, особое внимание уделив кладовой. Дым быстро наполнил крохотную комнату.
Неправильные звуки щекотали нервы, и казалось, что нужно бросать всё и бежать наружу, к солнечному свету — иначе непременно произойдёт что-то страшное, что-то плохое. Дом наполнился тягостным ощущением, даже свет от лампы будто потускнел, а на периферии зрения появились тёмные блики.
— Да что ж ты такой вяленький-то, — недовольно пробормотала я. — Не хочешь нападать — так хоть из кухни свали, видишь же, как накурено.
— Мне кажется, или с духами ты более разговорчива, чем с людьми? — не выдержал Росс.
— Не кажется, — согласилась я, обходя кухню по периметру и размахивая курильницей, — Но только если мне… Ага!
Получилось: призрачный силуэт, в котором угадывались черты мужчины средних лет, вынырнул из ниоткуда и устремился ко мне. «Ниоткуда», как я и предполагала, размещалось в районе кладовой, и когда я перестала перегораживать ему путь дымной завесой, призрак решился атаковать.
Я встретила его сырой волной энергии из ладони и взмахом курильницы. Этого хватило, чтобы заставить его изменить свои планы: от волны несформированной энергии у Росса только волосы шелохнулись, зато для нематериального создания она ощущалась, как полновесный удар. Дух мог бы атаковать в ответ, но запах полыни и сандала для них был слишком раздражающим, и силуэт с возмущенным визгом — не слышимом ушами, зато сводящем с ума колокольчики — пятясь, отступил в жилую комнату.
И угодил одной ногой в мою ловушку.
Она активировалась, скручивая и изгибая призрачный силуэт под своё заклятие.
Дикий Запад и магия
Пока по чуть-чуть буду выкладывать, а как дорисуют новую обложку - не выдержу и переставлю таймер публикации на ежедневный 
Ну, пусть так думает)))
Реверс тропа shadow daddy: мрачный характер и тёмный дар — у главной героини.
Динамика black cat & golden retriever: обаятельный и дружелюбный напарник.
От друзей к возлюбленным: медленное развитие отношений.
Троп «Спасите котика» (то есть, «Спасите собачку»... или нет, всё-таки котика) — во всей красе.
попасусь в комментариях, тоже хотелось бы найти что-то альтернативное для анимаций. Сама лично пользуюсь Kling 3.0 на платной основе, но денег он кушает ощутимо)))
️
️
Не пропустите только, что это вторая часть, первая -- 
Хихик, извините 
Написалa комментарий к посту Субботняя Трибуна - 1 августа
Охотники I. Серебро и полынь — Анастасия Рындина
Роман, 9,6 а.л., завершен. Тёмное фэнтези, приключенческое фэнтези, романтическое фэнтези
https://author.today/work/475234
Это история взлёта и падения Сильвы Филдс. Снова взлёта, опять падения, и так ещё миллион раз... кажется, она просто любит кататься на саварийских горках.
С эмоциональными качелями мрачной и владеющей запретной магией Сильве любезно ассистирует Росс Тейкер 一 обаятельный и подозрительно хорошо втирающийся в доверие напарник по охоте на нежить.
А вместе они пересекут континент, нарушат кодекс и пожалеют о том, что в начале пути дали обещание не влюбляться друг в друга.
— Для чего ты стала охотницей?
— Причины так важны?
— Я просто хочу знать, что в решающий момент я не останусь с каким-нибудь призраком один на один.
Я склонила голову, изучая выражение лица Росса. Похоже, он действительно пытался «расколоть» меня сейчас. Но поздно — может, я и расслабилась в момент распределения, но этот допрос быстро привёл меня в чувство, и я вернулась к уже отточенной тактике:
— Знаешь, по крайней мере я пришла сюда по своей воле, а не потому, что так сказал папочка. Кто знает, может, наоборот, это я останусь наедине с ходячим мертвецом?
Росс — воплощение проклятых саварийских горок! — широко улыбнулся.
— Похоже, с тобой действительно можно иметь дело. Начинаю завидовать книгам из школьной библиотеки — возможно, им доставалось куда более интересное общество, чем кажется на первый взгляд.
— Кстати, отлично сработано, — под руку отвесил комплимент Росс. — Никогда бы не сказал, что ты боишься мертвецов.
Курильница выскользнула из моих пальцев и ударилась о каминную полку. Латунная сфера раскрылась, рассыпая пепел, благовоние упало набок и раскололось на части, продолжая дымить.
Я ругнулась, и, шипя, стала смахивать пепел и остатки благовония в камин — благо, от дров там ничего не осталось. Поворачиваться лицом к Россу я не спешила. Какого грима?!
— С чего ты взял, что я боюсь мертвецов? — спокойно, насколько могла, спросила я, когда дальше тянуть время уже было нельзя.
— Кто-то из твоих родственников сказал, — невинно ответил Тейкер. — Они довольно много чего сказали, но это меня удивило. Пошла в охотники, чтобы перебороть страх?
Я закрыла курильницу и бесцеремонно впихнула её в сумку. Огляделась, выбрала наиболее целые пирамидки благовоний и начала собирать их вместе, чтобы затушить под специальным колпаком.
Гримовы родственники и гримовы семейные посиделки.
— Я боюсь покойников, а не нежить, — наконец сформулировала я. — Нежить — это уже свершившийся факт, дорога в один конец, её можно и нужно уничтожить.
Основательно прогоревшие благовония я собрала и бросила в тот же камин — сами рассыпятся в пепел. А вот парочку почти целых ещё можно будет использовать.
— А покойник?
— А покойник может восстать в любой, самый неожиданный, момент. Поэтому я предпочту встретиться с призраком, но на похороны не пойду.
— Понял, — неожиданно спокойно ответил Росс. — Некая логика в этом есть. Зримая угроза не так страшна, как невидимая?
— С ней можно бороться, — отрезала я. — А возрождение нежитью ты никак не предотвратишь.
Захватила потушенные благовония и поспешила наружу. В доме мне перестало хватать воздуха, и дело было не в повисшем густом запахе полыни и сандала.
— Вот она, сучка! — раздался грубый мужской голос за моей спиной.
Я застыла. Никаких других «она» в окрестностях я не наблюдала. Голос был незнакомым. Грубость к женщине в обществе охотников — дело привычное, но до откровенных оскорблений без личного знакомства в моём отношении не заходили.
Может, Росс всё-таки решил сдать меня? Тогда могу понять злобу в голосе: никто не любит малефиков.
Я выпустила загривок хаунда и развернулась, положив руки на мешочек с сигилами. На этот раз — запирающими. К гриму защиту. Нападающих — в удерживающий контур, самой — на ближайший фургон, и на полном ходу подальше отсюда…
— Мисс, это он не вам, — упитанный охотник-маг, стоящий рядом с агрессивно пялящимся здоровяком, натянуто улыбнулся.
— А может, и ей тоже, — мерзко гоготнул амбал и хлопнул себя по бедру:
— Коготок, к ноге, кошачье отродье!
Хаунд прижал уши, но послушно подошел к хозяину. С этого ракурса мне стало прекрасно ясно, что «сучка» — это всего лишь пол хаунда. Ну, не «всего лишь», судя по обращению охотника со своим животным, но ко мне не относилось.
Я отпустила сигилы.
Хозяин тем временем надевал на упирающегося хаунда ошейник, и я не поверила своим глазам: строгач! Вместо широкой полоски мягкой кожи этот амбал надевал на тонкую шею Коготка железную цепь с шипами вовнутрь.
Хаунд по-кошачьи зашипел на хозяина, и тот хлестнул его поводком вдоль бока.
— А ты чего вылупилась? — обратился охотник ко мне. — Есть что сказать, или только за побрякушки свои хвататься можешь?
— А ты, видимо, даже за своим хаундом уследить не можешь, — я перенесла вес на левую ногу. Вместо кипящей злости в душе поднималась ледяная ярость. Будь я настоящим малефиком, этот убыток уже страдал бы от проклятия на понос. Пожизненный. Будь я мужчиной — мы бы уже дрались. Но всё, что я могла — это пренебрежительно смотреть на него, задрав голову, потому что макушкой я даже до плеча ему не доставала.