Marapescus

В голове у меня пронёсся целый шквал мыслей: «Похоже я всё-таки дура. Дядя Володя, наверное, разведывал обстановку, а когда оценил прибыльность моего предприятия — натравил этих шакалов. Или они действуют как плохие бандиты, а он будет действовать как хороший. Я ему позвоню — он разрулит ситуацию, а потом предоставит другую крышу, уже на его условиях. Куда ни кинь — всюду клин. Так что, похоже, лучше попробовать выпутываться самой. Хуже уж точно не будет. С одной стороны плохо, что я слабая девушка, а с другой была бы мужиком, накинули бы мешок на голову и увезли в лес, а там вволю попрессовали. Главное не показывать им свою слабость, а то сожрут и косичек не оставят».

— Да отпусти ты меня уже, наконец, больно же, — я сделала ещё одну попытку вырвать руку, — вцепился как клещ, как будто я куда-нибудь убегу.

Старший кивнул, и охранник отпустил меня. Я на всякий случай сделала шаг в сторону, потирая занемевшую конечность — теперь, наверное, синяк будет.

— У меня к вам встречное предложение, — начала я, — хочу дать вам удочку, а не рыбу.

Бандиты онемели от моей дерзости, и я поспешила развить успех, пока они не опомнились.

— Вы продолжаете вести дела по старинке, хотя мир не стоит на месте. Собираете деньги с предпринимателей, а потом что вы с ними делаете? Солите в трёхлитровых банках? Деньги должны работать. У вас под ногами золотая жила, а вы этим никак не пользуетесь.

— Дерзишь, сучка! — первым опомнился дёрганый бандит.

— Пусть поёт, — остановил его старший бандит, — а мы послушаем. Ты же хорошо поёшь птичка. Спой может нам и понравиться. А наказать мы тебя всегда успеем. Ну-ка расскажи нам какую-такую жилу мы пропустили.

По моей спине пробежал холодок, но я не показала виду, что испугалась.

— Во-первых, набережная. Что мы имеем — ничего. Красивый вид, три скамейки. Какую эту приносит прибыль? Никакую. Люди же не будут вам платить за право посидеть на скамейках и полюбоваться на Днепр. Значит надо капитализировать этот вид. Люди пришли, посмотрели — уехали. Потому что проголодались, а мой ресторан не всем по карману. Или потому что начали ныть дети — им скучно. Значит надо поставить закусочные, значит надо сделать развлечения для детей.

— Шаурмячные что ли? — подал голос хриплый бандит.

— Шаурмячные, пиццерии, блинные. Кафе с украинской, грузинской кухней. Игровые площадки для детей, парк атракционов наконец. Лавки с сувенирами, детскими игрушками, разливным пивом. Чтобы у людей не осталось никаких шансов прийти сюда и уйти не оставив вам свои деньги.

— А мы будем собирать дань с этих ларьков, — довольно потёр руки дёрганый.

— Зачем дань? Это будут ВАШИ торговые точки, и вся прибыль с них будет стекаться к вам, — у меня пересохло горло, хриплый налил воды и протянул его мне. Я залпом выпила его. Похоже мне удалось завоевать внимание этой аудитории. Всё-таки двадцатилетний опыт преподавания.

— Во-вторых, — после небольшой паузы продолжила я, — ночной клуб. Мой клуб расчитан на молодёжную студенческую аудиторию. Что вам мешает открыть ночной клуб, ставящий другие приоритеты? В моём клубе запрещены наркотики и проститутки. Но вы же не отягощены моими моральными принципами? Так что у вас открывается большое поле возможностей.

— В-третьих. Для чего служит огромный пустырь за портом?

— Ни для чего. Пустырь и пустырь, — ответил мне старший.

— Вот, — я подняла указательный палец, — он ни для чего не служит. А должен. Почему бы вам не построить там гостиницу? Развлекательный комплекс с кинотеатрами? Аквапарк? Элитный жилой комплекс с видом на Днепр, наконец? Или всё это вместе — места там достаточно. Плюс все высказанные мной предложения неплохой способ легализовать ваши доходы.