И никто никогда меня не поймает, и всё из-за «Бесшумного». Он оберегает меня: любые улики — отпечатки пальцев, ДНК — будут просто не распознаны; свидетели никогда не запомнят моего лица и имени; никакая камера не может запечатлеть меня.
Я невидим, неуловим и тих. И лишился языка, чтобы не рассказать никому, что это я их убивал.
