Конечно, не стоило бить княжича Бельского. Но и позволить ему тащить меня, преподавателя Горного, кандидата наук, в пустую аудиторию с совершенно определенными намерениями… Так же нельзя.
Меня уволили. А к вечеру пришла телеграмма, что мой отец-шахтер при смерти. Болезнь неизлечима.
Я не хочу в это верить. Я хочу верить в то, что магия, здравый смысл и труд смогут переломить ситуацию и спасть сотни шахтеров – очень быстро болезнь приняла размах эпидемии.
Так. А что в лаборатории делает еще один человек с фамилией Бельский? Целый полковник жандармерии, с боевым прошлым и непроницаемым лицом. Дядюшка, выходит, побитого княжича.
И у меня теперь на одну проблему больше: надо не только разобраться с эпидемией, остаться в живых, но и понять: можно ли доверять еще одному Бельскому.
