— Попалась?
— Господи, как вы меня напугали! — прижала обе руки к груди, всеми силами изображая сердечный приступ.
Необычайно выразительные серые глаза Марата опасно сузились до хищных щелок и зависли как раз на уровне моего несчастного, страдающего внезапной тахикардией, органа. На мгновение даже показалось, что они как-то особенно алчно сверкнули, а кадык на его шее дернулся, будто сглатывая слюну.
Ну, точно волчара сожрать собрался!
— Вот только не надо на меня так смотреть, — совершенно серьезно предупредила я. — Знаю я эти ваши методы. Говорите сразу, что вам от меня надо и отвалите уже, Марат Геннадьевич!
— Горячая ты штучка, Серафима Альбертовна. Дерзкая, наглая, хитрая.
— Непонятно говорите, Марат Геннадиевич. Одни какие-то гадости.
— В жены тебя хочу. Так понятнее?
