Книги #атмосферное

Когда-то Тихон повелевал бурной рекой Сосной, собирал дань с купцов и гордился дочерьми-русалками. Но люди изменили течение реки, и водяной остался доживать век в маленькой замёрзшей старице. Он уже привык к одиночеству, считал водоросли и чинил старые сети. Но однажды зимой в его жизнь ворвалась Василиса — девушка, которую столкнули в полынью. Спасая её, Тихон нарушил закон Нави и привлёк внимание древнего зла, пробудившегося на дне моря. Теперь водяной должен защитить названную дочь ценой собственной силы — и, возможно, жизни.

Сказка о жертвенности, о том, что семья не всегда по крови, и о том, что даже маленькая лужа может вспомнить, что когда-то была рекой.

Маленькая девочка, жившая в небольшой деревушке, выбралась за ее границы. Пойдя по не протоптанной тропинке, обычная прогулка за цветами, обернулось волшебным пятном в ее жизни.

Арктическая зима. Посёлок, запертый в ночи и тишине. Для Серёжи реальность медленно расползается по швам.

После смерти отца и ухода матери в запой его жизнь стала серым, беззвучным адом. Чтобы доказать, что он не призрак, а личность, он решает найти маньяка, терроризирующего посёлок.

Но вскоре звонки с того света, окровавленные следы и досье на всех жителей заставляют его усомниться во всём. Кто настоящий монстр в этой истории? Тот, кого он ищет, или тот, кто смотрит на него из зеркала?

Он ушёл всего на сутки. Вернулся — спустя пятьсот лет.

Артём покинул проклятый город Гниломостье и своего учителя, могущественного мага Сироса, всего на один день. Но по возвращении он обнаруживает, что его не ждали. Город, который он знал, исчез. Статуя Сироса украшает площадь, а на постаменте высечено: «Покойся с миром... пятьсот лет назад».

Часы на его запястье, источник магии, остановились. Люди ведут себя как марионетки, повторяя один и тот же день. А из теней за ним наблюдают безликие Жнецы в чёрных плащах.

Чтобы узнать правду, Артёму предстоит размотать клубок лжи, сплетённый его учителем. Правду о городе, что является ловушкой. О мане, что дарует силу, требуя вашу душу. И о том, что он сам — не тот, кем себя считал.