Он всегда был один. Тревога — его единственная спутница, одиночество — привычная форма существования. Ему казалось, что так будет всегда. Весна подарила мимолётный свет, но он не умел верить в тепло. Слова, которые он так боялся произнести, опоздали. Как и всё в его жизни. Он снова остался в пустоте, где ничего не меняется.