Автолик и Хаэмуасет

В полдень стало настолько жарко, что Автолик едва не стёк лужей прямо там, где стоял. Бог солнца, коих здесь, говорили, не один, а целых трое, а то и пятеро, видно решил извести чужеземца. Ахейцу оставалось только мечтать о чуде. Появилась бы здесь какая-нибудь добрая душа и поднесла бы ему... Да всё что угодно, хоть вина, хоть пива, да хоть и воды из речки. Главное, чтобы это случилось как можно скорее. Шлем этот ещё дурацкий на башке. Сами-то не носят шлемы, а стража пусть мучается. И ведь не нападает же никто, чего в шлеме-то стоять?

Поглощённый страданиями "бдительный страж" и не заметил, как к нему подошёл мальчик лет десяти. Он был бос, одет в юбку схенти. Выше локтей пара золотых браслетов. На обритой голове набок свисала короткая коса – локон юности. Звали юного отрока Хаэмуасет и был он четвёртым сыном Величайшего. Мальчик прошёл мимо воина-шардана, напарника ахейца, даже не взглянув на того, а вот с Автоликом решил побеседовать.

– Ты ведь не из шардана? Лицом ты на них не похож, – бесцеремонно поинтересовался отрок.

Автолик молчал. Отрок его молчание истолковал верно.

– Тебе ведь запрещено говорить на посту? Я разрешаю. Клянусь, отец тебя не накажет.

– Я ахеец, мой… – тут Автолик задумался, как же ему следует обращаться к сыну Величайшего.

Мальчик заметил его замешательство и сам предложил выход из затруднительной ситуации.

– Воин, я разрешаю называть меня по имени. Хаэмуасет, так для чужеземца будет проще.

Ничуть не проще, для Автолика выговорить имена местных по-прежнему было невообразимой по сложности задачей. На его счастье, мальчик не стал дожидаться ответа и продолжил расспросы:

– Экуэш? Я много читал о вашей стране за Зелёными Водами. Про Кефтиу, Мукану и Та-Ипет. Но первый раз сам говорю с человеком оттуда. Расскажи мне побольше об обычаях ваших людей. Вот я читал в одном свитке, как устроена власть в вашей стране. Но, признаться, не всё понял. Как, например, относятся между собой царь в Мукане и Та-Ипет, а также правители других городов?

Всё что угодно, но подобного вопроса от десятилетнего пацана Автолик не ожидал. Он тут же вспомнил себя в подобном возрасте. С другой стороны, это же сын самого...

– В Мукане? В Микенах что ли?

– Да, да, – закивал отрок, – в Му… ке… нах. Как они относятся между собой? У них есть договор, где определены обязанности каждого из правителей городов, установлены размеры дани и количество воинов, которые обязаны являться по приказу нечестивого… – он смутился, – ну то есть несу? Или бити?

– А-бити[1], – поправил Автолик.

– Да ладно? Прямо так называется? Я думал, нечестивые цари… ну, то есть чужеземные, ниже отца.

– Микенского ванакта даже царь хатти зовёт братом и ровней себе считает, – гордо заявил Автолик, – а царь хатти многими царями правит.

– Хета? Меченра да, великий царь, а-бити. С ним скоро отец воевать будет. Побьёт и его, и всех его царьков.

– Конечно побьёт, – согласился Автолик, – мы же теперь за него.

– А вот в свитках пишут, что этот ваш ва-на-ка, он в Та-Ипет живёт и он там самый главный. А ты сказал, что в Микенах. Почему?

На родине Автолик не был близок к царям, но послушно начал рассказывать про Микены и Фивы, коих чужеземцы называли Та-Ипет. Про ванактов и басилеев, да кто там кому кем приходится.

Хаэмуасет внимательно слушал. Улучив момент, Автолик переспросил, верно ли, что будет война? Про себя подумал, что война – это хорошо. Всё лучше, чем тут стоять. Война – это добыча. Если, конечно, не так, как в прошлый раз.

– Будет, – пообещал Хаэмуасет, – а с экуэш, я слышал, мир. Там послы наши.

Автолик на своей родине послов Чёрной Земли не видел, но на всякий случай кивнул.

– Мир, да.

– А ты зачем тогда сюда пришёл? – спросил отрок.

Ахеец не нашёлся, что ответить.

[1] Несу – царь Верхнего Египта. Бити – царь Нижнего Египта. А-бити – великий царь.