безумная контратака в Алеппо
Томас быстро одурел от залпов и трескотни винтовок со всех сторон, грохота станкового пулемета и взрывов ручных гранат,- он метался от одной баррикады к другой, среди орущих от ярости людей, схватил винтовку одного из убитых «Тигров», содрав с него и патронташ, и, заняв его место у разрушенной ограды, начал бешено стрелять туда, где в конце горящей улицы мелькали фигуры людей в чужой форме. Томас стрелял и стрелял, совершенно оглохнув и одурев, приклад бил в плечо, которое уже ничего не чувствовало, и Клирик вгонял в магазин новую обойму, передергивая затвор и выбрасывая стреляную гильзу, перебегая от укрытия к укрытию. Он видел, что попадал в кого-то, чаще – промахивался, в него стреляли в ответ, и пули страшно били в обломки рядом с головой Томаса.
Внезапно наступило затишье, нарушаемая криками и стонами раненных, мимо Томаса пробежало несколько легионеров, спешивших куда-то с хрипящим «Смутьяном» на руках, и Консул, тяжело усевшись и прислонившись спиной к разрушенной стене, поставил к ней свою винтовку и откинул голову, устало прикрыв глаза.
- Вы не ранены, Ваше Святейшество?!- остановился перед ним легионер,- Томас молча помотал головой, и «Тигр» побежал дальше.
Я, наверное, убил сегодня много людей,- подумал Томас сквозь одуревшее состояние, и посмотрел на свою стоявшую рядом с ним у стены винтовку. Она раскалилась от долгой стрельбы, с нее стекали капли оружейной смазки, и над затвором вилось горячее марево. Тускло отсвечивало солнце на стали длинного штыка на стволе.
Томас с трудом потянулся за своими четками на поясе, и долго смотрел на икону богини Франциски и свой жетон Консула на ладони
- Матушка моя Франциска,- прошептал он разбитыми, пересохшими губами.- Услышь мольбу рыцаря твоего! Вопль песчинки твоей, в океане песка других душ,- услышь меня! Дай мне спасти невинных!.
Где-то рядом раздался выстрел, ему ответила автоматная очередь
- Они идут!- истошно заорал кто-то.- У них гранатометы! …
Раздался взрыв, затем еще и еще,- и Томас, схватив свою винтовку, помчался к разрушенным воротам, где в считанные минуты разгорелся ожесточенный бой. Станковый пулемет «Тигров», яростно бивший длинными очередями по улице, внезапно замолчал, после очередного звука выстрела гранатомета, и Томас, пригибаясь под огнем, добрался до него, и увидел, что пулемет разбит и раскурочен взрывом, а командир «Смутьянов» убит вместе с его расчетом.
- Вавилон! …- раздался внезапно восторженный громкий клич на горящей улице, и Клирик, быстро выглянув из-за обломков, увидел бегущих к разрушенной ограде ворот людей в песчаном камуфляже, с винтовками и автоматами наперевес, и страшно сверкали их штыки и боевое мачете в руках, и развивалось на ними знамя Вавилона.