Князь Темников -- Явление ангелов небесных
Автор: Бурк БурукВ кои-то веки появился флешмоб в котором я могу поучаствовать. Здесь мне есть что сказать.
Почему нет? Чёрт, да у меня даже глава так и называется:
Глава 2 . В которой сначала очень страшно, но потом с небес спускаются ангелы, и становится ещё страшнее. А Лизка, продаёт себя за полтинник, да ещё и должна остаётся.
Причём ангелы у меня одновременно и в мистическом и в материальном смысле.
Правда, так себе ангелы. Чуть ли не бесы.
Сжавшаяся Дашка вдруг резко выдохнула, расслабилась и заулыбалась.
— Какой день? — не открывая глаз спросила она.
— Четвёртый, Дашенька, четвёртый, — не поняла вопрос Ольга. — Ты поспи ещё, поспи.
— Да нет же, барышня, — дёрнулась Дашка, — день недели какой?
— Пятница, вроде, — неуверенно предположила Баркова.
— Точно? — уже требовательно.
— Да точно, точно. С чего вдруг такой интерес?
— Хорошо, — удовлетворённо вытянулась на соломе Дашка, — сны с четверга на пятницу завсегда сбываются.
— Что же тебе снилось, Даша, — грустно улыбаясь, спросила барышня.
— Ангелы.
— Кто?! — испуганно вскинулась Ольга.
— Нет, нет, Ольга Николаевна — правильно поняла причину её страха Дашка, — не те ангелы, что в царствии небесном встречают праведников. Другие. Хранители, верно. Один ангел огненный, как пламя в горне, другой белый, как чистый снег, а третий чёрен ликом и в одеждах траурных. И вот спустились они с небес, под ними кони заговорённые, а в десницах молоньи. Так они теми молниями всех татей болотных переколотили да нас на волю выпустили.
— И верно, хороший сон. Дай бог чтоб в руку, — Ольга поднялась и отошла к оконцу, дабы Дашка не видела навернувшихся на глаза слёз.
— Сбудется, Ольга Николаевна, непременно сбудется. Вот увидите, сегодня же избавление обретём.
«Избавление, — вздрогнула Баркова, — вот только какое?» Она невидяще уставилась на белую туманную завесу, на начинающее розоветь июльское небо. После перевела взгляд на кривую ольху, под которой, широко открыв рот, мирно похрапывал дежуривший этой ночью Дюха.
Внезапно Ольге показалось, что она уловила какое-то движение в туманной пелене. Почудилось? Нет, вот снова движение и звук, будто лошадь всхрапнула. Девушка протёрла глаза, но нет, на тропинку, ведущую к хутору, выезжали всадники. Трое. Огненный, белый и чёрный. А прозрачные клочья болотных испарений вились у них за плечами как крылья.
Ольга крепко зажмурилась, обхватив руками голову. Похоже, она повредилась рассудком от перенесённых потрясений, коли и впрямь видит трёх ангелов из Дашкиного сна. Вновь открыла глаза и поняла, что с разумом её всё в порядке, а за ангелов она приняла давешних путников. Дворянина в чёрном, со слугой и рыжей разбитной девицей. На мгновение мелькнула, было, надежда, что это за ней, но Ольга тут же отказалась от этой мысли.
Троица всадников меж тем приближалась. Вот молодой дворянчик мазнул своим равнодушно-холодным взглядом по её оконцу. Увидел, конечно, но никак не прореагировал. Ольга удивилась, вот всегда чёрные глаза казались ей горячими, страстными, а тут вдруг холод.
Седой слуга заметил, наконец, дрыхнущего сторожа и направил коня к нему. Приблизился и, не спешиваясь, пнул Дюху в голову.
— А! Чего? Кто здесь?! — завозился сброшенный с чурбака парень.
— Не ори, убогий, — поморщился седой. — Ты пошто, стервец, спишь на страже. Мало Барон вас учит, ох мало. Надо сказать ему, чтоб палок не жалел.
— Не надо, — Дюха неосознанным жестом почесал спину, — я тока на чуток глаза прикрыл.
— Какое на чуток, мы вона уже через весь хутор проехали. А ежели б то не мы были, а, к примеру, людишки из разбойного приказа? Так пошёл бы ты, голубь, каторгу топтать, али и вовсе на суку сушиться повис.
— А вы кто? — задал наконец-то вполне закономерный вопрос Дюха.
— То не твоего ума дело, — сурово отрезал седой, но тут же смягчился. — От Еремы мы прибыли.
— А-а, — протянул парень, видно знал этого Ерему, — А зачем?
— Так дабы доброго утра тебе пожелать. Спросить, хорошо ли почивал.
— Да?! — изумился Дюха.
— Вот же олух, — простонал седой, — к Барону мы, вестимо. Ужель не ясно? Где он, кстати?
— Так отдыхают оне, — Дюха мотнул головой в сторону добротного бревенчатого дома.
— А остальные где? — не унимался дотошный собеседник. — Или ты один на страже стоишь?
— Один, — согласился парень, — господин барон так распорядился.
— Господи-и-ин! — скривился седой. — То он тебе господин, а у меня свой имеется.
«Ясно, — подумала Ольга, — если тот барон, то этот, стало быть, граф, не иначе. А так одна шайка. По делам, вишь, приехали. Эх, Дашка, где ж твои ангелы».
Тем временем Дюха, проникнувшись непонятным доверием к седовласому слуге, подробно обсказал кто, где и зачем расположился. Седой послушал, покивал задумчиво. На дворянчика взгляд бросил, тот кистью руки изобразил что-то эдакое, мол, давай заканчивай.
— Вот что, малой, — заговорил слуга, — тебя как зовут, кстати?
— Дюха, — смутился тот, — Андреем, то есть, кличут.
— Андрей значит, — седой покатал имя на языке. — Вот что, Андрюша. Ты как на место прибудешь, скажи там, что тебя Лука послал. Лука Варнак. Запомнил?
— Запомнил, — кивнул Дюха, — а куда прибуду?
— Да как же куда, — Лука удивился непонятливости собеседника, — к престолу Господа нашего. На суд.
Коротко прогудело в воздухе, и голова парня взорвалась кровавыми брызгами.
— А-а-а! Ангелы! Ангелы пришли! — заверещало у Ольги над ухом. Она и не заметила, как Дашка подобралась к окну и пристроилась за её плечом.
— Тихо, дура, — вскинулась было Ольга, но куда там. Дашкин вопль явно перебудил весь хутор.
— Ах, ты ж, курва мать! — зло и весело выругалась рыжая. — Тогда уж, скорее, бесы. Эй, баронская морда, выходи, встречай гостей из пекла.
Ну, так вот как-то)