Поцелуи бывают разные
Автор: Людмила Семенова(Начало флешмоба здесь: https://author.today/post/283930)
...а выбрать приходится один. И в романе "Жаворонок Теклы" мне особенно важным и эмоциональным представляется эпизод, где накал драматизма куда сильнее, чем романтичный:
Айвар взглянул на девушку с изумлением и негромко переспросил:
- Что?.. Ты меня любишь?
- А что тебя так удивляет? То, что я при этом дружила с Нери?
- Да нет, при чем тут она… Просто мне никто еще этого не говорил, пытаюсь переварить, - смущенно ответил Айвар, не зная что добавить.
- А я еще не говорила этого никому, - отозвалась Оля и вдруг улыбнулась.
Айвар ожесточенно потер лоб и виски и заговорил с нарочитой веселостью:
- Что-то я не понимаю: тебя что, попросили меня на вшивость проверить? Так вроде незачем, мне ведь уже дали отставку… Или она тебе меня одолжила на вечер? А ты и рада, тоже на экзотику потянуло?
- Ну считай, что так, если хочешь, - спокойно ответила Оля, - потянуло на экзотику.
- Ясно, - усмехнулся Айвар, - А мулат тебе, значит, не сгодился? Сразу негра подавай?
- Айвар, так ты же заранее знаешь ответы на все свои вопросы, - сказала Оля, - Ну и зачем спрашиваешь? Ты сам ничего не хочешь мне сказать?
- Оля, ты очень красивая, с тобой хорошо, - с усилием проговорил Айвар, понимая, чего девушка от него ждет, - Но так же нельзя…
- Успокойся, ничего страшного не происходит, - тихо ответила Оля, - Ты любишь меня?
Она ждала от него тех слов, в которые умещалось все пережитое за несколько месяцев в Питере: и необъяснимый восторг первой встречи, и напряжение, когда с ней флиртовал его друг, и пьянящая радость от поездок за город, которых он ждал еще накануне, и смятение от слов Нерины, будто бы ее подруга и Даниэль намерены пожениться.
После того, как схлынула первая острая обида и Айвар понял, что ему больше не придется терпеть странное поведение невесты и нрав ее отца, у него стало почти легко на сердце — он знал, ради чего на самом деле была эта поездка в Питер, и ни за что не стал бы ничего менять в прошлом, если бы получил шанс. Лишь бы увидеть эту тоненькую белую девушку с мудрым и кокетливым взглядом серых глаз. Хотя какая же она белая? Разве это глупое пустое слово могло передать всю палитру ее нежного румянца и абрикосового питерского загара, который еще напоминал о лете?
Однако он надеялся сохранить это навсегда в душе как прекрасную неприкосновенную тайну, как памятный дар на всю жизнь, а теперь это уже было невозможно и приходилось быстро принимать новое решение. Тем более после всего, что она только что сказала...
Все эти мысли на самом деле уместились в секунды - Айвар просто стоял, глядя на Олю странным взглядом, в котором уже не было и следа испуга, и короткими нервными движениями облизывал губы. Наконец он тихо сказал, сам не зная почему:
- Не сердись, пожалуйста.
Оля подошла к нему и осторожно, почти по-матерински, прикоснулась к его лбу и щекам, будто проверяла, нет ли у него жара.
- Я не сержусь, - ответила она шепотом, и Айвар очень деликатно, почти боязливо поцеловал ее в губы. Ему хотелось сказать что-то вразумительное, но он смог только прерывисто произнести:
- Оленька… Беляночка моя!
В следующую секунду у Айвара внутри что-то перемкнуло и он сам не заметил, как стал целовать ее по-мужски требовательно и жадно, властно проталкивая язык ей в рот, вдыхая сливочный аромат ее волос, а его руки заметались по ее мягкому девичьему телу. На миг прервавшись, Айвар посмотрел ей в глаза, будто хотел о чем-то спросить, но Оля только крепче обняла его за плечи и ласково прошептала: «Все хорошо, любимый мой, мальчик, все хорошо. Дыши, дыши, вот так».