Новый чиби и отрывок из "Надежды"
Автор: Женя ЕоМеня затянула опасная трясина, так что в активе появился новый чиби. Заказывала в Студии, рисовал Даниил Андреев, его группа тут.
И теперь отрывок из последней главы "Миссии "Ганимед" под названием "Надежда". Как в том анекдоте про трёх сестёр, Надежда умерла последней.
Сначала повстанцы грязно ругались, но вскоре принялись прибирать ангар после бойни, словно им было не всё равно, словно у них оставалось будущее. Гейб без слов взялся им помогать, к нему присоединились и другие с Пунги — сейчас требовалась передышка, но бездействие множило отчаяние, и так лившееся через край.
За работой выяснилось, что Эдисон принял решение о срочном отбытии в Республику из-за Фрэнка и Мэтта, которые притащили на Эхориат вторую группу. И, скорее всего, в их числе и напрямую связанных с жандармами лиц, что поставило под угрозу безопасность базы.
Жёсткий спор начался, когда Гарри и его подопечные после совместной попойки отошли ко сну: из кубрика вынесли ещё два тела. Как раз злополучных Фрэнка и Мэтта.
Теоретически в имеющихся в наличии двух катерах и одном челноке можно было разместить всю группу, но подготовка требовала времени. Вероятно, Эдисон пёкся о собственной заднице больше всего, не захотел ждать даже несколько часов — вопреки прогнозам, жандармы не прилетели бомбить базу и к условному утру, когда ангар привели в абсолютный порядок.
Остаток группы Эхориата не собирался отлынивать от своих прямых обязанностей, и возле шлюза Гейб наблюдал, как в последний путь провожают боевых товарищей: несли тела, никуда не торопясь, усиливая значимость каждого шага.
Десятки лет смерть опутывала липкой паутиной живущих на Титане: иногда инстинктивный страх достигал апогея сулящей гибель паники, иногда на время ослабевал, позволяя думать о предстоящих событиях, вероятных и не очень; Гейб дошёл до личной точки — ею стало тотальное безразличие: всё равно, когда умрёт. Но остов личности прочно стоял на земле, не давая обречённой конструкции развалиться на части.
Гейб ничего больше не хотел, даже думать получалось с трудом, но продолжал делать всё необходимое и предлагать свою помощь, перестав гадать, когда наконец прилетят жандармы.