О важности определений для закона.

Автор: Даниэль Дакар

Вчера мой коллега Иар Эльтеррус задал в ВК оч-чень неглупый вопрос:

«Если среди моих читателей есть юристы, то хочу спросить. В связи с вступающим с завтрашнего дня в силу законом о запрете ЛГБТ и прочего в том же духе. Интересно, как он относится к написанным когда-то очень давно книгам, в которых есть, например, некоторое количество описаний лесбийских отношений? Следует ли полностью выводить такие книги из обращения (электронные тексты)? Ведь они выходили в прошлом в бумаге не по одному разу. Имеет ли закон обратную силу? Кто-нибудь из юристов может ответить на данные вопросы?»

Однако я поставила бы его несколько шире: а что, собственно, является пропагандой ЛГБТ? В принципе? 

Дело не в книгах, хотя мне – с подачи Иара, до того не задумывалась – до смерти интересно, следует ли переписывать «Консультант», ведь там действует Али-Баба, специалист по связи и охранным системам. Персонаж второстепенный, однако достаточно интересный. Хорош собой, умен, ироничен, предан друзьям, положителен если не со всех сторон, то с весьма многих… одна беда: такой голубой, что аж синий.

Но в принципе-то? Чтобы – авось, закон обратной силы не имеет – впредь не нарываться. Что является пропагандой ЛГБТ с точки зрения богомольных старушек (до смерти боящихся, что кто-то узнает, какими озорными потаскушками они были), я в курсе. Что визжат в связи с этим истерики и истерички, помешанные то ли на традиционных ценностях (как они их понимают), то ли на количестве подписчиков, я тоже знаю. А вот что думает по этому поводу Его Величество Закон?

Вопрос не праздный. Юриспруденция как отрасль человеческого знания нуждается в отчетливо сформированном понятийном аппарате. Всеобъемлющих, не имеющих двоякого толкования, определениях. В этом, собственно, и заключается разница между законом и беззаконием: закон (в отличие от беззакония) дает определение, что является преступлением, а что им не является. Нам могут нравиться нормы закона, они могут не нравиться нам, но само их наличие сильно упрощает жизнь. 

Это как с математикой. Возьмем мой любимый пример, квадрат. Вооружившись определением «правильный четырехугольник, все углы и стороны которого равны между собой», мы можем проверить «на квадратность» решительно любой попавшийся объект. Если объект соответствует определению, это – квадрат, и совершенно неважно, что перед нами: бумажная салфетка, чайное блюдечко или кошачье ухо. 

Также следует избегать подмены понятий. На вопрос: «Что такое квадрат?» нельзя ответить «Квадрат – это салфетка». Плитки, которыми выложены дорожки у меня на участке, квадратные, а те, что у подъезда городского дома – нет, хотя и то, и другое тротуарные плитки.

Я законопослушный человек. Ну, так получилось. Закон может быть хорош, он может быть плох, но пока он действует, я буду его выполнять.  Потому что закон ВСЕГДА лучше беззакония. Однако – и это, черт побери, мое право, как законопослушного гражданина – я хочу знать, что именно является преступлением с точки зрения этого конкретного закона. Кто-нибудь знает?

+57
392

0 комментариев, по

3 794 356 53
Наверх Вниз