Гений расслабления из «Серебряного пути». Флешмоб «Герои расслабляются»
Автор: Лари ЭлОкеюшки, присоединюсь и я к флешмобу Елены Трушниковой.
Правда, в романе «Серебряный путь» только один герой расслабляется, причём в ситуациях, вообще не связанных с отдыхом... а остальные в это время как-то очень напрягаются.
Может, просто не стоит быть такими напряжёнными?..
Расслабленная поза Люциана абсолютно не вязалась с атмосферой небольшого боя, который устроили Мак и Тенебрис на площадке между домом и садом.
Все уставились на него, но он даже не повернул головы, продолжая стоять вполоборота и вертеть цветок в руках, то поднимая его, то поднося к глазам, словно желая понять, проходит ли сквозь лепестки солнечный свет.
Легендарный маг был одет в чёрную мантию с рунами на рукавах и капюшоне. К дереву рядом он небрежно прислонил посох с кристаллом в драконьей лапе.
Всё, как в учебниках магической истории – этого не отнять.
Только зачем Люциану бесполезный посох, который Мак вчера днём оставил в беседке, и где он, очевидно, стоял или лежал всё это время?
Пока все пялились на это зрелище, Мак магией погасил пламя на крыше беседки.
Повернувшись, он заметил, что Тенебрис пытается сформировать в руках разряд заклятия разрушения, но у него получаются только слабые искры вокруг щупалец. Мак понял, что Тень истратил всю магию на демонстрацию своей силы в пустыне и на огненные шары, прожёгшие крышу беседки здесь в Ланслет, и теперь он почти пуст.
Люциан же по-прежнему любовался цветком, будто происходящее его вовсе не касалось.
В этот момент послышались шаги и все повернули головы на вышедшего из дома Гефера, который растерянно озирался по сторонам.
Главный маг сразу увидел Тенебриса и стоявшего напротив Мака, которого обдал холодным презрительным взглядом. Потом взгляд его устремился вперёд и на сонном лице появилось совершенно потрясенное и одновременно суеверное выражение.
– Гефер! Видишь это?.. – без долгих предисловий обратился к нему Тенебрис, указав щупальцем на Люциана.
Гефер энергично закивал головой, он явно был шокирован увиденным.
– Убей его! – коротко приказал Тень.
Главный маг непонимающе застыл. Он перевёл на Тенебриса укоризненно-осуждающий взгляд.
– Что?.. Убить?
– Да! Сформируй заклятие разрушения и отправь в него! Я, к сожалению, не могу, а на тебе мой артефакт – у тебя получится сильный разряд.
Тенебрис указал на чёрно-синий камень на шее главного мага.
Гефер потоптался на месте, растерянно глядя на Люциана. Тот на мгновение повернул к нему голову, словно желая разглядеть, кто его будет убивать, а потом опять обратился взглядом к цветку.
– Гефер, ты понял меня?
– Да, понял.
– Ну так убей его! Он сейчас слаб, у тебя всё получится.
– Да, но… Это же… Это… – Гефер будто не решался произнести вслух то, что очень хотел сказать.
– Что – «это»?! – вконец потерял терпение Тень.
– Это легендарный тёмный маг Люциан! – громко возвестил Гефер таким тоном, как будто преподавал урок в школе магии. Дрожащей рукой он указывал на стоящего между деревьев человека.
– Он – легендарный тёмный маг?! – Тенебрис громко захохотал.
Гефер непонимающе захлопал ресницами.
– Я – легендарный тёмный маг, Гефер! – отсмеявшись, Тенебрис обратился к Геферу грозно и с упрёком. – А он присвоил себе всю мою славу и мою историю.
Мак мельком взглянул на Люциана и увидел, что тот закатил глаза. Подавив смешок, он прикрыл рот рукой.
– Всё, что ты слышал о нём, все легенды о тёмном маге Люциане – всё это сделал я, а не он, – пояснил свою мысль Тенебрис. – Посмотри на него, Гефер! Какой из него темный маг? Разве может темный маг заниматься тем, что делает сейчас этот?..
Гефер посмотрел.
«Этот» любовался тем, как жёлтые лепестки медленно высыхают, скручиваются в трубочки и облетают с цветка, а на их месте вырастают тонкие ниточки с семенами растения, которые затем раскрываются в пушистые парашюты. Люциан дунул и маленькие парашюты с семенами разлетелись по ветру.
Гефер моргнул.
– Видишь? – вопросил Тень, показывая на Люциана, как на что-то до крайности непотребное.
– Да, – почти прошептал Гефер.
– Ну так убей его!
– Нет!
Гефер не сказал, а выкрикнул это и даже отступил на шаг обратно к дому.
– Нет? – возмущённо переспросил Тень, на что главный маг замотал головой. – Ну тогда я сам!
В словах его было столько злости и отчаяния, что Мак вздрогнул.
Он увидел, что Тенебрис собирает в щупальцах не только искрящиеся разряды, но и всю свою тьму. Его тело становилось всё прозрачнее и прозрачнее, а тьма на кончиках щупалец сгущалась всё больше. Мак понял, что он собирается потратить всю свою магическую силу на один удар, после которого ему, скорей всего, уже не жить.
Такая сильная ненависть, что ради неё он готов уничтожить самого себя…
И Люциан сейчас слаб. Он глянул на фигуру возле дерева: стоит и ничего не предпринимает. Надо что-то делать!
«Не дёргайся, есть план», – прозвучал знакомый голос в голове. Но Мак уже дёрнулся.
– Нет, Тейн, нет! – заорал он и кинулся к Тенебрису, ощущая жуткое давление Тьмы и колебание пространства.
Он не успел, потому что раньше него успел другой.
Словно в замедленном сне, Мак видел, как с щупалец Тейна сорвались чёрно-золотые шары, объединившиеся в один шар, затем наблюдал, как этот огромный шар летел в сторону Люциана, и как он, Мак, летел ему наперерез… Затем между летящим шаром и стоящим у дерева Люцианом непонятно, каким образом появилось тёмное пятно, которое приняло весь удар на себя. Мак узнал в нём Гефера… Послышался звук словно от удара металла о металл, а затем грохот, как от небольшого взрыва.
Уже потом Мак понял, что артефакт Тенебриса отразил брошеный хозяином разряд и ударил по нему самому.
После взрыва он лишь увидел, как и без того прозрачное тело Тени заклубилась серой пылью, затем уплотнилось и обратилось небольшим сгустком тьмы, которую тут же затянуло в тёмно-синий камень у главного мага на груди. Гефер осел на землю и схватился за медальон, но отдёрнул руку, словно получил ожёг. Он взялся за цепочку и сдёрнул с шеи артефакт, отбросив его подальше в траву.
Воцарилась тишина.
Люциан медленно поднял артефакт и вытянул руку с повисшей на ней цепочкой вперёд. Синий камень в слегка оплавленной оправе раскачивался у него перед глазами, отсвечивая солнечными бликами на лицо и чёрную мантию.
– От чего ушёл, к тому и пришёл, – задумчиво проговорил он.